ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пройдя ворота, маги оглянулись и увидели, что мужчина спешит за ними. Оторваться от него было непросто, потому что каждый его шаг стоил двух их шагов.

– Вот пристал, – прошипел сквозь зубы Хирро. – Давай свернем в закоулок и спрячемся за углом.

Они проделали это на первом же попавшемся повороте – свернули туда и забежали за угол ближайшего дома, надеясь, что мужчина пройдет мимо, если ему все-таки вздумается последовать за ними. Но они ошиблись, посчитав, что их неожиданного преследователя так легко провести. Сначала из-за угла вывернулась собака и остановилась в нескольких шагах перед ними, затем оттуда появился мужчина.

– Я вам не враг, – послышались слова на алайни прежде, чем оба мага успели что-либо предпринять. – Хирро, Зербинас, не кидайтесь на меня, я – Балтазар.

– Балтазар?! – изумленно ахнули оба.

– Да, а это Ракш, – прогудел мужчина, и они наконец узнали голос Балтазара. – Конечно, мы оба в маскировке, как и вы. Я показался бы вам, но сейчас неподходящее время и место, чтобы снимать ее.

– Но как ты мог оказаться здесь? – поразился Хирро. – И как ты мог опознать нас под маскировкой?

– Сколько вопросов сразу! – хмыкнул Балтазар, довольный произведенным впечатлением. – Я здесь слежу за Могрифом, а под маскировкой опознал вас не я, а Ракш. У него, оказывается, великолепное чутье на магов.

– Ну, мага еще можно распознать, если проверять на магию каждого встречного, но как твой Ракш узнал, что это именно мы?

– Он различает личные особенности магии каждого – точно так же, как дикие звери различают обычные запахи – и способен учуять магов на огромном расстоянии. Помните, я рассказывал, как он вышел к нам на Мидоне? Как оказалось, он учуял нас издалека чуть ли не в первый день нашего появления, а затем в течение нескольких дней летел к нам и перекинулся в бескрылую форму только за ближайшим бугром. Именно потому, что у Ракша такое исключительное чутье на магию, мы с ним оказались способны проследить путь Могрифа сюда. Кстати, как этот мир называется?

– Геджия. А давно вы сюда прибыли?

– Сегодня пятый день. Я понятия не имею, куда я попал, и все это время занимаюсь только слежкой за Могрифом. А сейчас, когда мы шли за ним по улице, Ракш вдруг сказал мне, что вон те двое горожан – это вы. Но вы-то почему здесь?

– Как тебе известно, мы направились вслед за Вольдом, – напомнил Хирро. – Вольд прилетел сюда несколько дней назад, а мы – позавчера вечером. Но когда же вылетели вы с Могрифом, если прибыли сюда раньше нас?

– Два дня спустя. Соглядатаи подслушали, как Могриф перед отъездом давал Гестарту указания, из которых стало ясно, что он со своим демоном отправляется в какую-то важную поездку. Учитель заподозрил, что некромант замышляет нечто опасное, и очень пожалел, что его нельзя выследить. Тут Ракш и сказал, что сумеет выследить любого мага даже в междумирье, если сможет постоянно сверяться с запахом его магии, а Анор очень кстати вспомнила, что у нас есть изделия Могрифа, на которых остался отпечаток его магии. Я взял с собой один из этих амулетов, и мы с Ракшем полетели вдогонку. А почему мы прилетели раньше – видимо, Могриф выбирает пути в междумирье лучше, чем Вольд. Я отставал почти на день, но Ракш постепенно нагнал его улдара.

– А ты не потеряешь Могрифа, пока мы тут разговариваем? – спохватился Зербинас.

– С Ракшем-то? – хохотнул Балтазар. – Да он учует Могрифа на другом конце этого мира, тем более, что у нас есть вот это. – Его широченная ладонь слазила в карман и вернулась оттуда с ожерельем подъема трупа. – Не думаю, чтобы Могриф совершил что-то исключительное за те полчаса, пока я разговариваю с вами – все эти дни он занимается только тем, что ходит повсюду и высматривает.

– Ты выяснил, что ему здесь нужно?

Балтазар отрицательно покачал головой.

– Нет еще. Видимо, ему нужно что-то узнать – он ежедневно выбирает одного из горожан, когда поблизости никого нет, а затем зомбирует его сознание – тем самым заклинанием темной магии, которое полностью подчиняет мысли и волю человека – и, похоже, каким-то способом допрашивает, хотя тоже не знает местного языка. Иногда он заставляет этого человека вести себя в определенном направлении, причем старается делать это скрытно, чтобы не было заметно со стороны. Когда зомбированный человек подводит его к одному из местных храмов, Могриф отсылает его, а сам осматривает это здание. За эти дни он побывал в нескольких таких местах, но сегодня на улицах слишком беспокойно, и он пока не трогает никого из горожан. Я следовал за ним от окраины, но пока он шел туда же, куда и все. Да, а как у вас дела с Вольдом? Он тоже где-то в городе?

– Нет, – ответил Хирро. – Представь себе – Вольд сейчас на нашей стоянке, на берегу лесной реки. Он не поладил с местными культистами, и нам пришлось добывать его из застенка – иначе как нам узнать, где находятся заклинания Древних Архимагов? Как он рассказал, дыбники на дух не переносят тех, кто не воздает им почестей, поэтому нам лучше держаться от них подальше.

– Могриф, видимо, тоже так считает, – усмехнулся Балтазар. – Он сворачивает в ближайший переулок, как только завидит их издали, а мне, естественно, приходится повторять все его маневры. Правда, вчера он зомбировал одного из них, долго с ним возился, а затем заставил вести себя на самый край города, вон в том направлении, —махнул он рукой на север. – Там тоже оказался какой-то храм, но когда они подошли туда, с дыбником случился припадок, и Могриф отпустил его. Поскольку дело было к вечеру, он вернулся на свою стоянку.

– Может, это храм, о котором нам говорил Вольд? – предположил Зербинас. – Место совпадает.

– Вполне возможно, – согласился Хирро. – Балтазар, как туда пройти?

– Через центр, в дальние ворота, а там прямо по улице. Это одна из главных улиц, она выходит из города, а на выезде слева будет заброшенная дорога. Она ведет прямо к этому храму, совсем недалеко – его даже видно с главной дороги сквозь деревья. А зачем он вам понадобился?

– Вольд утверждает, что заклинания Древних Архимагов укрыты в храме Эшнарона Мыслителя, который, скорее всего, находится в окрестностях Эшны. В благодарность за спасение он согласился на сотрудничество и предложил нам разыскать храм, пока он приходит в себя после застенка. Чем мы сейчас и занимаемся.

– Значит, он сам не знает, где расположен этот храм?

– Да, ему известно только название.

– А что, если Вольд и Могриф ищут одно и то же?! – вдруг догадался Балтазар. – Неспроста же Вольд следил за ним там, на Асфри! Могриф ищет какой-то храм, это точно!

– Не исключено, – кивнул Хирро. – В таком случае наши цели совпадают и будет правильным, если все мы последим за Могрифом. Но если это и не так, храмы, в отличие от некромантов, спокойно стоят на месте, и мы с Зербинасом еще успеем заняться своими поисками.

– Тогда не будем тянуть время. – Балтазар обернулся к шерпану, замаскированному под пса, и протянул к его морде ожерелье подъема трупа. – Ракш, веди нас.

Шерпан неторопливо потрусил по улице. Они вышли из переулка на главную улицу, а по ней – на площадь, где уже собралась огромная толпа вооруженных людей. Над площадью стоял громкий гомон, в котором слышалось нечто тревожное и угрожающее. Все стояли лицом к мрачному зданию с изображением дыбы над дверью, ожидая чего-то оттуда. Трое магов пробирались по краю площади вслед за Ракшем, пока тот не остановился и не оглянулся на них.

– Вон те двое, – тихонько сказал он на мурлыкающем алайни, мотнув мордой на двоих горожан, стоявших в стороне от толпы. – Тот, кто ниже ростом – Могриф, кто выше – его демон.

Маги украдкой оглядели тех двоих, стараясь, чтобы те не почувствовали их внимания. Ничего особенного, самые обычные горожане среднего сословия, только не вооруженные. Они выглядели городскими зеваками, остановившимися посмотреть, что здесь делают остальные. Маги тоже остановились поодаль, дожидаясь, что произойдет дальше.

Вскоре двери храма дыбников распахнулись, и к собравшимся на площади вышел человек в красном, сопровождаемый двумя десятками черных балахонов. Трудно сказать, был ли он тем самым, которого Хирро заподозрил в убийстве говорунчика, или кем-то другим, но заговорил он не менее выразительно, чем это делалось накануне. Он точно так же разводил руками, указывая то вверх, то вниз, то на публику, то делая жест, призывающий всех встать, хотя все и так не сидели. Однако, к этим жестам добавился еще один – указующий перст то и дело оборачивался за спину оратора, в том направлении, куда собирались пойти Хирро с Зербинасом.

81
{"b":"1860","o":1}