ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Да? – сказала она. – В чем дело? – Она говорила без тени акцента. Если бы Карелле предложили определить по ее речи, откуда она родом, он бы выбрал Бостон или его окрестности.

– Мы из полиции, – сказал он, показывая свой жетон. – Мы расследуем смерть Стэна Джиффорда.

– А, ясно, – сказала она. – Входите.

Они вошли в ее квартиру. Квартира выдавала оригинальный, но хороший вкус хозяйки и была заполнена вещами из лучших антикварных лавок города и из магазинов уцененных товаров. Стены и полки изобиловали самыми разными вещицами: старыми щелкунчиками, старыми театральными афишами, были там и французская кукла, и акварельные наброски костюмов и декораций, а также несколько военных медалей, черная шелковая шляпа и куски плавника. Гостиная оказалась маленькой, с широкими зашторенными окнами, выходящими на улицу, залитую послеполуденным солнцем. Из мебели там стояли софа и кресло, обшитые темно-зеленым бархатом, кресло-качалка, низкий табурет для ног и столик с мраморной столешницей, на котором лежало несколько номеров “Пари-матч”.

– Садитесь, пожалуйста, – сказала Мария. – Может, выпьете что-нибудь? Ах, вам нельзя? А кофе?

– От чашечки кофе не откажусь, – сказал Карелла.

– Кофе на плите. Остается только налить. Я всегда держу кофейник на плите. Я, наверное, выпиваю миллион чашек кофе в день. – Она ушла на маленькую кухню. Им было видно, как она разливала кофе по чашечкам из эмалированного чайника с ручной росписью, чашечки стояли на стеклянной столешнице под настольной лампой с большим абажуром. Чашки, ложечки, сахар и сливки она принесла в гостиную на маленьком тиковом подносе; смахнув французские журналы в сторону, она подала кофе детективам. Потом села в кресло-качалку и, раскачиваясь, стала отпивать маленькими глотками кофе из чашки.

– Я купила это кресло, когда Кеннеди убили, – сказала она. – Вам нравится? Того и гляди развалится. Что вы хотите знать о Стэне?

– Насколько мы знаем, вы были с ним в его уборной, перед тем как он в последний раз поднялся на сцену, мисс Вальехо. Верно?

– Верно, – сказала она.

– Вы там были одна с ним?

– Нет, в комнате находились несколько человек.

– Кто именно?

– О! Я так сразу и не вспомню. Кажется, Арт был там, да... и, может быть, еще один человек.

– Джордж Купер?

– Да, верно. Слушайте, а вы откуда знаете?

Карелла улыбнулся.

– Но мистер Купер в комнату не входил, верно?

– Нет, почему же, входил.

– Я имею в виду, что он просто постучал в дверь и позвал мистера Джиффорда, так?

– Нет, он вошел, – сказала Мария. – Он там пробыл не так уж мало времени.

– Сколько времени, вы говорите, провел мистер Купер в уборной?

– Что-то около пяти минут.

– Вы это хорошо помните?

– Да, хорошо. Он там был, это точно.

– Что еще вы помните, мисс Вальехо? Что происходило в уборной в тот вечер в среду?

– Ничего. Мы просто беседовали. Стэн отдыхал, пока певцы выступали, а я зашла покурить и поболтать, вот и все.

– О чем вы болтали?

– Я не помню. – Она пожала плечами. – Так, ни о чем. Пока на мониторе пели певцы, мы говорили о том о сем.

– Мистер Джиффорд ел что-нибудь? Пил?

– Что вы, нет. Мы просто говорили.

– И даже кофе не пил? Ничего?

– Нет. Нет.

– А витамины он не принимал? Может, вы случайно заметили?

– Нет, ничего такого я не заметила.

– А, может, он какую-нибудь таблетку проглотил?

– Нет, мы просто говорили, вот и все.

– Вам нравился мистер Джиффорд?

– Ну... – Мария колебалась. Она встала с кресла, подошла к кофейному столику, поставила свою чашку, возвратилась к креслу и только тогда пожала плечами.

– Он вам нравился, мисс Вальехо?

– Мне бы не хотелось говорить о покойном, – сказала она.

– Мы прекрасно говорили о нем буквально минуту назад.

– Мне бы не хотелось говорить о нем плохо, – уточнила мисс Вальехо.

– Значит, вы его недолюбливали?

– Ну, он был чересчур требовательный, вот и все.

– В чем требовательный?

– Вы, наверное, знаете, что я старшая костюмерша студии.

– Да, мы знаем.

– Под моим началом работают восемь человек. Это большой штат. Я за всех отвечаю, и не так-то легко костюмировать шоу каждую неделю, можете мне поверить. Я... я не думаю, что Стэн облегчал мне работу, вот и все. Он... ну... он не очень хорошо разбирался в костюмах, но делал вид, что разбирается и... короче говоря, он иногда действовал мне на нервы.

– Ясно, – сказал Карелла.

– Но вы пришли, тем не менее, поболтать с ним в его уборную, – произнес Мейер в нос, а потом чихнул.

– Видите ли, вражды между нами не было. Просто время от времени мы орали друг на друга, вот и все. Поскольку он ни черта не понимал в костюмах, а я в них прекрасно разбираюсь, вот и все. Но это не мешало мне приходить в его уборную поболтать. Не вижу ничего ужасного в том, чтобы зайти в его уборную и поговорить.

– Никто не видит в этом ничего предосудительного, мисс Вальехо.

– Я хочу сказать, я знаю, что убили человека и все такое, но это еще не причина, чтобы придираться к каждому сказанному слову или самому маленькому поступку. Люди подчас спорят, как вы понимаете.

– Да, мы понимаем.

Мария помолчала. Потом перестала качаться в кресле, повернула голову к занавешенному окну, из которого лился солнечный свет, и сказала тихим голосом:

– Впрочем, зачем это я? Догадываюсь, вам уже наверняка донесли, что мы со Стэном ненавидели друг друга. – Она пожала плечами. – Мне кажется, он собирался уволить меня. Слышала, что больше терпеть он меня не хотел.

– Кто это вам сказал?

– Дейвид. Он сказал – Дейвид Крэнтц, наш продюсер, – он сказал, что Стэн собирается меня уволить. Вот поэтому я и пошла в его уборную в среду вечером. Спросить его об этом, попытаться... Работа эта неплохо оплачивалась. На личности на работе переходить глупо. Я не хотела потерять эту работу, вот и все.

– Вы с ним поговорили о вашей работе?

– Я начала, но тут пришел Арт, потом Джордж, и все. – Она снова помолчала. – Если я правильно понимаю, все это имеет сейчас чисто академический интерес, верно?

– Пожалуй.

Мейер шумно высморкался, убрал свой платок в карман, а потом как бы невзначай спросил:

– Вас хорошо знают в вашем мире, мисс Вальехо?

– О, да, конечно.

– Так что, если бы мистер Джиффорд выгнал вас, вы бы смогли найти себе другую работу. Это верно?

– Ну... слухи в нашей среде быстро распространяются. Вы, наверное, знаете, это плохо, когда тебя выгоняют с какой бы то ни было работы. А на телевидении... я бы предпочла сама уйти, вот и все. Я хотела выяснить это, вот почему я и пошла в его уборную. Чтобы выяснить. Если он действительно собирался меня выгнать, то я бы хотела оставить работу по собственному желанию, вот и все.

– Но вы так и не смогли обсудить эту проблему.

– Нет. Я же уже говорила вам. Арт пришел.

– Ну что ж. Спасибо, мисс Вальехо, – сказал, поднимаясь, Карелла. – Кофе у вас был превосходный.

– Послушайте... – Она уже встала со своего кресла, которое продолжало раскачиваться, солнце играло на занавесях позади нее. Она какое-то время покусывала губу, а затем сказала: – Послушайте, я к этому не имею никакого отношения.

Мейер и Карелла молчали.

– Я не любила Стэна, и, может быть, он собирался выгнать меня, но я не чокнутая, понимаете. Может, я немного вспыльчивая, но я не чокнутая. Мы не ладили, вот и все. Но это еще не причина, чтобы убивать человека. Я хочу сказать, что многие на студии не ладили со Стэном. У него был тяжелый характер, вот и все, да к тому же он был звездой. Мы время от времени вздорили, вот и все. Но я его не убивала. Я... я не знаю, как вообще к такому делу подступиться.

Детективы продолжали молча смотреть на нее. Мария едва заметно пожала плечами.

– Вот и все, – сказала она.

* * *

Когда они снова оказались на улице, день уже умирал. Карелла посмотрел на часы и сказал:

16
{"b":"18577","o":1}