ЛитМир - Электронная Библиотека

Детектив наблюдал за пальцами Тедди.

Он прервал ее, закричав:

– Что ты хочешь этим сказать, может, она просто добрая женщина? Мы знаем, что она спала с моряком. Возможно, она спала и с барабанщиком, и агентом. Все здоровые мужики! Видите ли, ей не нравятся коротышки. Шлюха…

– Барабанщик и агент только твое предположение, – сказала Тедди руками. – Наверняка вам известно только о моряке.

– Мне не нужны никакие доказательства. Я эту Бабблз Цезарь вижу насквозь!

– А я думала, что детективам требуются доказательства.

– Ты путаешь меня с адвокатом, который никогда не задаст вопрос, если заранее не уверен в ответе. Я не адвокат, я коп. Я должен задавать вопросы…

– Так задавай их и перестань считать всех танцовщиц стриптиз-клубов…

Стив Карелла прервал жену ревом, который едва не разбудил детей.

– Считать! Кто считает? – ревел он, наконец-то по-настоящему втянувшись в спор, которого искал с момента прихода домой. Это был интересный спор, в котором наполненные словами руки Тедди двигались хладнокровно, как-то непринужденно, в то время как Стив Карелла орал и брызгал слюной. – Что же еще должна сделать женщина, чтобы я мог считать ее дрянью? Да, она, наверное, грохнула этого Чипарадано и не успокоится до тех пор, пока не рассует его руки, ноги, сердце, печень в маленькие бумажные пакетики и не разбросает их по всему городу! Я не удивлюсь, если она отрежет…

– Не будь циником, Стив, – предупредили его руки Тедди.

– Где она, черт бы ее побрал? Я хотел бы знать, куда она подевалась? – чуть спокойнее спросил Карелла. – И где Чипарадано? И чьи те чертовы кисти? И где остальное тело? И, наконец, где мотив? Ведь должен же быть мотив! Не убивают же люди просто так.

– Ты детектив. Ты мне и скажи.

– Мотив есть всегда, – убежденно повторил Стив Карелла. – Это точно. Черт, если бы мы знали больше. Уехала ли Бабблз с Чипарадано? Бросила ли она моряка из-за барабанщика? Не надоел ли ей этот барабанщик, и не избавилась ли она от него? Дальше, зачем отрезать кисти, и где остальное тело? Если это не его кисти, то чьи? А может, Бабблз и Чипарадано вообще не имеют никакого отношения к кистям? Может, мы опять на ложном пути? О господи, как жаль, что я не сапожник!

– Ты не хочешь быть сапожником, – заявила Тедди.

– Только не рассказывай мне, чего я хочу, а чего нет. Ты самая большая спорщица, какую я встречал в жизни. Поцелуй меня, пока мы не начали всерьез. Ты ведь ждала скандала с той самой минуты, как я пришел домой. Тедди улыбнулась и обняла мужа.

Глава 14

На следующий день у Стива Кареллы произошла та самая стычка, которую он так искал накануне.

Как это ни странно, стычка произошла с другим копом.

Это было тем более странно, потому что Карелла отличался довольно спокойным характером. Он понимал, что портить отношения с коллегами не следует. Полицейский в своей работе должен в большой мере полагаться на помощь коллег. Стиву Карелле всегда раньше удавалось избегать подобных столкновений. Так что можно было предположить, что это "дело кистей", как его стали называть, вызвало у него нервный срыв.

Стычка произошла рано утром. Это было одно из тех столкновений, которые достигают апогея без видимых причин, как летняя гроза внезапно затемняет улицы ливнем.

Карелла звонил Тэффи Смит, третьей соседке Барбары Цезарь. Ему начинало казаться, что это проклятое дело напоминает телевизионные похождения знаменитого частного детектива, на которого со всех сторон набрасывались роскошные красотки. Он не очень возражал против женской красоты. Все же лучше было иметь дело с ними, чем расследовать дело в доме для престарелых. В то же время все эти девочки, похоже, вели в никуда. Наверное, эта мысль особенно досаждала Карелле в то утро, и, вероятно, именно она вызвала столкновение.

За соседним столом Эрнандес печатал рапорт. Через зарешеченные окна просачивался солнечный свет, отбрасывая тень на дверь. Кто-то включил электрический вентилятор, не потому, что было действительно жарко, а из-за солнца. Просто после долгого дождя оно вызвало иллюзию жары. Дверь в кабинет лейтенанта Бернса была приоткрыта.

– Мисс Смит? – спросил детектив Карелла.

– Да. Кто это?

– Детектив Карелла из 87-го участка.

– О господи, – пробормотала Тэффи Смит.

– Мисс Смит, мы хотели бы поговорить с вами о вашей пропавшей подруге Бабблз Цезарь. Можно сегодня к вам заехать?

– О, я не знаю. У меня сегодня репетиция.

– Во сколько, мисс Смит? – В одиннадцать.

– И когда закончится?

– Ну.., трудно сказать. Иногда они тянутся целый день. Надеюсь, что сегодня мы закончим быстро. Вчера мы очень напряженно поработали.

– Назовите время хотя бы приблизительно, – попросил Карелла.

– Ну, где-то в три часа, но я не уверена. Хорошо, в три. Только позвоните около трех, перед тем как выезжать, о'кей? Если я задержусь или еще что-нибудь, я оставлю послание телефонистке. О'кей? Согласны?

– Отлично.

– Или, если хотите, я оставлю ключ. Тогда вы сможете сделать себе кофе. Хотите? – спросила мисс Смит.

– Нет. Так будет лучше.

– О'кей. Значит, до трех.

– Прекрасно, – ответил Стив Карелла.

– Только позвоните обязательно перед выездом, хорошо? И.., если я не успею, я оставлю послание. О'кей?

– Спасибо, мисс Смит, – поблагодарил детектив и положил трубку.

В комнату детективов вошел Энди Паркер и швырнул шляпу на стол.

– Ну и денек, ребята, – проворчал он. – Передавали, что будет 21 градус. Можете себе представить? Это в марте-то? Наверное, дождь вымыл всю зиму из города.

– Наверное, – согласился Карелла. Он записал время свидания с Тэффи в блокнот и отметил, что перед выездом в 2.30 нужно будет позвонить ей.

– У вас дома какая погода, Чико? – спросил Паркер у Эрнандеса.

Фрэнки Эрнандес печатал и не мог расслышать, что сказал Паркер. Он перестал печатать и спросил:

– Что? Ты со мной говоришь, Энди?

– Угу. Я сказал, что у тебя дома такая же погода.

– Дома? – переспросил Эрнандес. – Ты имеешь в виду Пуэрто-Рико?

– Конечно.

– Я родился здесь, – сообщил Фрэнки Эрнандес.

– Конечно, знаю, – кивнул Паркер. – Все пуэрториканцы говорят, что они родились здесь. Послушать их, так на Пуэрто-Рико вообще никто не рождается. Послушать вас, так нет даже острова, который называют Пуэрто-Рико.

– Это не правда, Энди, – мягко возразил Эрнандес. – Большинство пуэрториканцев очень гордятся своей родиной.

– Но только не ты! Ты же отрицаешь, что родился на Пуэрто-Рико?

– Я родился здесь, – сказал Фрэнки Эрнандес и продолжил печатать.

Эрнандес не рассердился, и Паркер, судя по его внешнему виду, тоже не рассердился. Карелла не обратил особого внимания на перепалку. Он составлял список телефонных звонков, которые они с Коттоном Хоузом должны сегодня сделать. Когда Паркер заговорил опять, Стив Карелла даже не поднял голову.

– И это делает тебя американцем, да, Чико? – начал Паркер. Эрнандес оторвался от машинки.

– Ты со мной говоришь?

– Да, с тобой, Чико, – ответил Паркер. – Поразительно, как это вы все не слышите, чего не хотите…

– Хватит, Энди, – неожиданно вмешался Карелла.

– Что это с тобой, черт подери? – Паркер повернулся к Карелле.

– Перестань. Ты мне мешаешь в моей комнате.

– С каких пор, черт побери, она стала твоей?

– Сегодня я сижу на телефоне, а ты вообще выходной. Так что пойди проветрись. Если хочешь, поищи ссору на улице.

– С каких это пор ты стал защитником угнетенных? – саркастическим тоном поинтересовался Энди Паркер.

– С этой самой минуты, – ответил Стив Карелла и вскочил на ноги.

– Да?

– Да.

– Можешь засунуть тогда это себе…

И Стив Карелла ударил.

До последней доли секунды он не собирался наносить удар, до того момента, когда его кулак, встретившись с челюстью Паркера, отбросил того к стене. Карелла знал, что он зря ударил Паркера, но он знал и то, что ему не хочется сидеть и слушать, как в такое прекрасное утро на Эрнандеса льют помои. "И все же, – сказал себе Карелла, – зря я его ударил".

24
{"b":"18607","o":1}