ЛитМир - Электронная Библиотека

— Просто Императору и в голову прийти не может, что туда полезет кто-нибудь из Властей, — буркнула веревка. — И сколько раз можно напоминать, что меня зовут не Талеста, а Талиханаранталджапанрехандалеста! Все-таки я славного рода веревок из лунных лучей, а не какая-нибудь бельевая веревка жены гнома.

— Милая моя веревочка, твое полное имя даже длиннее, чем ты сама, — рассмеялся Маг. — Мне никогда в жизни его не выговорить!

Он приземлился невдалеке от высокой каменной стены, за которой рос сад. Ближе было нельзя, чтобы не вызвать сигнал тревоги — полет на сандалиях был магией, которую чувствовало охранное заклинание, наложенное Императором на сад.

— Боишься, что заметят? — съехидничала веревка, взмахнув кисточкой.

— Не заметят. — Маг весело улыбался, не обращая внимания на ее ворчание. — Ведь у меня же есть ты.

— Хорош хозяин, который даже не может выговорить мое имя! — фыркнула она. — И почему я тебе служу?

— Это точно, — поддакнул он. — На твоем месте я давно бы смотался.

— И смотаюсь. — Веревка соскользнула с его пояса в траву и свернулась в кучку.

Маг не стал говорить, что именно напоминает ему эта кучка, чтобы еще больше не рассердить ее.

— Талесточка… — сладким голосом протянул он, — брось ты эту чепуху. Лучше помоги мне перелезть через стену — ты же прекрасно знаешь, что без тебя мне здесь с этим не справиться.

— На что только не пойдешь ради некоторых, — буркнула веревка, смягчаясь.

Она развернулась и наподобие змеи заскользила по направлению к стене. Взобравшись на стену, она обмоталась вокруг выступа и стала удлиняться — раз в десять, не меньше, пока ее кисточка не коснулась земли.

Маг подошел к ней и влез по ней наверх. Там он уселся на стену, свесив ноги в сад, и с довольным видом оглядел открывшуюся перед ним картину. Эдем был прекрасен даже по меркам тонких миров — он выглядел не садом, а скорее светлым, обширным лесом из плодовых деревьев и кустарников, с полянами, усеянными цветами. Даже поглядеть на него было редким удовольствием, и Маг сейчас вовсю предавался ему. Веревка пристроилась рядом и подняла свою головку-узел.

— Ты посмотри, как здесь красиво! — восхитился Маг.

— Неплохо, — согласилась она.

— А ты не хотела сюда лезть, — упрекнул ее он. — Давай спустимся вниз.

Веревка снова зацепилась за выступ и спустила свой хвост до земли. Маг соскользнул по ней в сад.

— И что тебе не естся их за столом? — ворчала она, пока он шел по мягкой зеленой траве к облюбованному дереву. — Из золоченого блюда или в виде нектара и амброзии, которые готовит Нерея? Культурно и прилично.

— С дерева вкуснее. — Маг сорвал с ветки яблоко и откусил румяный бок. — Кроме того, меня достали эти штучки Жрицы.

— Какие штучки?

— По поводу орехов. — Маг направился к ореховому дереву, жуя на ходу яблоко. — Она утверждает, что есть орехи жестоко и недостойно возвышенной сущности, потому что при этом мы уничтожаем будущую жизнь, которая скрывается в них. Ее послушай — так есть можно только ягоды и фрукты. А я люблю орехи.

Отбросив яблочный огрызок. Маг сорвал грецкий орех и с хрустом раскусил.

— Кроме того, — продолжил он, — она утверждает, что орехи разумны. Видишь — извилины, словно у мозгов разумной твари. — Он показал веревке ядро ореха. — Ей удалось частично убедить в этом даже самого Императора. Что же, из-за ее заскоков мне теперь никогда не есть орехов?

— Попробуй вон с того дерева, — указала хвостом веревка. — Те, мелкие, точно без извилин.

— Попробую, — согласился Маг. — И те и эти.

Он сгрыз еще несколько орехов и удовлетворился этим. Как и все сущности тонких миров, он мог бесконечно долгое время питаться только энергией, которая присутствовала везде, поэтому поход за яблоками был для него в первую очередь развлечением, а не потребностью насытиться.

— Пойдем назад? — осведомилась веревка.

— Какая же ты суетливая, Талеста, — с досадой заметил Маг. — Когда еще я соберусь сюда! Давай лучше погуляем.

Веревка, кажется, отнеслась к его предложению с одобрением. До сих пор она ползла следом за своим хозяином, словно ручная змея, но теперь взобралась на свое привычное место на поясе Мага и гордо подняла узел, осматриваясь вокруг.

Они пошли под щебет птиц по мягкому травяному ковру, мимо сладко пахнущих цветов, усыпанных ягодами кустарников, деревьев с ветвями, согнувшимися под тяжестью плодов до земли. Выйдя на обширную поляну, Маг растянулся на траве.

— Святая святых Эдема, — откомментировал он. — Поляна, где растут древо бессмертия и древо божественного самосознания. Или, как это объясняют младшим Силам, познания добра и зла. — Он кивнул на два раскидистых дерева, росших отдельно посреди поляны.

— Тоже будешь есть? — иронически спросила Талеста.

— Я уже наелся. Кроме того, зачем это мне? Здесь сколько угодно плодов послаще этих. — Он выдернул тонкую травинку и стал рассеянно грызть ее нижний кончик. — Хорошо, что здесь запрещено бывать, иначе я не получил бы от этого такого удовольствия.

— Извращенец, — хмыкнула веревка.

— Может быть. — Он приподнялся, опираясь на руки, и уставился между деревьев. — Ну, это уж слишком!

— Что там? — Веревка выставила узелок из травы наподобие очковой змеи. — Я ничего не вижу.

— Неужели? — изумился Маг. — Там наш рыжий гуляет со своей Нереей, и оба голышом. А ты еще зовешь меня извращенцем! У нас, между прочим, пока еще принято одеваться.

— Где? — Веревка завертела узелком по направлению, указанному Магом, и вдруг захихикала: — Напряги свое всеведение, идиот! Это всего-навсего два куска вещества плотных миров.

— Разве? Что-то я не вижу…

— Конечно. У нас, веревок, зрение устроено иначе, и я вижу их не так, как ты. Ничего похожего на Воина с Нереей — те ярко светятся, как и другие божественные сущности тонких миров, а в этих нет и намека на божественную искру. Это даже не твари промежуточных миров, это еще грубее.

— Они из плотного вещества, говоришь? — Маг пристально вгляделся в кусты. — Пожалуй. Но как похожи — сначала даже я ошибся. Откуда они здесь взялись?

— Не знаю, — махнула кисточкой веревка. — Наверное, сотворил кто-нибудь из Властей. Но почему они здесь, это понятно — создания из вещества плотных миров неустойчивы везде, кроме сада Эдема, который защищен магией Императора.

— Да, конечно, — согласился Маг, наблюдая за двумя существами, которые вышли на поляну и медленно пошли в их сторону. — Мне даже и всеведения напрягать не нужно — это творения рыжего. Не так давно он говорил, что хочет попробовать сделать что-нибудь из плотного вещества. Но такое! Видела бы это Жрица, или нет — Нерея. Она живо послала бы его в Бездну.

— Послать в Бездну может только сам Император, — поправила его веревка, плохо понимавшая образные выражения. — Своим Посохом Силы.

— Да, такая палочка нужна в тонких мирах, — хмыкнул Маг. — Иначе на нас, творцов, не было бы никакой управы. — Он сел в траве, но приближающаяся пара не обратила на него никакого внимания. — Они, кажется, не видят меня — наверное, их глаза не восприимчивы к веществу тонких миров. Но как похожи! — снова повторил он. — Хотя Нерея здесь заметно попышнее, чем на самом деле. Вкус у рыжего всегда был как у кентавра.

— Я уже сказала, что вижу их иначе, — заметила веревка. — Для меня они совершенно другие. Просто пара животных, каких много в этом саду — самец и самка. Не понимаю, как ты можешь говорить, что они похожи на кого-то из тонких миров.

— Возмутительно! — поморщился Маг, глядя на эту пару, которая прошла совсем близко, но так и не заметила его. Он провел рукой по голой икре самки, та вздрогнула и с подозрением покосилась на высокую траву под ногами. Видимо решив, что задела ногой за стебель, она успокоилась и заговорила с самцом короткими, нескладными фразами из одного-трех слов. — Скопировать для пары животных свою внешность и внешность своей любовницы! Интересно, знает об этом Император? И зачатками разума рыжий их, кажется, тоже наделил. Неудивительно, что небольшими, если он творил их по своему подобию.

4
{"b":"1861","o":1}