ЛитМир - Электронная Библиотека

– Это Майк вас просил заложить его барабаны?

– Нет.

– Значит, вы их собирались украсть?

– Нет. Я собирался их у него одолжить.

– Понятно. Как ваше имя?

– Имеете револьвер и думаете, что вам все дозволено. – Он дотронулся до своей окровавленной щеки. – Вы поранили мне щеку.

– Действительно. Как ваше имя?

– Ларри Дэниелс.

– Откуда вы знаете Чирападано?

– Мы играли в одном оркестре.

– Где?

– В «Короле и Королеве».

– Вы его хороший друг?

Дэниелс пожал плечами.

– На каком инструменте вы играете?

– На тромбоне.

– Вы знаете, где сейчас Майк?

– Нет.

– Но вы знали, что его здесь нет, так ведь? Иначе вы бы не стали пробираться сюда тайком, открывать дверь отмычкой и красть его барабаны. Правильно?

– Я не собирался их красть. Я хотел одолжить их на время. Я рассчитывал отдать ему закладную квитанцию при встрече.

– Почему вам так необходимо закладывать его барабаны?

– Мне нужны деньги.

– Почему вы не заложите свой тромбон?

– Я его уже заложил.

– А, вы тот самый наркоман, о котором говорил Рэнди Симс?

– Кто?

– Симс – владелец «Короля и Королевы». Он говорил, что тромбонист в его оркестре имеет слабость к наркотикам. Вы и есть тот самый тромбонист, Дэниелс?

– Ну, положим, это я. Быть наркоманом не преступление. Я знаю закон. Со мной нет наркотиков. За мной нет ничего противозаконного, ничего, поэтому можете катиться ко всем чертям.

– Ничего, за исключением попытки кражи со взломом.

– Кража со взломом – чушь. Я хотел взять барабаны взаймы.

– Откуда вы знали, что Майка здесь не будет?

– Знал и все.

– Понятно. Но откуда? Вы знаете, где он находится в эту самую минуту?

– Нет, не знаю.

– Но вы же знали, что его здесь нет.

– Я ничего не знал.

– Наркоман, – вставила хозяйка. – Я так и знала.

– Где он сейчас, Дэниелс?

– Зачем он вам нужен?

– Нужен.

– Зачем?

– Потому что найдена принадлежащая ему одежда, которая может иметь отношение к убийству. И если вы скроете от нас информацию, вы будете привлечены к ответственности как соучастник. Ну так где он, Дэниелс?

– Я, правда, не знаю.

– Когда вы в последний раз видели его?

– Как раз перед тем, как он снюхался с этой красоткой.

– Какой красоткой?

– Танцовщицей.

– Бабблз Сиза?

– Да, именно так ее звать.

– Когда это было, Дэниелс?

– Я не помню точно дату. Это было за несколько дней до Дня святого Валентина.

– Двенадцатого?

– Я не помню.

– Майк не явился на работу вечером двенадцатого. Вы с ним виделись в этот день?

– Да. Правильно.

– Когда вы его видели?

– Где-то после полудня.

– И что ему от вас было нужно?

– Он сказал мне, что не придет играть в этот вечер, и дал мне ключ от своей комнаты.

– Зачем?

– Он попросил меня отнести его барабаны к нему домой. Когда мы закончили выступление, я упаковал его барабаны и принес их сюда, как он просил.

– Так вот как вы попали сюда сегодня. Ключ Майка все еще у вас?

– Да.

– И поэтому вам было известно, что его здесь нет. Он так и не востребовал свой ключ, так?

– Нет. – Дэниелс продолжал после некоторого молчания: – Я обещал позвонить ему на следующий день, и мы должны были встретиться, чтобы я мог отдать ему ключ. Я звонил, но никто не отвечал. Я звонил целый день, но никто не брал трубку.

– Это было тринадцатого февраля?

– Да, на следующий день.

– Он вам сказал, что будет проводить время с Бабблз Сиза?

– Ну, не так прямо. Но когда он давал мне ключ и номер телефона, он пошутил, сказав что-то вроде: «Только, Ларри, не звони мне среди ночи, потому что Бабблз и я спим очень крепко». Поэтому я и решил, что он будет с Бабблз. Послушайте, мне становится не по себе. Мне нужно скорее уйти отсюда.

– Надо расслабиться, Дэниелс. Какой номер телефона дал вам Майк?

– Я не помню. Послушайте, я не валяю дурака. Мне действительно надо уколоться.

– Какой номер телефона?

– О Господи, ну, как я могу вспомнить этот телефон? Это было в прошлом месяце. Послушайте, ради Бога, мне надо уйти отсюда. Я знаю признаки, у меня начнется что-то ужасное, если я не...

– Вы записали телефон?

– Что?

– Номер телефона? Вы его записали?

– Не знаю, не знаю, – простонал он, но вытащил бумажник и начал рыться в бумажнике трясущимися пальцами, все время бормоча: – Я должен уколоться, мне надо зарядиться, я должен выбраться отсюда. Вот, – наконец произнес он, – вот номер телефона, – протягивая Карелле карточку трясущимися руками. – Ради Бога, выпустите меня отсюда, пока меня не вырвало.

Карелла взял карточку.

– С рвотой придется потерпеть до полицейского участка, – сказал он.

* * *

Номер телефона на карточке был «Экономя» 8-3165. Из дежурного отделения Карелла позвонил в телефонную компанию. Трубку взял оператор и сразу же сообщил Карелле, что в его картотеке интересующий Кареллу номер не числится.

– Возможно, это незарегистрированный номер, проверьте, пожалуйста.

– Если это незарегистрированный номер, сэр, у меня он нигде не зафиксирован.

– Послушайте, это говорят из полиции. Я знаю, что вы не имеете права разглашать...

– Дело не в разглашении номера, сэр. Дело в том, что у меня его просто нет. Я хочу сказать, что у нас нет списка, который бы классифицировался как «Список незарегистрированных телефонных номеров». Вы понимаете меня, сэр?

– Да. Я понимаю вас. Но этот номер должен где-то числиться? Кто-то же, черт возьми, оплачивает счета по этому номеру. Кто-то же должен получать каждый месяц счет за пользование этим номером. Вот я и хочу знать, кому этот счет высылается.

– Мне очень жаль, сэр, но я не могу знать...

– Свяжите меня с вашим управляющим, – попросил Карелла.

* * *

Чарльз Тюдор вышел из своего дома и направился куда-то пешком. Коттон Хейз следовал за ним на значительном расстоянии, пытаясь не упустить. Это был один из дней, которые располагают к прогулкам и предвосхищают все очарование весны. Это был один из дней, когда хочется бродить без дела, останавливаться перед витринами магазинов, любоваться девушками, которые, сбросив пальто, вдруг расцвели, опередив пробуждение природы.

Но Тюдор не глазел по сторонам и не любовался весенними красками. Он шел быстрым шагом, опустив голову и засунув руки в карманы пальто, его высокий рост и широкие плечи прокладывали ему путь, заставляя встречных расступаться. Хейз, который был не менее высок и плечист, поспевал за ним с трудом. В этот чудесный весенний субботний день тротуары квартала были заполнены женщинами с детскими колясками, девушками с высоко поднятыми бюстами, парнями в тесных выцветших джинсах, фланировавшими по улицам танцующей походкой, молодыми мужчинами, щеголявшими своими необычными бородками и пестрыми, полинявшими от пота рубашками, девчонками в трико, поверх которых красовались бермудские шорты, стариками, тащившими картины с морскими пейзажами, итальянками – домохозяйками из соседнего квартала, нагруженными полными сумками, из которых торчали длинные батоны, молодыми актрисами в гриме, спешившими на репетиции в многочисленные мелкие театры, детьми, игравшими в догонялы...

Это вавилонское столпотворение Хейзу ничуть не облегчало задачу. Если он не хочет потерять из виду Тюдора, ему придется...

Он внезапно остановился.

Тюдор зашел в кондитерскую на углу. Хейз ускорил шаги. Он не знал, есть ли в магазине запасной выход. Вчера вечером он упустил Тюдора и теперь не хотел, чтобы это повторилось. Он прошел мимо кондитерской и завернул за угол. В магазине был только один вход, и через витрину ему было видно, как Тюдор что-то покупал. Хейз пересек улицу и занял наблюдательный пункт в подъезде жилого дома. Тюдор вышел из магазина, срывая на ходу целлофан с пачки сигарет. Он не остановился, чтобы прикурить. Он прикуривал на ходу, истратив несколько спичек, прежде чем задымил сигаретой.

33
{"b":"18593","o":1}