ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Криштиану Роналду
Метро 2033: Спящий Страж
Твой второй мозг – кишечник. Книга-компас по невидимым связям нашего тела
Свергнутые боги
Дюна: Дом Коррино
Мозг Будды: нейропсихология счастья, любви и мудрости
Узнай меня
Земля лишних. Горизонт событий
Автомобили и транспорт

Стивен подкладывал дрова в огонь. Скоро он и Джоли помогут Алтее добраться до спальни. Он уже принес одеяла и матрацы и разложил перед камином: мужчины предпочитали спать здесь. Гай твердил, что ему легче оставаться в кабинете, чем карабкаться по лестнице, но на самом деле боялся внезапного нападения. Оставаясь внизу, он и Стивен сразу услышат, если кто-то попытается вломиться в дом, а гончие заливаются лаем при каждом постороннем звуке.

— Пойду уложу малышку, — решила Ли, прижимая к груди теплый комочек. Потом подняла девочку, погладила по спинке и дождалась, когда та срыгнула.

Стьюард принялся передразнивать двоюродную сестричку, но мать, до сих пор не обращавшая на детей внимания, к удивлению мальчика, строго его осадила.

— Уверена, что выдержишь в своей спальне этого негодника? — спросила Ли, протягивая ему руку для поцелуя: обычный вечерний ритуал маленького семейства.

— Стебан говорит, что я джентмун, — гордо ответил тот. — Как мой папа.

Алтея изумленно уставилась на сына, внезапно заговорившего так связно и совсем по-взрослому.

— Ты прав, — кивнула она.

— Всегда целую тетину руку, — продолжал он, и Ли вдруг заподозрила, что недалеко то время, когда он еще и подмигнет ей.

— Я тоже с тобой, мама? — осведомилась Ноуэлл, с надеждой глядя на мать.

— Да. Мои родные детки отныне ночуют со мной, — пообещала Алтея, целуя дочь в щеку.

— Скоро придется сажать этого юного джентльмена на Тыковку. Неслыханное дело, чтобы Брейдон и, уж конечно, Треверс не умели сидеть на лошади. Или по крайней мере на пони, — объявил Гай. Ли, уже шагнувшая к двери, обернулась. Вот они собрались вместе. Все, что осталось от семьи виргинских Треверсов.

Остальных уже не было.

В холле было холодно. Тьма скрывала кровавые пятна на сосновых планках пола, где лежали раненые и умирающие. Ли, подняв перед собой свечу, пробиралась наверх.

Войдя в спальню, она поставила свечу на подоконник, уложила малышку в колыбель рядом с широкой кроватью. Колыбель с пологом и шелковыми занавесками, предохранявшими от сквозняков, укачивала несколько поколений семейства Треверсов. Ли осторожно укрыла девочку толстым одеялом и подоткнула концы. Потом немного постояла, прислонившись плечом к столбику кровати, вспоминая звуки родных голосов и знакомые лица.

Палмер Уильям.

Четыре года спустя после того памятного лета, почти день в день, двадцать первого июля 1861 года, Палмер Уильям погиб в первой битве при Булл-Ране, сражаясь под началом своего бывшего преподавателя. Именно тогда генерал Джексон заслужил прозвище Твердокаменный. Палмер Уильям был убит днем у Генри-Хаус-Хилла. Тогда войска конфедератов храбро сражались, отбросив федералов. Но победа досталась дорогой ценой. И еще дороже обошлась их семье.

Ли подошла к сундуку для одеял, откинула крышку и вынула офицерский кушак с бахромой, который прижала к груди, прежде чем положить обратно, рядом с перчатками и щегольской шляпой со страусовым пером, которую брат предпочитал форменному кепи. Наверху лежали его шпага и пистолет, из которого она застрелила грабителя. Вещи Палмера Уильяма вернула семья, похоронившая его на фамильном кладбище. Джастин Брейдон вынес с поля боя тело друга и отвез на ближайшую ферму, где его с честью предали земле.

Джастин Брейдон.

Вскоре после Рождества, в самом начале нового года, они услышали от Натана, что Джастин убит в стычке в долине Шенандоа, где его отряд пытался взорвать железную дорогу «Балтимор — Огайо». Он по-прежнему служил под началом Твердокаменного Джексона и шел в битву под звуки марша, исполняемого оркестром твердокаменной бригады.

Ли сунула руку в сундук, вытащила большой, переплетенный в кожу альбом, стоявший сбоку, осторожно открыла и принялась рассматривать акварельные зарисовки, изображавшие солдат Конфедерации на отдыхе и марше, военные лагеря, речные и лесные пейзажи неизвестных Ли мест.

Стюарт Джеймс.

Он оставил альбом ей, когда приезжал в последний раз, перед тем как его ранили при Геттисберге. Стюарт Джеймс протянул еще полгода. Его похоронили рядом с другими членами семьи Треверсов, большинство из которых прожили весь срок, отпущенный им судьбой.

Фисба Энн.

Горькая улыбка искривила губы Ли при мысли о бывшей невестке. Фисба Энн почти всю войну провела в Филадельфии. Она сбежала на Север, едва узнав, что бои идут в основном в Виргинии и на Юге. Фисба Энн дала о себе знать только через шесть месяцев после смерти мужа. Как вдова старшего сына, она желала получить сведения о том, кто сейчас владеет Уиллоу-Крик, землями и домом Треверсов. За это время она успела стать миссис Стенуэй Биллингсли, выйдя замуж за процветающего филадельфийского бизнесмена. Ли с огромным удовольствием уведомила ее, что Гай вернулся домой и как единственный оставшийся в живых сын, согласно завещанию Стюарта, унаследовал всю собственность Треверсов. Больше они ничего не слышали о Фисбе. Ли сожалела только о том, что они никогда больше не увидят детей Стюарта Джеймса. А если Фисба снова начнет предъявлять претензии, Натан сумеет с ней обойтись.

Натан.

Последнее известие от него они получили осенью. Тогда Натан был в Теннесси. Отправился с бригадой генерала Лонгстрита на помощь конфедератам, сражавшимся при Чаттануге, и вступил в битву в местечке, названном Чикамога-Крик. Джоли сказала им, что на языке чероки это означает «река смерти». Никто в ту ночь не спал, а когда пришло известие, что Натан пропал без вести, Джоли ничуть не удивилась.

«Он знал бы, что делать», — подумала Ли, вынимая из кармана юбки утаенное от остальных извещение налогового управления. Чем платить?! У них нет ни скота, ни лошадей на продажу, все реквизировано правительством. Они, разумеется, не дураки и не примут обесценившуюся валюту конфедератов!

Как же ей быть?

Она сердито скомкала гнусную бумажку и сунула обратно в карман. И тут же улыбнулась, кладя перед собой толстую пачку писем от Блайт. Развернула одно и быстро пробежала глазами, хотя знала почти наизусть. Сценки ричмондской жизни, набросанные с добрым юмором и наблюдательностью.

…17 апреля. Мы вот-вот выйдем из Союза, по крайней мере так утверждает Адам. Не поверишь, какой ажиотаж тут творится! Сорвали старый звездно-полосатый флаг. Должна признать, что мне стало грустно, хотя вокруг царит веселье. Звонят колокола, палят пушки, а крики толпы просто оглушают. Празднества продолжались целую неделю. По улицам ходят процессии с факелами. Фейерверки! Играют десятки оркестров! Бесчисленные речи, в которых ораторы утверждают, что мы возьмем Вашингтон через несколько дней.

…Какие странные люди встречаются на улицах! Никогда не знаешь, с кем говоришь: шпионом, карманником, фальшивомонетчиком, леди сомнительной репутации или сотрудником правительственных служб. Адам считает, что между двумя последними разница невелика.

…Ли, не знаю, как сказать тебе, но Джулия сотворила нечто совершенно скандальное. Сбежала с женатым мужчиной. Говорят, он джентльмен, притом титулованный англичанин. Адам вне себя от ярости, поскольку сам их познакомил. Он приехал в Америку с поручением от британского правительства закупить хлопок. Боюсь, репутация Джулии навеки погублена. Адам получил от нее письмо из Парижа, где она заявляет, что в жизни не была так счастлива. О матери она не знает. Думаю, Адам ей ничего не сообщит. Я бы на его месте сообщила.

…Сегодня здесь поднялся настоящий мятеж. Мы с тетей Мэрибел Лу отправились на поиски бараньих отбивных, но тут на улицу хлынул поток разгневанных женщин под предводительством особы, размахивавшей шестизарядным пистолетом. Они пошли маршем на Кэпитал-Сквер. Устрашающее зрелище! Нас с тетей затянуло в толпу, и я думала, что потеряла ее, когда случайно заметила звезды и перекладины и узнала ее шляпку. Нам удалось ускользнуть, но бараньих отбивных, увы, так и не купили.

…Девять долларов, Ли, за фунт бекона! Двести семьдесят пять за баррель муки! Двадцать пять за бушель картофеля! Процветает меновая торговля. Два бушеля соли за пару туфель. Пять тощих индеек за шляпку. К счастью, мы смогли сторговать пять шляпок тети Мэрибел Лу за одну жирную индейку.

56
{"b":"18547","o":1}