ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Игра Джи
Разоблачение игры. О футбольных стратегиях, скаутинге, трансферах и аналитике
64
Тень ночи
Без боя не сдамся
Дочь авторитета
Если бы наши тела могли говорить. Руководство по эксплуатации и обслуживанию человеческого тела
Любовь колдуна
Любая мечта сбывается
A
A

– Никто и не спорит, воюешь ты прекрасно, – согласился Хирро, – но этот Гестарт, похоже, мстительный парень. Если ты хочешь вернуться на Асфри, тебе лучше быть не замешанной в этом деле, или он не даст тебе покоя. Ты расскажи нам все, что узнала об этом, а остальное мы выясним сами на месте.

Поколебавшись, колдунья согласилась остаться в поместье. Остаток вечера она рассказывала, где расположено жилище похитителя амулетов и как оно защищено. Затем она упомянула боевые и бытовые пристрастия Гестарта, после чего сочла подготовку своих друзей законченной. Наутро они отправились в путь.

Канал, ведущий на Асфри, находился в неделе пути от поместья. Ближе, всего в двух днях пути, находился только лирнский вход, выходящий в Кейтангур, прямо в «Зеленую Корову». Как объяснил Хирро, это во многом повлияло на его выбор при покупке поместья, потому что он часто бывал в обоих мирах для покупки и продажи магических товаров.

Они выехали верхом на местных подобиях лошадей и взяли с собой слугу, чтобы тот отвел скакунов обратно, потому что было невозможно таскать за собой по мирам пиртских верховых животных. Некоторые из магов обзаводились волшебными скакунами, умеющими провозить седоков сквозь каналы и выходить в междумирье, но Зербинас и Хирро не принадлежали к таким счастливчикам. Волшебные скакуны были разумными, мало было их встретить, нужно было также заслужить их дружбу и уважение. Не только Зербинасу, но и непоседе пиртянину пока еще не предоставлялось такого случая.

К несчастью, противники имели волшебных скакунов, и это давало им некоторый перевес в силах. Кое-кто сказал бы – значительный перевес, но оба мага предпочитали думать иначе. Маленький Фэр, умевший делать силовую петлю на крылья – а связать магией волшебного скакуна куда труднее, чем другое крылатое существо – в какой-то степени уравновешивал соотношение сил. Всю дорогу до канала он сидел впереди Зербинаса и с любопытством озирался по сторонам, забыв и думать про свою родную Паллиму. Он был в том возрасте, когда стремятся из дома, а не в дом.

Асфрийский канал на Пирте являлся частью искусственной конструкции, о которой Хирро упоминал Зербинасу. Он вел в Асфасту, прямо в тот самый скверик, где находился глухой канал, созданный Скальфом. Когда маги перенеслись туда, в городе стояла поздняя ночь – несовпадение времени суток было обычным неудобством при переносе, но сейчас оно было на руку.

У них не предвиделось трудностей с поисками жилища Гестарта. Большинство могущественных магов Асфри обосновывались неподалеку от столицы с ее уникальным рынком работ и товаров, и похититель амулетов не был исключением. Его башня размещалась в полудне пути от Асфасты по правому берегу залива, на высоченном утесе. По утверждению Раундалы, ее можно было найти и с завязанными глазами.

Редко кто из асфрийских магов селился так открыто, но особенность местоположения башни позволяла эту маленькую вольность. Не так давно ее занимал Могриф Черный, один из меченых Тьмой, приобретший печальную известность своими экспериментами по темной магии не только на Асфри, но и в других мирах.

По внешности Гестарт не был меченым Тьмой – эта метка была невидимой, но несомненной для любого мага, в том числе и для Могрифа Черного, который взял его в ученики. Последний ученик Могрифа оказался даже слишком одаренным, потому что в один прекрасный день чародей исчез, а Гестарт остался жить в его башне. Хотя исчезновение Могрифа Черного никого не огорчило, оно осталось окутанным тайной, а по Асфри заходили упорные слухи, что над этим постарался его ученик.

В полном соответствии с народной поговоркой, один овощ оказался нисколько не слаще другого. Ученик продолжил труды учителя по созданию нежити. Случайные прохожие по-прежнему пропадали в окрестностях башни, а спасшиеся рассказывали о жутких мертвецах, бродивших по тем местам. Городской совет несколько раз пытался нанять колдунов для пресечения деятельности Могрифа и Гестарта, но одиночкам оказалось не по силам добраться до приверженцев Тьмы в их башне, а их злодеяний было недостаточно, чтобы прочие маги сами объединились против них. Теперь Гестарт остался один, но было слишком хлопотным делом добывать его из защищенной мощными заклинаниями башни на неприступном утесе, куда, по слухам, можно было подняться только на улдаре – и его пока терпели.

Зербинас и Хирро, как иномирцы, мало что знали о взаимоотношениях асфрийских магов вообще и с Гестартом в частности. Им было известно только то, что необходимо для дела – некий злоумышленник выкрал некие амулеты у дружественного им мага, пока тот находился в длительной поездке за редкими компонентами для своей работы, и эти амулеты нужно было вернуть. Не потому, что дружественный маг очень нуждался в этих амулетах, а потому, чтобы не усиливать и без того сильного негодяя, да и просто чтобы неповадно было.

– Сразу пойдем на место? – Хирро глянул на Зербинаса. – Или заночуем в гостинице – все-таки с нами ребенок.

Они никак не могли признать Фэра полноценным магом, хотя кеол не раз напоминал им, что он почти взрослый. Из-за маленького роста и детской внешности он тянул в их глазах на треть мага или самое большее на половину, и они относились к нему соответственно.

– Вот еще! – возмутился Фэр. – Нас заметят, если мы останемся здесь до утра.

– Да, новости на Асфри разлетаются мгновенно, – признал пиртянин. – Здесь широко используют трансовую связь, но Раундала сказала, что у Гестарта нет в Асфасте друзей, которые снабдили бы его сведениями.

– То же самое делается и за деньги, – напомнил Зербинас. – Фэр прав, будет лучше, если мы до утра покинем город.

Они вышли в порт и свернули направо по берегу залива. Идти по влажному, плотно слежавшемуся песку было легко, и к утру они увидели на горизонте темную колонну утеса, естественным продолжением которого выглядела башня Могрифа Черного, еще не заслужившая у асфрийцев прозвище башни Гестарта.

Сооружение на верхушке утеса не было башней в строгом смысле слова. Кроме обязательной башни мага, там возвышалось мрачное здание внушительных размеров, напоминавшее гибрид дворца с военным укреплением. Оно выглядело наполовину вросшим в скалу, наводя на мысль, что его строительство не обошлось без магии. Ограды вокруг сооружения не было – несомненно, строитель счел достаточной защитой отвесные стены утеса, на которых не виднелось ни малейшего намека на тропу или лестницу наверх.

– Какая громоздкая конструкция, – подивился Зербинас, разглядывая башню издали.

– Похоже, ее создатель тоже терпеть не мог нехватку места, как и я, – заметил Хирро. – Это можно понять – опыты по темной магии лучше делать подальше от жилых помещений, да и улдара где-то держать надо. Но я не вижу никакого подъема туда, а это уже странно. Какими бы способами я ни попадал в свой особняк, там все равно есть парадная лестница.

– Здесь, как я успел заметить, несколько иной стиль жизни, – сказал Зербинас. – Может, подъем расположен с другой стороны утеса?

– Туда можно взлететь, – подал голос Фэр. – Здесь совсем невысоко – верно, Чанк?

– Можно, – прощелкал ему птерон, – но там наверху нам с тобой могут понадобиться и эти нелетучие парни. Что ни говори, а дерутся они здорово.

Зербинас и Хирро вскарабкались с прибрежной полосы на плато, продолжением которого являлся утес. Это было безлесное каменистое пространство, изъеденное дующими с моря ветрами. Маги пошли в обход, держась на приличном расстоянии от утеса и от души надеясь, что у хозяина башни нет привычки глазеть в окна. Со стороны плато утес оказался не менее неприступным. Свежие каменные сколы на его выветренном склоне свидетельствовали о том, что неприступность была создана искусственно.

Проскитавшись вокруг полдня и пришлепнув мимоходом двух зомби, вылезших им навстречу из-за камней, маги уселись в ложбинке за большим валуном, чтобы пообедать и обсудить дальнейшие действия. Чанк отправился на разведку к утесу, покружил над башней и вернулся с докладом, что она защищена заклинанием сигнализации, шокового удара и еще каким-то нестандартным, которое птерону не удалось опознать. Зона заклинаний начиналась по краю кромки утеса.

15
{"b":"1860","o":1}