ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Докажи, – сказал Клинг.

– Не могу, – покачал головой Карелла. – До тех пор, пока мы не поймаем взломщика...

– Ну так давай ловить. Как по-твоему, куда он мог смыться после того, как выпрыгнул из окна?

– Есть только две возможности. Либо в ту дверь, которая ведет в подвал, либо перепрыгнул через ограду в дальнем конце переулка.

– Ну, а куда бы на его месте смылся ты?

– Грохнись я с такой высоты, сразу бы приполз домой и поплакался мамочке.

– Лично я выбираю дверь подвала. После такого падения напрочь отобьет охоту скакать через заборы.

– Да уж, радости мало.

Неожиданно дверь подвала распахнулась. На пороге стоял здоровенный красномордый патрульный, целясь в них из револьвера 38-го калибра.

– А ну-ка, ребята, быстро выкладывайте, что вы тут делаете? – рявкнул он.

– Ого! – Карелла рассмеялся. – Мы все время на посту!

* * *

Пока Карелла и Клинг доказывали патрульному, что они сами полицейские, Маршалл Дэвис, закончив свои исследования, позвонил в 87-й участок и попросил к телефону сотрудника, занимающегося делом Флетчера. Поскольку оба детектива, ведущие расследование, отсутствовали, трубку взял Мейер.

– Как дела? – спросил он. – Откопал что-нибудь интересное?

– По-моему, появилась довольно любопытная информация о нашем подозреваемом, – сказал Дэвис.

– Я должен что-нибудь записать?

– Не думаю. Насколько хорошо ты знаком с этим делом?

– Ну, скажем так – я в курсе.

– Тогда ты должен знать, что в квартире было полно отпечатков пальцев.

– Да, мы только что послали запрос в картотеку.

– Может быть, вам повезет, – с сомнением сказал Дэвис.

– Может быть, – согласился Мейер.

– А тебе известно, что на кухне остались следы ботинок?

– Нет, я этого не знал.

– Ну так вот, очень четкий след на кухонной раковине, скорее всего оставленный, когда он влезал в окно, и еще несколько следов похуже – они ведут из кухни в гостиную. У меня есть отличные фотографии плюс несколько увеличенных снимков подошвы ботинка – для сравнительных тестов, если позже появится такая необходимость.

– Отлично.

– Но главное то, – продолжал Дэвис, – что по этим снимкам можно получить представление о его походке. Судя по всему, это был мужчина, и он шел нормальным шагом – не быстро, не медленно.

– Как ты это определил? – удивился Мейер.

– Когда человек идет медленно, расстояние между его следами обычно не превышает двадцати семи дюймов. Если он бежит, следы отстают друг от друга дюймов на сорок. Расстояние в тридцать пять дюймов соответствует быстрой ходьбе.

– А что в нашем случае?

– Тридцать два дюйма. Он шел довольно быстро, но и не особенно спешил. Цепочка следов прямая и без изломов.

– Что это означает?

– Ну, представь себе линию следов, оставленную нашим подозреваемым. Как правило, эта линия проходит вдоль внутреннего края отпечатков каблуков. Толстяки и беременные женщины чаще всего оставляют неровную линию, потому что обычно ходят, слегка расставляя ноги... чтобы было легче удерживать равновесие.

– Но эта линия была нормальной? – спросил Мейер.

– Совершенно верно, – подтвердил Дэвис.

– Значит, наш клиент – ни толстяк, ни беременная.

– Совершенно очевидно, что это мужчина. Размер и фасон обуви, то, как он ставит ногу... в общем, это не вызывает сомнений.

– О'кей, спасибо, – сказал Мейер. Честно говоря, он не был склонен считать информацию Дэвиса ценной или важной. Они и так с самого начала пришли к выводу, что женщина вряд ли будет взламывать квартиры. Более того, в докладной Кареллы говорилось, что, судя по размерам следов, оставленных в раковине, они явно принадлежали мужчине. Если только на территории 87-го участка не появилась новая взломщица откуда-нибудь из России. Мейер зевнул.

– Так или иначе, но мы не считали эти сведения ценными или какими-то крайне важными, пока не обработали всю информацию целиком, – сказал Дэвис.

– И что у вас получилось?

– Окно в спальне было разбито, и детективы из отдела убийств...

– Моноган и Монро?

– Да. У них возникло предположение, что преступник мог выпрыгнуть из окна в переулок. Я подумал, что стоит туда спуститься и посмотреть. Вдруг найдутся еще какие-нибудь следы.

– Ну и как, нашел?

– Да, у меня есть несколько фотографий того места, где он приземлился. Мне удалось проследить, куда он затем направился. Следы ведут к двери в подвал. Однако это еще не самое главное.

– А что же самое главное? – терпеливо спросил Мейер.

– Он повредил ногу. И, на мой взгляд, довольно основательно.

– С чего ты взял?

– Его походка после падения резко изменилась по сравнению с той, которую мы наблюдали на кухне. Разумеется, следы те же самые, нет никаких сомнений, что их оставил один и тот же человек. Но по тому, как он передвигался, видно, что основная нагрузка приходилась на левую ногу и приволакивалась правая. Точнее, четких следов правой ноги вообще не осталось, только царапины на земле там, где край подошвы волокли по земле. Я бы посоветовал тому, кто расследует это дело, разослать предупреждения всем городским врачам. Если этот тип не сломал ногу, то я готов съесть все фотографии.

* * *

Когда Карелла и Клинг в сопровождении краснолицего патрульного (к тому времени раскрасневшегося еще больше) поднялись из подвала в вестибюль и направились к выходу, их кто-то окликнул. Обернувшись, они увидели высокую темноволосую девушку, которая стояла, прислонившись к стене и глубоко засунув руки в карманы зеленого пальто.

– Простите, вы детективы? – нерешительно спросила она.

– Да, – кивнул Карелла.

– Слушайте, ребята, вы уж меня извините, – смущенно сказал патрульный. – Меня только недавно перевели в этот участок, и я еще не знаю всех в лицо...

– Да брось ты, все в порядке, – успокоил его Клинг.

– Управляющий сказал мне, что в доме полиция, – продолжала девушка, переводя карие глаза с одного детектива на другого, как бы спрашивая, кто из них отзовется первым.

– Чем мы можем вам помочь, мисс? – улыбнулся Карелла.

– Вчера вечером я видела в подвале человека в окровавленной одежде.

Карелла быстро посмотрел на Клинга, потом снова на девушку.

– В котором часу?

– Примерно без четверти одиннадцать.

– А что вы делали в подвале?

– Стирала, – с удивлением ответила она. – Там стоят стиральные машины. Да, простите, я не представилась – меня зовут Нора Симонов. Я живу в этом доме.

– Ну ладно, ребята, пока, – уже от двери сказал патрульный. – Извините, если что не так, о'кей?

– О'кей, о'кей. – Клинг помахал ему рукой.

– Я живу на пятом этаже, – добавила Нора. – Квартира 5"А".

– Расскажите, что вы видели, – попросил Карелла.

– Я сидела у стиральной машины и смотрела, как одежда крутится в барабане. Знаете, порой это просто завораживает. – Она быстро улыбнулась. – И тут вдруг дверь, выходящая на задний двор, распахнулась. Та, что выходит в переулок. Понимаете, какую дверь я имею в виду?

Карелла кивнул.

– Этот человек спустился по лестнице. По-моему, он меня даже не заметил. Дело в том, что стиральные машины стоят чуть в стороне. Он направился прямо к лестнице в дальнем конце подвала, которая выходит на улицу. В подвале две лестницы: одна ведет в вестибюль, другая – на улицу. Он поднялся по той, что выходит на улицу.

– Вы узнали его?

– То есть?

– Он живет в вашем доме? Или где-нибудь по соседству?

– Нет. До вчерашнего вечера я его ни разу не видела.

– Вы сможете его описать?

– Конечно. На вид ему двадцать один – двадцать два года, высокий, примерно вашего роста и телосложения... ну, может быть, чуть пониже – пять футов десять-одиннадцать дюймов. Каштановые волосы...

Клинг уже торопливо строчил в своем блокноте.

– Вы не заметили, какого цвета у него глаза? – спросил он.

– К сожалению, нет.

5
{"b":"18599","o":1}