ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вот эта жизнь – по мне, не то что в лесу, – сразу же объявил Шемма. – А еда-то здесь какая, Тревинер! Против нее даже и тот паштет из дичи… так я его и не попробовал… голову даю, не потянет.

– Мы собирались возвращаться в село, но его величество попросил нас об услуге, – сообщил Витри, радуясь новому приключению. – Он посылает к монтарвам обоз с провизией, а с ним – предложение о дружбе и взаимной помощи и хочет, чтобы мы были посредниками в переговорах.

– Никто, кроме нас с Витри, не знает языка монтарвов, – важно сказал Шемма, – да и Пантур не вступит в переговоры ни с кем, кроме меня. Ну как тут откажешь его величеству!

– Да ты, я смотрю, большим человеком стал, Шемма! – восхитился охотник. – Не каждому выпадает честь оказать услугу правителю Келанги!

– Ни к чему мне такая честь, суеты много, – вздохнул в ответ табунщик. – Как вернемся от монтарвов, поедем домой. У нас и там дела найдутся.

Верно, Витри?

Витри не ответил. Заглядевшись на охотника, на его загорелое лицо, встрепанные ветром волосы, привычно-жизнерадостную улыбку, он думал, что скоро тот вернется в свои леса и будет разъезжать там на своей Чиане, радуясь солнцу, деревьям, зверью, выслеживая и пугая уттаков, и будет счастлив своим единственным, не известным обыкновенному келадскому жителю счастьем.

Их догнал стражник, ходивший к правителю с докладом о приезде охотника.

– Эй ты, длинный! – крикнул он Тревинеру, казавшемуся еще выше рядом с лоанцами. – Его величество хочет видеть тебя, и немедленно!

– Мой правитель соскучился по мне, – объяснил Тревинер лоанцам. – Пока, друзья!

Он пошел вслед за стражником в восточное крыло дворца, вертя по сторонам головой и по привычке замечая все – ухоженные деревья и клумбы, постройки, гармонично вписывающиеся в парковые пейзажи, богатое и добротное убранство дворца, его картины и скульптуры, гроздья светлячков Феникса на серебряных и золотых подставках, двустворчатые двери залов, украшенные орнаментом из различных сортов древесины. Стражник остановился у кабинета правителя и растворил перед охотником двери. Войдя, Тревинер увидел Вальборна, сидящего за огромным, заваленным бумагами письменным столом.

– Мое почтение, ваше величество! – Охотник, остановившись напротив Вальборна, отвесил шутовской поклон.

– Садись, Тревинер. – Вальборн махнул рукой на глубокое и мягкое кресло у противоположной стены. – Давно я тебя не видел.

Тревинер плюхнулся в кресло и, развалясь, вытянул длинные ноги.

– Удобно, – сообщил он Вальборну. – Вы неплохо устроились, мой правитель! Я уже успел заметить.

– Ты всегда все успеваешь заметить, – сдерживая улыбку, ответил Вальборн. – Ромбар хвалил тебя, хотя какая в том нужда? Я тебя и так знаю. Ты выполнил важное поручение и заслуживаешь награды. Говори, чего ты хочешь?

– Чего я хочу? – Тревинер задумался, уставив глаза в потолок. – Да вроде бы все у меня есть. Одежонку разве новую… я свою старую Шемме отдал – парень ни в чем, можно сказать, из-под земли вылез.

– Будет тебе одежонка, – пообещал Вальборн. – А теперь выбирай себе службу – хоть начальником стражи, хоть старшим над лучниками или дворцовой охотой. Я не сомневаюсь, что ты справишься с любой из них.

– Позвольте мне, мой правитель, остаться на прежней службе – свободным охотником у правителя Бетлинка, – ответил ему Тревинер, на мгновение расставшись с зубоскальством. – Я давно отвык от городской жизни и не хочу заново привыкать к ней.

– Жаль. – Вальборн заметно огорчился, но не стал уговаривать охотника. – Впрочем, я предвидел твой выбор. Что ж, поезжай с Ромбаром, он будет рад такому помощнику. Но мне хотелось бы, чтобы напоследок ты выполнил еще одно поручение.

– Какое, мой правитель?

– Нужно отвести к монтарвам обоз с провизией.

– Тот, с которым поедут лоанцы?

– Ты уже и это знаешь… – покачал головой Вальборн. – Хоть война и закончилась, мне будет спокойнее, если их будет сопровождать такой парень, как ты, Когда доставите обоз на место, можешь ехать оттуда в Бетлинк.

– Все будет сделано, мой правитель, – сверкнул улыбкой Тревинер.

– Ладно, иди. Обоз отправляется послезавтра. – Глядя на закрывшуюся за охотником дверь, Вальборн задумчиво добавил:

– Мне будет не хватать тебя, дружище Тревинер…

Весь следующий день прошел в дорожных сборах. К вечеру в военном лагере собрались три десятка подвод, нагруженных мешками, бочонками и ящиками, предназначавшимися для отправки с войсками. Шемма и Витри, получив дорожное снаряжение и теплую зимнюю одежду, приехали на место сбора и познакомились со старшим обозным, распоряжавшимся остальными возницами и приставленным к обозу отрядом охраны. Вскоре к ним подъехал и Тревинер, казавшийся вооруженным до зубов с двумя луками и колчанами за спиной. Вместо ответа на расспросы лоанцев, в чем причина такой усиленной экипировки, он снял с плеча один из луков, а за ним колчан и протянул Витри.

– Держи, – оскалился в улыбке охотник. – Это – тебе, как обещано.

– Мне?! – ахнул от восторга Витри. – Настоящий лук Феникса?! Но откуда он у тебя?

– Вальборн дал. Бери, не робей.

Витри бережно взял лук. На другой день, когда обоз отправился в путь, он поехал рядом с охотником, чувствуя себя таким же бывалым лучником, как тот.

Обоз медленно двигался по бездорожью вдоль северного берега Тиона, прокладывая путь то по полянам, покрытым хрустящим инеем, то по промерзшим песчаным наносам. Когда береговой путь становился непроходимым из-за разросшегося кустарника, подводы сворачивали в лес и петляли среди деревьев, придерживаясь восточного направления, а то и останавливались, дожидаясь, пока воины расчистят проезд или отыщут брод через встреченную на пути старицу.

Неделю спустя обоз остановился на повороте реки, откуда хорошо виднелась примета Пантура – тройной пик, возвышающийся неподалеку от входа в подземный город.

На первую встречу Шемма пошел в одиночку. Завернувшись в пару теплых одеял, он улегся спать на широком камне посреди поляны. Ночью к камню пришел Пантур, которому сообщили, что в назначенном месте спит какой-то человек, и с трудом добудился табунщика.

– Что случилось, Шемма? – начал он расспросы. – Ты пришел с новостями?

– Пантур? – Шемма сладко потянулся и, увидев перед собой желтую светящуюся одежду, протер глаза, чтобы получше разглядеть ученого. – У меня хорошая новость – война кончилась.

– А этот ваш Каморра?

– Уттаки, говорят, съели. – Табунщик уселся на камне и натянул одеяло на голову, чтобы защититься от ночного холода. – Я вам подарки привез от правителя – муку, из которой хлеб делают, и кое-что еще. Хороший мужик этот Вальборн, он предлагает вам дружбу и торговлю.

– Желтый камень помог вам?

– Еще как помог. Говорят, без него все пропало бы, поэтому Вальборн и расщедрился. А как у вас дела?

– Были и у нас неприятности, но теперь все уладилось. – Пантур присел на камень рядом с лоанцем. – С тех пор как ваша женщина восстановила Оранжевый шар, он больше не остывал. Мы заново засадили плантации и скоро снимем с них первый урожай. Великая рада этому и вспоминает вас с благодарностью. Теперь она не будет противиться сотрудничеству с людьми сверху.

– А как у вас с едой?

– Пока трудновато, но все надеются, что это ненадолго.

– Значит, наш обоз пригодится, – обрадовался Шемма.

– Пригодится. – Пантур повернул голову к табунщику, его серо-желтые глаза, как и одежда, светились в темноте. – Жаль, что вы не приехали на два дня пораньше – в это новолуние у нас был двойной праздник.

Великая наконец выбрала отца для своей дочери.

– Да ну! – воскликнул Шемма. – И кто же он?

– Вряд ли ты его помнишь. Это Лангур, глава Восьмой общины.

– Угу, – отозвался Шемма, смутно припоминая монтарва, поддержавшего владычицу на совете. Он окончательно проснулся и позвал Пантура на стоянку.

Остаток ночи прошел в переноске грузов, прибывших с обозом. Воины подтаскивали к камню мешки с мукой и бочонки с медом и салом, оставляя их монтарвам, которые уносили подарки Вальборна под землю. Наутро обоз отправился в обратный путь, а лоанцы, распрощавшись с Тревинером, поехавшим на север вдогонку Ромбару, задержались на несколько дней у монтарвов, чтобы выучить подземных жителей печь хлеб.

78
{"b":"1855","o":1}