ЛитМир - Электронная Библиотека

– Этого не понадобится. Тубал не ищет ее.

– Не ищет?

– Да. Ее никто не ищет. Отец ведет себя так, словно его родная дочь никогда и не пропадала, словно она во дворце. А ведь он всегда дорожил ею, они не ладили, но он все-таки любил ее по-своему.

– Может быть, ее вовсе не похищали? Вдруг она просто тайно уехала куда-нибудь?

– Нет. Ина обязательно рассказала бы мне, если бы они собрались уехать. Кроме того, когда наследница пропала, служанки, прибиравшиеся на другой день в ее комнатах, сказали, что в ее гардеробной был ужасный беспорядок – шкафы настежь, вещи разбросаны, стулья перевернуты.

– Следы борьбы? – уточнил Илдан.

– Скорее спешки. Словно собирались второпях или искали что-то. Когда Тубалу сообщили, что его дочери нет во дворце, он и бровью не повел. Я подождал два дня, но – ничего, тишина. И я поехал к вам.

– Но как ты узнал, куда я отправился? – Илдан помнил, что говорил об этом только Касильде.

– От Ины. Она запомнила, что наследница оговорилась об этом, когда посылала ее к дяде, ну и…

– Проболталась.

– Нет, не говорите о ней так, – вступился за девушку Энкиль. – Ина умная, она умеет молчать. Просто она знает, что рассказать мне – все равно, что не рассказать никому. И я знаю, что если ей пришлось бы уехать с наследницей, даже очень срочно и тайно, она нашла бы возможность сообщить об этом мне. Поэтому я уверен, что случилось несчастье.

Шут замолчал. Он не сводил взгляда с лица Илдана. Тот находился в полной растерянности – слишком неожиданно повернулись события.

– Давай до завтра, – сказал наконец Илдан. Ему нужно было хотя бы привыкнуть к случившемуся. – Уже поздно, да и тебе надо отдохнуть. Здесь, думаю, найдется ночлег? – он взглянул на привратника, тот подтверждающе кивнул. – До завтра, ладно?

Илдан вдруг вспомнил, что точно так же сказал Кэндо, выслушав его рассказ. Но теперь, с пропажей наследницы, ее поручение теряло смысл. Оглянувшись, он увидел, что Кэндо с Гэтаном стоят здесь же, за его спиной. Значит, не придется ничего объяснять, они все слышали, хотя по их лицам трудно было догадаться об этом. Гэтан смотрел на него невинным, безмятежным взглядом – ничего, наверное, не понял. На лице Бесстрашного сохранялось привычное выражение невозмутимого спокойствия.

– Вот как вышло, – сказал ему Илдан. – Не знаю, что и думать.

– Завтра будем думать, – ответил тот. – Ясно одно – в любом случае нам нужно отправляться в Ширан. За эти дни там, возможно, что-то прояснилось.

– Нам?

– Да. Я чувствую, что должен заняться этим.

У Илдана отлегло от сердца. Что бы ни случилось, было гораздо лучше расхлебывать это не с помощником вроде Гэтана, а с таким сильным, надежным человеком, как Кэндо Саи.

Рано утром, еще до завтрака, они собрались в комнате Илдана. Что-то нужно было делать, но что именно? Все четверо переглядывались, но ответа ни у кого не было. Илдан стал расспрашивать Энкиля:

– Если Касильда похищена, то кем, по-твоему?

– Я и сам не знаю, – признался шут. – Сначала я подумал на Дахата, но наш правитель повел себя слишком уж странно. Я даже подумал, что он приказал схватить свою дочь и держать ее взаперти во дворце. Но там ее нет.

– Ты уверен в этом?

– Конечно. Такое невозможно скрыть от прислуги. Пленницам нужна еда, а из кухни ничего не уносили. У меня на кухне много друзей. Если бы там заметили, что еду куда-то носят, мне рассказали бы.

– Но Тубал мог нанять кого-нибудь для этого.

– Если бы во дворце стали появляться посторонние, это тоже не прошло бы незамеченным. Я и сам два дня следил, и других расспрашивал, поэтому уверен, что во дворце Касильды нет. Той ночью ее наверняка увезли из дворца.

– Если это делалось по приказу Тубала, об этом должна знать дворцовая стража, – предположил Илдан.

– Я пробовал говорить со стражниками, но не узнал ничего. – Энкиль вздохнул. – Прислуга и стражники – это два разных государства. Одни недолюбливают других и не делятся секретами друг с другом. Но, насколько мне известно, в ту ночь у них не было никаких происшествий.

– Ясно. А Дахат к этому времени уже уехал?

– Он уехал накануне с утра. Правда, часть гвардии он оставил под началом Шебы, своей воительницы. Ее отряд выехал из дворца в тот же день после обеда.

– Куда?

– Дахат знает, – пожал плечами шут.

– Ясно, – повторил Илдан. – Значит, сначала нам предстоит выяснить, куда пропала наследница. Нужно ехать в Ширан, а там… Ты разговаривал с хозяином гостиницы? Может быть, он что-нибудь знает?

– Да, я был у него перед отъездом. Он сам очень встревожился. Он бездетный, Ину он любит как родную дочь. Это он дал мне коня и денег на дорогу.

– Нужно будет поговорить с ним. Пока я там жил, то убедился, что его гостиница – рассадник всяких сплетен. Может, туда дошли какие-то слухи. А ты поспрашиваешь во дворце, там могло что-нибудь проясниться…

– Увы, теперь это невозможно. Дело в том, что я уехал без разрешения. Я не могу вернуться на службу.

Действительно, Илдан упустил из вида, что если Касильда похищена, а отец ее не ищет, шута не мог прислать за ним никто.

– Тебе не дали разрешения? – спросил он.

– Я его и не спрашивал. Ведь я не знаю, когда мы их отыщем.

Илдан промолчал. Он не решился сказать Энкилю, что спасение похищенных девиц – занятие не для людей с физическими недостатками. К тому же, как он заметил вчера, Энкиль не слишком хорошо держался в седле, а, по известным легендам, подобные мероприятия не обходились без хорошей скачки и хорошей потасовки.

Вместо него заговорил Кэндо:

– Я смогу найти людей, которые расспросят дворцовую стражу, дежурившую в ночь пропажи наследницы. Еще нужно узнать, куда поехал отряд Шебы. Не представляю, какие дела могут быть у хар-наирского военного отряда в чужом государстве. Но нам понадобятся кони, или наследница успеет состариться, пока мы ее разыщем.

– Да, кони, – вскинулся Илдан. – Но где их взять?

– Дядя Ины дал мне денег на одного коня, – сказал Энкиль. – Он вспомнил, что у вас вроде бы были денежные затруднения и вы ушли пешком.

– У меня тоже хватит на одного, но нам нужны три лошади.

Илдан с Энкилем пересчитали наличные деньги. У Кэндо, как и у Гэтана, не оказалось ни медяка. Общего количества денег хватало на двух хороших коней – или даже на трех, но недорогих.

Они обратились к настоятелю, и тот сказал, что неподалеку от Далаима живет крестьянин, который разводит лошадей на продажу. Там их можно было купить дешевле. Старик послал туда одного из послушников, и тот к обеду вернулся с тремя неплохими лошадьми.

Седла и уздечки нашлись в обители, нашлась и еда в дорогу. Уложив дорожные мешки, компания вышла к лошадям. Взнуздав коня и приторочив мешки к седлу, Илдан заметил, что Гэтан с уздечкой все еще топчется около морды своей лошади.

– Что тут у тебя? – подошел он к Гэтану.

– Дело в том, – на лице Гэтана появилась извиняющаяся улыбка, – что я не умею ездить верхом. Я никогда в жизни не садился на лошадь.

– Что?! Ты… – Илдан вовремя прикусил язык, но его взгляд красноречиво договорил фразу. Самого его с пяти лет начали учить верховой езде, поэтому он даже и предположить не мог, что такое бывает. – Как тебе удалось за всю свою жизнь ни разу не проехаться верхом?

– Я все время жил на одном месте, при дворце. Мне никуда не нужно было ездить.

– Ничего, научится, – раздался рядом с ними голос Кэндо. Бесстрашный взял из рук Гэтана уздечку. – Смотри, удила вставляются так…

Он показал, как надевать уздечку, как затягивать подпруги, объяснил, с какой стороны подходить к лошади и как садиться на нее, затем подсадил Гэтана в седло. Привратник распахнул ворота, путешественники выехали на дорогу и потрусили через Далаим. С таким всадником, как Гэтан, нечего было и думать пуститься вскачь. Илдан с Энкилем ехали первыми, за ними, вцепившись в луку седла, трясся Гэтан. Лошадь была большой и круглой как бочка, сидеть было неудобно, седло било его в зад на каждом ее шагу. Сзади подъехал Кэндо и поравнялся с ним.

43
{"b":"1859","o":1}