ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Последний крик банши
Заветный ковчег Гумилева
Хватит быть хорошим! Как прекратить подстраиваться под других и стать счастливым
Sapiens. Краткая история человечества
Голос рода
Всё о Манюне (сборник)
Вечная жизнь Смерти
Бельканто
П. Ш.

— Что вы купили малышке, господин Тристрам? Быть может, если мы хорошенько поищем, то найдем ваш подарок? Может, его и не украли? — спросил Фарли. — Пошли, Тилли, поможешь мне.

— Конечно, господин Тристрам, сейчас найдем.

Слезы умиления выступили у Тилли на глазах. Она думала, что другого такого славного мальчика не сыщешь во всем свете. Опустившись на колени, девушка стала перебирать солому на полу в поисках маленького букетика, перевязанного ленточкой, крошечной куклы или чего-нибудь в этом роде. Внезапно Тилли испустила истошный вопль, вскочила и, резко обернувшись, упала, сбитая с ног чем-то тяжелым, шлепнувшимся прямо на нее.

Собачья мордочка ткнулась ей в лицо и лизнула в нос. «Что здесь делает эта псина?» — мелькнуло в голове у служанки.

— Он вернулся! Он вернулся! — Тристрам подбежал к собаке, с восторженным усердием лизавшей лицо Тилли.

Пес взвизгнул и с лаем начал прыгать на него.

— Осторожнее, Тристрам, эта собака напала на одного из ребят! — предупредила Лили.

— Это моя собака. Лили! Как ты не понимаешь, я купил ее для Дульси. — Тристрам с гордостью воззрился на свой подарок. — Она всегда хотела щенка, Лили.

— Щенка? — Лили оглядывала мастиффа совершенно недружественным взглядом.

Щенок подкатился к ней и преданно заглянул в глаза.

— Я знал, что он тебя полюбит. Лили, — заявил Тристрам. — Как ты думаешь, он Дульси понравится?

— Конечно. Но ведь она мечтала о пони, — протянула Лили. М-да, как воспримет Хартвел Барклай это добавление к своим питомцам?

— Мы ведь можем его взять, правда, Лили? Это же мой подарок Дульси, — умолял мальчик, глядя на щенка с палево-коричневой лоснящейся шерстью и темными ушами. — Он ведь красавец, правда, Лили? А каким станет, когда вырастет!

— Где же ты его держал все это время? — поинтересовалась сестра.

— Похож на одного из щенков суки Джо Рилли. Собака у него и впрямь чудная. Не знал, что он оставил щенка.

— Я попросил подержать пса у себя до дня рождения Дульси, — объяснил Тристрам, гладя собаку. — Пришлось заплатить за всю еду, что он съел за эти месяцы.

— Да, Джо Рилли провернул хорошее дельце, — согласился Фарли.

— Так я могу подарить его Дульси, Лили?

Она не посмела отказать братишке.

— Раз уж ты за него заплатил… — начала Лили. Но Тристрам, не дав закончить, обнял ее.

Дверь конюшни заскрипела.

— Вам еще домой в эту мерзкую погоду ехать, госпожа Кристиан, — произнес Ромни. — С мальчишкой, думаю, ничего не случится. У меня есть мазь и примочки. Для ссадин, если будут сильно болеть.

— Спасибо, я… — начала было Лили, но Фэрфакс перебил хозяйку:

— Мы с Фарли частенько дрались и знаем, как помочь молодому хозяину.

Фэрфакс с воинственным видом выступил вперед.

— Мы с Фарли никак в толк не возьмем, что ты тут делаешь с госпожой Лили?

Ромни Ли улыбался. Улыбочка его не предвещала ничего хорошего.

— Эй, Фэрфакс, седлай Весельчака. Пора нам ехать в Хайкр. Ты же не хочешь, чтобы Хартвел Барклай отправился за нами сам.

Угроза появления Барклая усугублялась угрозой дождя, и вскоре Тристрам со щенком на коленях и Тилли сидели в экипаже рядом с Фарли.

Фэрфакс неодобрительно смотрел, как Ромни помогает Лили сесть на коня. «Что себе возомнил этот цыган? — думал младший Одел. — Пялится на госпожу, будто так и надо».

Фэрфакс совсем забыл о вредной привычке Весельчака, и тот, не упустив случая, укусил его за плечо. Фэрфакс выругался.

Фарли взглянул на брата, вспомнив наконец, что его вообще не должно было быть в деревне.

— Кстати, какого дьявола ты тут делаешь? — спросил он. Старший Одел почесал затылок. Затем хлопнул себя по лбу:

— Совсем позабыл! Меня ж Барклай к вам и послал! Я должен был сказать вам, госпожа Лили, что в Хайкрос приехали Уайтлоу. Две госпожи и джентльмен.

Только Ромни заметил, как странно изменилось лицо Лили Кристиан. Стоя у дверей конюшни, он смотрел вслед процессии, медленно двигавшейся в сторону моста: экипаж, запряженный пегой лошадью, и рядом с ним Лили Кристиан верхом на белом коне. Неужели он не ошибся и то чувство, что увидел он в глазах девушки, — любовь к приехавшему джентльмену?

Глава 14

В решеньях я неколебим, подобно

Звезде Полярной…

Уильям Шекспирnote 35

Никогда еще расстояние между Ист-Хайфордом и Хайкрос — Чоллом не казалось Лили таким огромным. Не один раз бросала она нетерпеливые взгляды на экипаж. Как хотелось ей пришпорить Весельчака! Девушке казалось, что они вообще никогда не приедут домой.

Лили надеялась, что Валентин Уайтлоу приедет на день рождения Дульси.

Квинта Уайтлоу и Артемис наведывались в Хайкрос довольно часто, но Валентина Лили в последний раз видела два года назад. Однако долгая разлука не могла заставить ее забыть о нем. За три года, что жила она в Хайкрос-Холле, чувство ее к этому человеку нисколько не остыло. Но любовь ее была безответной. Пускай. Никто не узнает о ее тайне. Даже сам Валентин Уайтлоу.

Ромни Ли был прав. Лили Кристиан любила. И любовью ее был Валентин Уайтлоу.

— Как провести его в дом, чтобы Дульси не заметила, а, Лили? — спросил Тристрам, отворачиваясь от мокрого шершавого языка. — Я не хочу оставлять его в конюшне. Холдинге мне не нравится. Не думаю, что щенок его полюбит. — Он потрепал собаку по голове.

— Секрета все равно не получится. Он, наверное, всю ночь будет скулить. А то еще лаять начнет, — сказал Фарли.

— Готов поспорить, что леди вас не узнают, Тристрам. Вы стали совсем на себя не похожи. Все лицо опухло, синяки почернели. Да и выросли вы на пару дюймов, — произнес Фэрфакс. В душе он надеялся, что леди Уайтлоу не упадут в обморок, когда увидят, что стало с мальчиком.

— В самом деле? — спросил Тристрам.

Мальчик не жалел, что подрался. Он чувствовал себя героем. Это была первая в его жизни драка, и он вышел из нее почти победителем.

— Да уж, недели две это все будет держаться. Ничего, до свадьбы заживет. — Фэрфакс подмигнул парнишке. — Вы дрались как герой. Ваш отец, капитан Джеффри, мог бы вами гордиться. Бьюсь об заклад, что кое-кто из забияк долго будет потирать ушибы. Ни один из них не посмеет больше сказать ничего дурного о юном джентльмене. — И он дружески хлопнул Тристрама по спине своей огромной ручищей. У мальчишки искры из глаз посыпались. В этот миг Тристрам напрочь позабыл о звоне в голове, о заплывшем глазе и распухших губах.

Лили не слишком радовали свидетельства храбрости брата. Что скажет Барклай, когда увидит Тристрама? Что подумают Уайтлоу? Ох, зачем они вообще приплыли в эту Англию?

Поеживаясь от холода, Лили смотрела вперёд. Из-за деревьев показались кирпичные трубы Хайкрос.

Хайкрос. Жизнь в этом доме никак нельзя было назвать приятной. Сносной, и то едва ли. Лили до сих пор помнит, как вошли они в этот большой нетопленый дом, бывший когда-то ее родным домом. Теперь он казался ей чужим.

То же и с дядей Барклаем. Первое впечатление от этого человека вскоре забылось. Получив известие от Валентина, Хартвел не мешкая отправился в Лондон. В Тэмсис-хаус он прибыл в сопровождении по меньшей мере полдюжины адвокатов, готовых доказать кому угодно, что их клиент — самый лучший опекун, а уж женщина, которую он разыскал и представил как няню для младших, Мэри Лестер, могла убедить любого, что лучше дома, чем Хайкрос-Холл, для детей не найдешь. Эта добрая женщина, бывшая няня Лили Кристиан, смотрела бы за детьми так, словно они были ее собственными.

Однако Хартвел волновался напрасно. Его право стать опекуном и временно распоряжаться имуществом детей никто не мог оспорить. К несчастью, он оставался единственным родственником детей, поскольку отец Магдалены умер много лет назад. Барклай в те дни источал улыбки направо и налево — самый добросердечный дядюшка в мире. Именно такое впечатление он произвел на окружающих.

вернуться

Note35

Пер. М. Зенкевича.

34
{"b":"18548","o":1}