ЛитМир - Электронная Библиотека

– Пятого июня.

– А выехала?

– Четырнадцатого.

– Правда ли, что вечером десятого июня для гостей в отеле был устроен прием?

– Десятого? Минуточку. – Наступившая пауза влетела налогоплательщикам в копеечку. – Совершенно верно. Это было десятого.

– Миссис Фелпс там присутствовала?

– Да. Она была в ярко-красном платье, выглядела очень привлекательно.

– Когда она пришла?

– Прием начался днем. Мы пригласили всех гостей отеля. Наш отель, позволю себе сказать, славится приемами. У нас великолепные коктейли.

– Когда собрались гости?

– Около половины пятого.

– И миссис Фелпс была там с самого начала.

– Да.

– А когда она ушла?

– Ушла? По-моему, она пробыла там до самого конца.

– Вы уверены в этом?

– Не могу сказать на все сто процентов: там были и другие женщины в красных платьях... Но, скорее, все же уверен. Да, она была до конца.

– Когда кончился прием?

– Он, по правде говоря, несколько затянулся. Мы подали завтрак в половине шестого.

– Когда?

– В половине шестого утра.

– А начали накануне днем, в половине пятого?

– Именно так.

– Значит, вы веселились всю ночь до завтрака?

– Да. У нас дело поставлено на широкую ногу.

– Разумеется. Миссис Фелпс была на завтраке?

– Да. Я хорошо помню, как подавал ей яичницу.

– Она была в том же красном платье?

– Да.

– И вы считаете, что она провела там всю ночь?

– У нас тысячи гостей, – сказал управляющий. – Кто-то приезжает, кто-то уезжает. На таких вечерах много пьют, и администрация, признаться вам, не очень-то следит за тем, что делает каждый из приглашенных.

– Понятно, – сказал Мейер. – Значит, миссис Фелпс приехала пятого июня, уехала четырнадцатого, а прием был десятого, так? Ну что ж, большое спасибо.

– Не за что, – ответил управляющий и повесил трубку. Некоторое время Мейер сидел, мрачно уставясь в стол, а потом решил разыграть последнюю карту. Он позвонил во все авиакомпании и попросил выяснить, не продавал ли кто-нибудь билет на имя миссис Франклин Фелпс с обратным вылетом из Майами вечером десятого июня – тем вечером, когда была убита Анни Бун. А на тот случай, если билет был выписан на чужое имя, он поинтересовался заодно, не покупала ли такой билет какая-нибудь другая женщина.

В одной из авиакомпаний ему ответили, что на имя миссис Франклин Фелпс был продан билет до Майами на ранний утренний рейс пятого июня и обратный билет – на четырнадцатое. В ночь на десятое никаких полетов туда и обратно ни она, ни другие женщины не совершали. Мейер поблагодарил и положил трубку.

К горлу подкатил противный комок. Последняя карта была бита.

Монике Бун тоже позвонили по телефону. Говорил с ней Берт Клинг.

– Привет, золотце, – сказал он. – Знаешь, кто с тобой говорит?

– Нет, а кто?

– Угадай.

– Тэб Хантер?

– Нет.

– Роберт Вагнер?

– Нет.

– Больше не хочу угадывать, – сказала Моника.

– Детектив Клинг, – сказал он. – Берт.

– Привет, Берт! – обрадовалась Моника. – Как поживаешь?

– Отлично, а ты?

– И я отлично. Сегодня в школе получила второй приз.

– По какому предмету?

– По рисованию.

– Молодец. Могу я задать тебе один вопрос?

– Конечно.

– Мы спрашивали уже твою бабушку, но она не смогла ответить. Может, ты сумеешь.

– Попробую.

– Твоя мама встречалась с человеком по имени Джейми. Она не говорила тебе о нем?

– О Джейми?

– Да.

– Это, наверное, Джеймисон Грей.

– Как ты говоришь, Моника?

– Джеймисон Грей. Мне мама о нем рассказывала. Она говорила, что лучше и несчастней его нет человека на белом свете. И что он очень добрый, ласковый и что как-нибудь мы вместе сходим к нему в гости.

– Ты не обманываешь меня, Моника?

– Нет, нет. Она называла его Джеймисон Грей. Вам этот Джейми нужен?

– Надеюсь, что этот, золотце, – скачал Клинг. – Очень надеюсь. Спасибо тебе огромное.

– Берт!

– Да?

– Ты не знаешь, когда мама вернется из отпуска?

Берт Клинг замешкался:

– Я... ты понимаешь... пока не знаю...

– Хорошо бы она приехала поскорей, – сказала Моника.

– Конечно.

– Ладно, не буду тебя задерживать. Тебе надо ловить жуликов.

– Пока, Моника. Спасибо тебе.

Он повесил трубку и достал из нижнего ящика стола телефонный справочник Айсолы.

– Есть новости? – осведомился Мейер.

– Будем надеяться, – сказал Клинг. – Постучи по дереву. Грей, Джейк... Грей Джеймс... Еще один... Еще Грей Джеймс... Господи, их тут шестеро! Так, минуточку... Мейер, вот он! Грей Джеймисон. Северная Тридцатая, двенадцать – двадцать. Надевай шляпу и пошли!

– Шляпу? – переспросил Мейер, проведя рукой по лысой макушке. – Я не ношу шляпу. От шляп люди лысеют.

В доме на Северной 30-й улице – четырехэтажном аккуратном здании из коричневого камня – Мейер и Клинг поднялись на четвертый этаж и постучали в дверь квартиры 44, где, согласно надписи на почтовом ящике, проживал Джеймисон Грей.

– Кто там? – раздался молодой голос.

– Откройте! – сказал Мейер.

– Открыто, – сообщил голос.

Клинг, помня о роковой оплошности Хейза, сжал в руке свой револьвер. Мейер распахнул дверь и отпрянул в сторону. Из квартиры не доносилось ни звука.

– Входите же! – наконец услышали они.

Все ещё держа в руке револьвер, Клинг быстро оглядел квартиру. В дальнем конце темной комнаты лицом к окну сидел юноша лет двадцати.

Не переступая порога, Клинг спросил:

– Вы Джейми Грей?

– Да, – сказал юноша. На нем были черные брюки и белая рубашка – ворот расстегнут, рукава закатаны. Юноша по-прежнему смотрел прямо перед собой, как будто, кроме него, никого в квартире не было.

– Вы знаете Анни Бун? – спросил Клинг.

– Да, – сказал юноша. Он слегка повернулся, но посмотрел почему-то на Мейера, как будто тот задал вопрос. – Вас прислала Анни?

– Нет, – ответил Клинг. Он пытался разглядеть лицо молодого человека, но в комнате было очень темно.

– Значит, она вас не посылала? – спросил Грей.

– Нет.

– А я-то думал, она наконец вспомнила обо мне. Она давно у меня не была, вот я и решил, что она что-то хочет передать через вас.

Он снова повернулся к окну. Клинг и Мейер подошли поближе, но юноша не обратил на это никакого внимания.

– Она часто у вас бывала? – спросил Мейер.

– Да. Раз в неделю, а то и чаще. Это мне очень помогало. Она удивительный человек.

– Вы никуда не ходили вместе?

– Только один раз немного прошлись. По мне, чем меньше ходить, тем лучше.

– Где вы познакомились?

– В баре. Совершенно случайно. Как-то днем я решил выйти в бар. Захотелось выпить кружку пива. С вами такого не бывало? Вдруг страшно захотелось пива. Нет ничего лучше кружки пива, когда давно его не пил. Анни подсела ко мне за стол. Вот и все.

– И что она сказала?

– Спросила, как меня зовут. Я сказал: Джейми Грей. Она была заметно выпивши.

– Анни Бун? – удивленно воскликнул Клинг.

– Да.

– Вы уверены?

– Абсолютно. От неё сильно пахло спиртным, да и говорила она как-то странно. Она явно напилась, потому-то и подошла ко мне. Я спросил, не желает ли она выпить чашку кофе. Она сказала: «С удовольствием» – и мы пошли ко мне.

– И после этого она стала к вам заходить, так?

– Да. Приходила поболтать. Говорила, что у неё от этого становится легче на душе.

– Вы живете здесь один, Грей?

– Да.

– Чем зарабатываете на жизнь?

– Раньше я был неплохим пианистом. Играл в оркестре.

– Что значит «раньше»? Теперь вы не играете?

– Играть-то я могу и теперь, не разучился. То, что со мной случилось, не мешает играть на пианино. Но сейчас с работой становится труднее. Надо ходить, искать, обивать пороги. А у меня на это нет ни сил, ни желания.

– Нельзя ли пояснее?

– Ну, после того, что произошло...

– С кем произошло – с Анни?

29
{"b":"18610","o":1}