ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Книга Пыли. Прекрасная дикарка
Сандэр. Ночной Охотник
Борис Сичкин: Я – Буба Касторский
Скиталец
День, когда я начала жить
Удочеряя Америку
Призрак Канта
Бумажная принцесса
Результатники и процессники: Результаты, создаваемые сотрудниками

Но Риовадо, как Ройял-Бей, Ривер-Оукс и Треверс-Хилл, — это не просто грубо сколоченная лачуга или элегантный особняк с видом на реку. Риовадо стало образом жизни и частью самого Нейла. Риовадо — горы и небо, их окружающее. Оно может встретить вас приветливо, впустить в свое сердце, но горе тому, кто побоится его или неосторожно ошибется: эта местность может так же легко уничтожить неудачника.

Нейл глянул в сторону Адама. Тот поднял бокал, приветствуя кузена, но Нейл только вежливо кивнул. Слегка искривленные губы и чуть прищуренные глаза яснее слов сказали, Адаму, что он не прощен и должен быть начеку. Адам вздохнул, ибо слишком хорошо знал Нейла Брейдона и понимал, что он не спустит вчерашней выходки.

Не будь Нейл так удивлен, обнаружив истинное имя своей нимфы, наверное, насладился бы изумлением, промелькнувшим на ее прелестном личике при упоминании его истинного имени.

Но даже Адам не представлял, каким сокрушительным было поражение кузена. И Нейл снова остро ощутил отчаяние, охватившее его при виде Ли Александры, окруженной любящей семьей. Сам он во время завтрака, как всегда, оставался в стороне, рассеянно прислушиваясь к шутливой перепалке, то и дело прерывавшейся взрывами смеха и замечаниями, которые не требовали объяснения, ибо это была одна семья, дружная и спаянная не только узами родства, но и любви. Семья, а которой не было ни тайн, ни сюрпризов… почти. Потому что Ли Треверс вряд ли кому-то расскажет, как страстно прижималась к незнакомцу, до сих пор ощущавшему вкус ее губ на губах.

Он ревниво наблюдал, как Гай, красивый, надменный, щегольски одетый джентльмен, уселся на подлокотник ее кресла и время от времени клал руку на тоненькое плечо с видом человека, знающего, что его прикосновение не вызовет отвращения. Ли посматривала на брата смеющимися глазами, в которых, однако, стыл ледок каждый раз, когда взгляды ее и Нейла скрещивались.

Молодая темноволосая девушка, оказавшаяся Блайт Треверс, очевидно, сгоравшая от любопытства и устроившаяся на низкой табуретке у ног Ли, неустанно бомбардировала его вопросами о его доме в Нью-Мексико и жизни с индейцами. Нейл терпеливо отвечал, поскольку это давало возможность рассматривать ее сестру, сидевшую позади и с учтивым интересом прислушивавшуюся к беседе.

Ее отец, веселый, добродушный человек, мог шутить, смеяться и так же легко вспылить, когда мнение собеседника ему не нравилось. Зато он обладал несомненным обаянием, которое передал своим отпрыскам.

Беатрис Амелия, хозяйка дома, железной рукой державшая, по мнению Нейла, всю семью в узде, была истинной южной леди, воспитанной, с прекрасными манерами, обладавшей истинной красотой, которая с годами не вянет. Все три дочери унаследовали ее грацию и классические черты лица.

Алтея Треверс Брейдон сегодня казалась прекраснее, чем у алтаря шесть лет назад. Сдержанная, спокойная дама, с благосклонной улыбкой слушавшая окружающих, она, вероятно, не была столь дерзкой и отважной, как младшие сестры, не потому, что считала это неприличным. Просто эти качества в ее натуре отсутствовали. Ноуэлл, единственная дочь ее и Натана, была так же умна, как отец, и в один прекрасный день станет такой же прелестной, как мать.

Но больше всего его тревожил взгляд мулатки-горничной, проходившей мимо двери в гостиную и вытянувшей длинную шею, чтобы лучше видеть. Как ни странно, она словно узнала Нейла, а он мог бы поклясться, что с ее губ слетело заклинание. Женщина отступила, едва не врезавшись в пожилого дворецкого, несшего поднос с бокалами мятного джулепа.

— О, вот и ты, Натан! — приветствовала Юфимия старшего сына.

— Папа! Папа! Я разливала чай, как настоящая леди! — гордо вскричала Ноуэлл, с неподобающей настоящей леди быстротой бросаясь в объятия отца.

— Ах, какая озорница, — пожаловался он смеясь. Но при этом глядел поверх темной головки в сторону жены. Во взглядах, которыми они обменялись, сиял чистый свет истинной любви.

Нейл Брейдон неловко поежился, словно подглядывал в замочную скважину, и снова повернулся к окну.

— Боюсь, что должность представителя округа приносит больше хлопот, чем я ожидал, — вздохнул Натан. — В жизни не подозревал, что ко мне толпами будут приходить просители!

— Говорил я тебе, ничего, кроме беспокойства, ты не получишь, — фыркнул Адам. — Тем более что всем не угодишь.

— Ты закончил писать письма? — спросила Алтея, подумав, что в последнее время у Натана даже для собственной практики времени не хватает. — Ноуэлл, дорогая, подойди ко мне, у тебя ленточка развязалась.

— Да, по крайней мере на сегодня. Боюсь, в следующем году мне придется нанять секретаря, — ответил Натан, подходя к Нейлу. — Я и не думал, что можно так соскучиться по своей работе, чтобы с тоской и завистью взирать на пыльные книги по юриспруденции. Рад видеть тебя в добром здравии, Нейл.

— Спасибо, взаимно, — искренне улыбнулся Нейл, поднимая бокал.

— Вчера я не успел сказать тебе, как мы сожалели о смерти твоей жены.

— Благодарю.

— Должно быть, тебе пришлось очень трудно. Такая трагедия…

— Да, — перебил Нейл почти грубо, пресекая дальнейшие расспросы или попытки выразить сочувствие, но Натан был его кузеном и адвокатом, привыкшим вытягивать информацию из несговорчивых свидетелей и обвиняемых. Натан нервно взъерошил волосы: верный признак волнения. Почему он вдруг подумал о кузене как о преступнике, чью исповедь пытается получить? И все же инстинкт адвоката подсказывал ему, что Нейл Брейдон что-то скрывает. Но что именно?

Нейл задумчиво повертел круглый бокал, согрел бренди в ладонях и одним глотком выпил.

— Если тебя это так беспокоит, я не убивал Серину.

— Господи, разумеется, нет! — ахнул Натан, не зная, то ли оскорбиться, то ли покаяться в недобрых мыслях. Так или иначе, а теперь ему еще больше стало не по себе. — Я ничего подобного не думал.

— В таком случае извини меня, — ответил кузен, слегка наклонив золотистую голову. — Зато так думали многие. Не секрет, что меня едва не линчевала разъяренная толпа скорбящих родственников моей жены и тех, кому не терпелось воспользоваться возможностью и избавиться от моего присутствия.

— Это мне известно.

— Да, конечно, твоя мать и моя мачеха вряд ли что таят друг от друга, поскольку постоянно переписываются. Но видишь, я выжил, впрочем, как всегда.

Натану ужасно захотелось утешить кузена и друга, но он знал, как не любит жалости Нейл. Да и не тот он человек. Его боялись, да, но никогда не жалели, хотя Натан чувствовал, какие глубокие раны носит он в душе. Раны, которые никому не позволял исцелить.

— Похоже, я приехал вовремя. Говорят, что одна из дочерей Треверса объявит в субботу о своей помолвке. Представляю, какой будет праздник, и надеюсь, что Стюарт Треверс выкажет великодушие и не оставит меня без единого цента во время аукциона, — сухо заметил он, пытаясь сменить тему. Натан на этот раз позволил ему сделать это.

— Смотрю, новости в самом деле разлетаются быстро. Не удивлюсь, если окажется, что ты слышал это еще у себя в Риовадо, — с притворным изумлением заметил он и, проследив за взглядом Нейла, добродушно пожал плечами. — Мне следовало бы знать, что Джулия не в состоянии держать язык за зубами, особенно если речь идет о столь знаменательном событии.

— Значит, это правда? — небрежно спросил Нейл.

— Правда, — кивнул Натан, любуясь дочерью и не замечая, как сжались губы собеседника. — Прошлой ночью Алтея сказала, что в этот уик-энд Мэтью Уиклифф будет просить у Стюарта руки его дочери. И, судя по всему, Ли, не колеблясь, примет предложение. Алтея вряд ли ошибается относительно ее чувств. Они с Ли очень близки.

— Брак по любви? — пробормотал Нейл. Натан, расслышав нотки сарказма в его голосе, с любопытством глянул на кузена.

— Похоже, что так. Хотя, даже если бы и нет, они прекрасно подходят друг другу, а для Треверсов это было бы настоящим спасением.

— В самом деле? Но Треверс-Хилл показался мне процветающим поместьем. И я был в конюшне. Обычно о состоянии дел судят по виду конюшен, а я редко видел лучшие.

36
{"b":"18547","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Уроки плавания Эмили Ветрохват
Замок мечты
Ты меня полюбишь? История моей приемной дочери Люси
Забойная история, или Шахтерская Глубокая
Заплыв домой
Слова на стене
Футбол: откровенная история того, что происходит на самом деле
111 новых советов по PR + 7 заданий для самостоятельных экспериментов
Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса