ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Далее она перешла к самим жертвам, пытаясь отыскать нечто общее, что превращало их в жертвы одного и того же преступления. Просмотрев массу записей, она составила из них еще одну таблицу.

Просмотрев внимательно таблицы, Энни сделала несколько заметок. Надо, чтобы Бианки и эти данные ввел в компьютер. Итак, большинство жертв белые; две — афро-американки; одна — пуэрториканка; все они католического вероисповедания; три замужем, четыре не замужем, две разведены; у пятерых нет детей, у одной — четверо, еще у одной — трое, у оставшихся — по два ребенка; по происхождению большинство из них — ирландки; возраст колеблется от девятнадцати до сорока шести, а в среднем, как у самого насильника, примерно тридцать.

Энни снова поглядела на таблицу.

Странно, что все они католички. Необычно и то, что ни в одном случае не было извращений. Обычно бывает иначе. Интересно, удастся ли Бинки Баулзу найти человека с бритвой в кармане, который бы соответствовал описанию и у которого на уме только обыкновенное насилие?

Нужна была дополнительная информация.

Энни снова взялась за досье, попутно делая заметки, и в конце концов составила еще одну таблицу, которую Бинки тоже предстояло ввести в компьютер.

Да, пестрая компания. Домохозяйки, студентки, работницы, почтальонша, переводчики. Кого только нет! Даже бывшая сотрудница бюро путешествий, Мэри Холдингс, живущая ныне на алименты. Трое — местные уроженцы, остальные — откуда только не понаехали. Образование — от начальной школы до магистра. Клубы и организации, увлечения — тоже диапазон, дай Бог. Взять хоть Анджелу Феррари. Что за женщина! Всего тридцать четыре года, семья, двое детей, степень магистра, да при этом еще такое количество общественных дел, с которым бы целая муравьиная колония не справилась. А Дженет Рейли? Девятнадцать лет, студентка-первокурсница, и такое количество разных внеклассных занятий, которого хватило бы на целый курс. И вот этот сукин сын... Дженет он изловил дважды. Анджелу четыре раза. Стоп, минуточку. Именно Анджела описывает этого типа по-разному. Откуда-то появился блондин двадцати одного года, ростом метр семьдесят пять, весом в семьдесят пять килограммов, с зелеными глазами и без оружия? Может, у нее просто в глазах потемнело? Или какой-нибудь другой сукин сын решил поиметь женщину, которую уже много раз насиловали? Мало ли таких, кто поспешает в стан победителей, стараясь примазаться к чужой славе?

Она снова посмотрела на распечатку.

Лоис Кармоди. Изнасилована четырежды одним и тем же человеком.

Бланка Диас, сорокашестилетняя домохозяйка, мать четверых детей — трижды. Патриция Райан — трижды.

Вивьен Шарбон — трижды.

Анджела Феррари — трижды одним и тем же, четвертый раз — другим.

Сесили Бэйнбридж — дважды.

Мэри Холдингс — трижды.

Дженет Рейли — дважды.

Откуда эта охота за одной и той же женщиной?

Откуда?

Энни снова начала копаться в полицейских досье, пытаясь отыскать какие-нибудь признаки системы, отыскать связь. Все случаи насилия произошли в вечернее время. Правда, к Мэри Холдингс мерзавец заявился, формально говоря, утром следующего дня, седьмого октября, в пятницу, но фактически было еще совсем темно. Она снова перелистала досье Мэри. Первый раз ее изнасиловали в пятницу, десятого июня; следующий — в пятницу, шестнадцатого октября.

Ладно. Может, просто совпадение?

Теперь Дженет Рейли.

Первый раз — вечером во вторник, тринадцатого сентября, а второй — чуть больше недели назад, одиннадцатого октября, опять-таки вечером во вторник.

Так, так... Спокойно... По порядку. Надо сличить все даты. Нужен календарь. Где же он, черт возьми?

Энни выдвинула верхний ящик стола, пошарила внутри, нашла какой-то календарь, уже испещренный многочисленными пометками, вернула его на место и открыла записную книжку на первой странице, где были календари на этот и следующий годы. В соседней комнате был ксерокс. Энни сделала дюжину копий календаря, по одной на каждую жертву, и три про запас. Вернувшись за стол, она пометила именами жертв все копии и принялась обводить кружками даты. Добравшись до Анджелы Феррари, Энни заколебалась. Три даты не вызывали сомнений — одиннадцатое апреля, тридцатое мая и тринадцатое июня. Но в четвертый раз, двадцать восьмое июня, вроде, был другой, джокер, выражаясь карточным языком. Под этим числом Энни поставила знак вопроса и двинулась дальше.

Она снова выписала все имена на отдельный лист бумаги и, сверяясь с календарем, составила еще одну таблицу.

Лоис Кармоди: 7 марта, 4 апреля, 25 апреля, 9 мая. Понедельники.

Бланка Диас: 15 марта, 12 апреля, 3 мая. Вторники.

Патриция Райан: 23 марта, 20 апреля, 25 мая. Среды.

Вивьен Шаброн: 31 марта, 19 мая, 2 июня. Четверги.

Анджела Феррари: 11 апреля, 30 мая, 13 июня. Понедельники.

Джокер. Вторник.

Терри Купер: 1 мая, 19 июня. Воскресенья.

Сесили Бейнбридж: 7 мая, 4 июня. Субботы.

Мэри Холдингс: 10 июня, 16 сентября, 7 октября. Пятницы.

Дженет Рейли: 13 сентября, 11 октября. Вторники.

Так. Дни недели в каждом случае совпадают. Но что это должно означать? Может быть, этот подлец выбирает числа, предварительно изучив распорядок жизни своих жертв? Может, у Вивьен Шаброн по четвергам собрания в Союзе женщин Франции? А Лоис Кармоди играет в теннис по понедельникам? А у Дженет Рейли спевки по вторникам? Как бы это узнать?

Она снова пробежала глазами календарь.

Вивьен Шаброн первый раз изнасиловали в последний день марта, затем семь недель спустя, девятнадцатого мая, и в третий раз еще через две недели, второго июня. День один и тот же — четверг. Терри Купер: первое мая, затем семь недель спустя. Воскресенье. Патриция Райан: двадцать третьего марта, затем через четыре недели, двадцатого апреля, и еще через пять недель, двадцать пятого мая. Среда. Вроде, никакой системы. Но тут взгляд Энни упал на страничку календаря, помеченную именем Лоис Кармоди, первой в ряду жертв многократных изнасилований.

Понедельник, седьмого марта.

Понедельник, четвертого апреля. Интервал — четыре недели.

Понедельник, двадцать пятого апреля. Интервал — три недели.

Понедельник, девятого мая. Интервал — две недели.

Энни задумчиво посмотрела на календарь. Четыре недели, три, две... Если бы он подловил ее в четвертый раз, то через одну неделю?

Так, посмотрим Анджелу Феррари.

Первый раз — одиннадцатого апреля. Через четыре недели — значит, девятого мая. Но в тот день ничего не было. Через три недели после девятого мая — тридцатое того же месяца. Так, точно, тридцатое и есть. И еще через две недели — тютелька в тютельку, тринадцатого июня.

Ладно, запомним. Поехали дальше.

Сесили Бейнбридж: первый раз — в субботу, седьмого мая. Следующий — через четыре недели, в субботу, четвертого июня. Бланка Диас — тот же порядок: первый раз — пятнадцатого марта, следующий — через четыре недели, двенадцатого апреля, следующий — когда он пустил в ход нож — еще три недели спустя, третьего мая. Мэри Холдингс... тут, похоже, какие-то сбои. Первый раз ее изнасиловали в пятницу, десятого июня, а в следующий — только шестнадцатого сентября, тоже в пятницу. Так, подсчитаем. Через четыре недели было восьмое июня. Еще через три — двадцать девятое июля. Через две недели после этого — двенадцатое августа. Неделей позже девятнадцатое. И все по новой. Через четыре недели — шестнадцатого сентября, как раз, когда Мэри Холдингс вторично сделалась жертвой насилия. А в третий раз — ровно через три недели.

Дженет Рейли: в первый раз тринадцатого сентября, во второй — одиннадцатого октября, ровно через четыре недели.

Но если основа системы в этом — недельный цикл — то как в нее вписываются случаи с Вивьен Шаброн, Терри Купер и Патрицией Райан? Там, вроде, ничего похожего не просматривается.

Вивьен Шаброн: первый раз тридцать первого марта. Отсчитываем четыре недели — двадцать восьмого апреля. Ничего. Но через три недели — девятнадцатого мая, и в этот день он достал ее, а в третий раз — через две недели, второго июня!

33
{"b":"18605","o":1}