ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Разбудив жрецов и передав им своего правителя, Тревинер уселся у храма на обломок булыжника и просидел до утра. О тех, кто нуждался в заботе, – о раненом и о конях – здесь позаботились, а его предоставили самому себе.

Охотник поглядывал на дверь храма, куда ночью внесли Вальборна, но оттуда никто не появлялся. Вскоре ворота открылись для посетителей, и площадь перед храмом заполнилась людьми. От длинного двухэтажного здания к дверям храма прошла цепочка оранжевых жрецов, вслед за ними потянулись люди, ожидавшие начала утренней хвалы богине. Тревинер поднялся с камня и вошел в храм вместе со всеми. К его удивлению, ни правителя, ни черных жрецов там не оказалось.

У выхода он увидел мужчину в черной накидке. Догадавшись, что перед ним – один из черных жрецов, охотник наскочил на него с вопросами:

– Я отдал вашим моего правителя, они внесли его сюда. Но здесь никого нет! Куда они все пропали?! И где Шантор?

Жрец жестом остановил поток слов охотника.

– Не беспокойтесь, пожалуйста. Они все под землей, чтобы выпросить для раненого милость великой Мороб. Я только что оттуда.

– И долго они там будут?

– Пока богиня не проявит своей милости, – устало ответил жрец. – Или не откажет в милости.

– А она может отказать?! – взвился Тревинер. – Где эта аспидова баба?! Я с ней сам поговорю!

– Вы можете оказать всем нам большую услугу. – Жрец повернул Тревинера к выходу. – Не мешайте нам. Поверьте, там делают для раненого все возможное и невозможное.

Тревинер вышел из храма, слегка обескураженный ледяной вежливостью жреца. Вдруг до его ноздрей Донесся запах, идущий с алтарной кухни. Охотник мгновенно вспомнил, что в последний раз хорошо поел трое суток назад – утром перед нападением Каморры на замок. Он пошел на запах и без труда отыскал кухонную дверь. В кухне было жарко, стоял густой аромат горячей каши и душистых трав. Две Жрицы в оранжевом хлопотали у печи.

– Красавицы! – воззвал к ним Тревинер, обшаривая взглядом кастрюли и полки. – Сжальтесь над бедным охотником! Я три дня в рот ничего не брал, кроме лесных ягод.

Ввалившиеся глаза и запавшие щеки охотника говорили сами за себя.

Одна из жриц наложила ему полную миску каши, другая отрезала хлеба и окорока.

Каша исчезла с быстротой, удивившей и самого Тревинера. Он недоверчиво поглядел на дно миски и протянул ее за следующей порцией.

Охотник расправлялся с едой, как зверь, не знающий, когда он будет есть в следующий раз. Он наелся, когда женщины уже начали терять надежду накормить его досыта, встал из-за стола, покачиваясь от съеденного, расставил длинные руки и от избытка чувств сгреб их обеих.

– Спасительницы вы мои… как же я вас люблю… обеих… – бормотал он в промежутках, чмокая и ту и другую. – Ягодки вы мои наливные!

Ошеломленные жрицы не сопротивлялись. Лишь когда стукнула входная дверь, они запоздало взвизгнули и шарахнулись от охотника. Тревинер обеими руками послал им воздушные поцелуи и прокричал:

– У меня сейчас дела, красавицы! Но я еще вас найду! – Он схватил за плечо вошедшего парня и потащил за собой. – Пойдем-ка со мной, малый, ты мне нужен.

Парень дергался и вырывался, пытаясь что-то сказать, но Тревинер, казалось, не замечал этого. Он вытащил парня на площадь и повернул лицом к себе.

– Покажи, где живет Шантор, и ты свободен. Ясно?

Парень указал на дом черных жрецов. Тревинер выпустил его, отряхнул руки и пошел через площадь.

Наружная дверь дома была открыта. Тревинер пошел по коридору, заглядывая во все комнаты подряд, но нигде никого не было. Сзади раздался звук шагов, и охотник обернулся. Следом за ним шел слуга, заметивший, что в дом черных жрецов проник чужой.

– Эй, ты, иди отсюда! – закричал слуга. – Тебе здесь нечего делать!

– Отстань, я ищу Шантора, – ответил Тревинер, по-прежнему заглядывая в комнаты. – Разве у вас тут никто не живет? Все комнаты пустые.

– Их всего семеро, поэтому здесь много нежилых комнат. А ты убирайся, а то тебе достанется!

– Мы еще посмотрим, кому из нас достанется, – откликнулся Тревинер.

Потайная дверь в торцовой стене неожиданно раздвинулась, и из проема вышел жрец, несущий на руках маленькую женщину в черной накидке. Ее голова и тонкая рука бессильно свешивались вниз. Увидев Тревинера, жрец нахмурился.

– Почему здесь чужие? – сказал он слуге. – Выставь его отсюда.

Слуга попытался вытащить Тревинера, но тот ухватил его за воротник и отшвырнул в конец коридора.

– Я сам знаю, когда мне уйти, приятель. – Он стоял перед жрецом, загораживая дорогу. – А уйду я, когда поговорю с Шантором, не раньше. Где он?

– Пропусти, болван, – сказал жрец, перехватывая поудобнее свою ношу. – Не видишь, что ли?

Тревинер посторонился. Вслед за жрецом из проема вышел высокий белый старик, в котором охотник узнал магистра ордена Саламандры. Шантор грозно глянул на охотника.

– Кто вы такой? – спросил он. – Тревинер, к вашим услугам, – оскалился в улыбке охотник. – Я до сих пор ничего не знаю о моем правителе, Вальборне.

– Так это вы привезли его ночью?

– Именно. Надеюсь, я успел вовремя?

– Почти. Его жизнь в безопасности, успокойтесь. – Шантор выглядел усталым и встревоженным, и Тревинер не поверил ему. – Я должен увидеться с ним… – Охотник не успел договорить. Из подземного хода показались двое с носилками, на которых лежал его правитель.

Тревинер пошел рядом с носилками и взял Вальборна за руку. Рука была теплой – не чувствовалось ни жара лихорадки, ни холода трупа.

– Мой правитель! Вы слышите меня? – позвал Тревинер.

– Оставьте его, он спит, – вмешался Шантор. – Сейчас он здоров, но очень ослаб. Через несколько дней силы полностью вернутся к нему.

Носилки внесли в одну из пустующих комнат. Когда Вальборна перекладывали на кровать, он очнулся и открыл глаза. Тревинер метнулся к нему и заглянул в лицо.

– Это ты, Тревинер? – Вальборн чуть заметно улыбнулся.

– Я, мой правитель. Как вы себя чувствуете?

– Жив пока. Как ты здесь оказался?

– Шел мимо и зашел. Как же еще? И не выйду отсюда, пусть они не надеются. – Он мотнул головой на жрецов. – Я останусь с вами, мой правитель, вы позволите?

– Позволю. Если не будешь шуметь, – подмигнул ему Вальборн.

– Я буду тише падающего листа, – клятвенно произнес Тревинер. – Слышали? – сказал он жрецам. – Мой правитель позволил мне сопровождать его особу. А вы можете быть свободны.

Оставшись вдвоем с Вальборном, Тревинер осмотрелся. Комната была небольшой и скудно обставленной, единственную койку занимал его правитель.

Охотник взял висевшее на спинке кровати покрывало, расстелил на полу у окошка, улегся сверху и заснул.

К вечеру их разбудил стук двери. Вошел слуга с подносом, а за ним – Шантор. Слуга поставил поднос на столик и придвинул к изголовью Вальборна.

Тревинер вскочил, жадно принюхиваясь.

– А мне?! – возмутился он, подбираясь поближе к подносу. – Я тоже люблю есть. Шантор смерил охотника взглядом.

– Кто вы такой, чтобы слуги носили вам еду? – сказал он не без веселья в голосе. – Разве это вы полдня назад были при смерти?

Глаза Тревинера заискрились в ответ.

– Кто я такой? – переспросил он, вытащив из-под ворота рубашки тяжелую цепь, полученную от Вальборна три дня назад, и помахал перед носом магистра гербом Бетлинка. – А вы как думаете?

Вальборн, чувствовавший себя лучше, приподнялся на локте.

– Отдай ее сюда, Тревинер. Это не игрушка.

Тревинер снял цепь и надел на шею своему правителю. Шантор молча наблюдал за обоими.

– Идите на кухню, Тревинер, и поешьте там. – Во взгляде магистра появилось нечто вроде усмешки. – Жрицы целый день шепчутся о .увком-то лихом малом, который с утра был на кухне и чуть не оставил без завтрака весь алтарь.

Это не о вас?

Тревинер хлопнул себя по лбу.

– Как же я мог забыть моих красоток?! Бегу! – И выскочил из комнаты.

Шантор покачал головой ему вслед, затем повернулся к Вальборну:

44
{"b":"1857","o":1}