ЛитМир - Электронная Библиотека

— Хорошо сказано! — хмыкнул Гай. Молодец Алтея! Эти двое воображали, что смогут ею распоряжаться, а она доказала, что умнее каждого из спорщиков! — По крайней мере ты цитировала Евангелие от Марка, а не святого Линкольна. Ли, помоги мне добраться до кресла. Я на ногах не держусь.

— Извините меня. Я не должен был так говорить. И всегда буду благодарен Ли за заботу о Люсинде. Я знаю, ты любишь ее, как собственную дочь, и мне никогда ничем не оплатить своего долга за те жертвы, которые ты приносишь ей каждый день.

— Ты нам ничего не должен, Адам. Я люблю Люсинду, потому что любила Блайт и люблю тебя, — возразила Ли. Опрометчивые слова были прощены, но не забыты, потому что положение оставалось неопределенным, и оба это знали.

Адам подошел к колыбельке и наклонился над спящим ребенком.

— Интересно, какого цвета у нее глаза? Волосы уже такие же темные и густые, как у Блайт. Хоть бы и глаза оказались зеленовато-карими. Она стала настоящей красавицей! — с отцовской гордостью воскликнул он. — Но было бы лучше, унаследуй она глаза матери, а не мои, серые.

— Возможно, они еще станут зеленовато-карими, — утешила Ли.

— Почти у всех новорожденных голубые или серые глаза, — поддержала Алтея.

— И у меня, мама? — спросила Ноуэлл.

— Нет, у тебя с самого начала были такие же огромные карие глаза, как сейчас.

— Мне отвели мою обычную комнату? — осведомился Адам.

— Да. Мы ждали тебя и поэтому застелили постель.

— Ты, случайно, не привез новостей, Адам? — поинтересовался Гай.

— Все в газетах.

— Неужели таковые еще существуют? Я думал, все сложили лапки и тихо позакрывались. И какого цвета бумага на этот раз?

— Прелестного розового оттенка, — хихикнула Ли.

— Розового?! Помоги нам Бог!

— Правда, шрифт черный, а может, темно-фиолетовый, трудно разобрать. Зато все очень мило. Издатель извиняется перед читателями, оправдываясь недостатком бумаги и туши.. Этот выпуск последний. Издатель заявляет, что на карту поставлена его честь, поскольку следующий выпуск должен был выйти на сиреневой бумаге, — сообщила Ли.

— Какой ужас! У тебя есть время почитать мне? По крайней мере я избавлен от жестокой необходимости смотреть на розовую газету, — проворчал Гай.

— Я почитаю, — предложила Алтея, прежде чем Ли успела ответить. — Думаю, Ли предпочтет распаковать ту волшебную корзинку, которую принес Адам.

— Вот и хорошо. Подозреваю, что Ли читает только то, что не слишком меня расстраивает.

— Гай! — запротестовала Ли, но далеко не так яростно, как следовало бы, потому что брат сказал правду.

— Мистер Адам! Как хорошо снова видеть вас, сэр! — воскликнул Стивен с порога. — Вижу, вы не забыли нас! А Джоли печет лепешки на ужин.

— Устроим пир, Стивен, потому что я даже умудрился всеми правдами и неправдами достать небольшой окорок. Конечно, ему далеко до ветчины из Треверс-Хилла, но все же… Думаю, присутствующие не будут возражать.

— А уж как Джоли обрадуется! У нее всегда хорошее настроение, когда есть что готовить. Мечется, как гончие мистера Гая, еще со вчерашнего дня, когда пришли капитан и его солдаты, и уверяет, что, как и четыре года назад, это добром не кончится, — хмуро заметил Стивен, но, вспомнив, что поклялся никому не говорить о капитане, поспешно поджал губы, чем привлек к себе еще больше внимания.

— Капитан и его люди? — переспросил Адам, заметив виноватый взгляд Стивена, брошенный на Ли.

— Да, южане, о которых я говорила вам. Они искали янки, которые атаковали Ричмонд, — поспешно объяснила она, избегая встречаться глазами с Адамом.

— А мне послышалось, что он майор. Быстро же его понизили в чине, — засмеялся Гай.

— Пойдем, поможешь нам распаковать корзинку, — позвал Ноуэлл Адам, и девочка вприпрыжку побежала за ним и Стивеном.

— Давайте посмотрим, — пробормотала Алтея, развертывая газету и удивленно взирая на продолжавшую стоять рядом сестру. Но та ничего не замечала, нервно глядя на дверь и гадая, что способен выпытать у Стивена Адам.

— Сначала заголовки, Алтея, — попросил Гай.

— Ладно, о чем хочешь услышать? О дезертирах? Их число растет, и правительство предлагает амнистию и прощение тем, кто немедленно вернется на поле боя, иначе всех ждет трибунал. Цены на продукты? Господи! Четыре доллара за горстку репы! Куда катится этот мир? Избили баптистского проповедника, продавшего баррель муки за четыреста долларов. Интересно, среди нападавших были его прихожане? Свыше сотни военнопленных сбежали из ричмондской тюрьмы, прорыв тоннель. Двое утонули. Кого-то поймали в домах сторонников Союза и на заброшенных фермах. Но почти половине удалось добраться до своих. Послушай-ка! Всего два дня назад был ограблен поезд, везущий золотые слитки. Охрану убили. Их командиром был майор Монтгомери Стэнфилд. Всех хладнокровно пристрелили, предварительно обезоружив. Остался в живых один человек. Потом уничтожили паровоз и убили машиниста и помощника. Какой ужас!

— Стэнфилд? — переспросил Гай. — Я знал майора Стэнфилда. Раза два встречал в штабе. Истинный джентльмен. Какой позор!

— Видимо, поэтому и обыскивают всю округу, — сказал Адам, входя в комнату с охапкой подарков. — А когда Далгрен попытался уничтожить Ричмонд, за ним послали целую армию. Никогда еще не видел столь бурной деятельности.

— Говорят, что на поезд напали «кровавые всадники» под предводительством этого убийцы, капитана Даггера. Я что-то слышала о нем в Ричмонде, — вставила Алтея. — Блайт о нем упоминала… о, тут пишут, что майора Мосби произвели в подполковники, о Джебе Стюарте и даже об этом кошмарном Куонтрилле.

Рука Ли дрогнула, и кусок мыла, протянутый Адамом, полетел на пол. Ли нагнулась, чтобы его поднять, не замечая задумчивого взгляда Адама.

— Ах, не все ли равно, Даггер, Куонтрилл и им подобные. Все они бандиты, — отмахнулся Гай.

— Люди Даггера называют себя «кровавыми всадниками». Надеюсь, их поймают и повесят, — кровожадно заявила Алтея.

— А мне кажется, эти истории преувеличены либо просто ложны. И капитан Даггер на самом деле не может быть так жесток, — заявила Ли и тут же осеклась под пристальным взглядом Адама.

— Как хочется поскорее увидеть солнышко, — заметил Адам небрежно, и по тому, как он поспешно сменил тему, Ли поняла: ему известно настоящее имя капитана Даггера. Он не забыл прозвище, данное кузену индейцами.

— Лето… — мечтательно протянула Алтея, словно вдыхая доносившиеся из сада ароматы.

— Интересно, не бродит ли поблизости капитан Даггер? — неожиданно брякнул Гай.

— Надеюсь, что нет, — испугалась Алтея.

— Про него просто легенды ходят. Говорят, он только вчера взорвал железнодорожный мост, — сообщил Адам, пристально глядя на Ли. — И кроме того, он поистине неуязвим. Ничто его не берет. Пролетает невредимым сквозь град пуль. Никто не может понять, как ему удалось избежать вчера засады и умчаться на большом гнедом жеребце как ни в чем не бывало.

— Я же слышал вчера взрыв! — досадливо воскликнул Гай, хлопнув себя по бедру. — Ли, ты уверена, что искали Далгрена, а не капитана Даггера?

Ли откашлялась, стараясь выиграть время.

— Не помню. Разве это так важно? Янки есть янки.

— Женщины! — с чисто мужским презрением фыркнул Гай. — Впрочем, это роли не играет. Я просто так интересуюсь.

— Насчет Далгрена можно не волноваться. Его поймали, — утешил Адам.

— Остается Даггер.

— Именно, — кивнул Адам. — Наши утверждают, что завели его в ловушку.

— Может, предложить мои услуги? Послать гончих, чтобы выследить его? — пошутил Гай. — Как жаль, что у меня нет прежней стаи. Если этот Даггер попытался бы уйти от погони или пересечь реку, мы могли бы отыскать то место, где он вышел на берег, и тогда уж не потеряли бы. Выследили бы до самого укрытия. Небось прячется, как лиса, в дупле или пещере.

Адам замер, словно пораженный громом, но тут же рассмеялся.

— Пойдем, Стивен. Я помогу донести корзину на кухню.

— Не стоит, мистер Адам. Она теперь не такая тяжелая, — запротестовал Стивен, с тревогой оглядываясь на Ли: уж очень много вопросов задавал гость.

71
{"b":"18547","o":1}