ЛитМир - Электронная Библиотека

— Кайл Трипли с самого начала планировал долгие полеты, — сказал Айзекс. — И потому у «Охотника» такие просторные трюмы, как сами видите. А система очистки воды, когда ее ставили, опережала свое время.

Грузовые трюмы находились с обеих сторон от прохода. У каждого был отдельный погрузочный люк, отдельный кран, сортировщик и съемная палуба. Джейкоб показал холодильный отсек.

— Почти все это пространство нами сейчас не используется. В каботажных полетах это не нужно.

Левый погрузочный люк был шириной в отсек, куда он открывался.

— Трипли всегда верил, что найдет где-нибудь развалины, построенные не нами. Не людьми. И он хотел иметь возможность привезти образцы, не стесняясь размерами люков.

— Развалины?

—  Да. Он был убежден, что другие цивилизации развились когда-то, но считал, что они уже все погибли. Что найти живую цивилизацию очень мало шансов. И что наша собственная уже на стадии упадка. И был прав.

Ким удивилась:

— Прав? В чем?

— Хм! — Настала очередь Айзекса удивиться. — Доктор Брэндивайн, мы же летим ко всем чертям. Вы это знаете. Сейчас каждый сам на себя не похож. Не то что в старые времена.

— А! — сказала она.

Они вышли, беседуя, и Ким соглашалась, хотя и не считала, что времена изменились к худшему. Коридор закончился у входа в отсек силовой установки.

— Джейкоб, — сказала Ким, — я бы хотела знать, можно ли мне взглянуть на эксплуатационные журналы.

Солли был уверен, что эти журналы, в отличие от бортовых, хранятся на корабле в течение всей его жизни.

— Если хотите, — ответил он. — Не вижу в том никакого вреда. — Он постучал по панели управления, установленной рядом с дверью. — Но мне казалось, что эксплуатационные журналы — чтение скучное.

— Дело в том, что я об этих вещах знаю недостаточно. Эксплуатационные журналы дадут мне почувствовать, что это значит — держать такой корабль в рабочем состоянии.

— Может быть, мне связать вас с начальником эксплуатации? Он ответит на все ваши вопросы.

— Нет-нет, — отказалась она. — Не надо людей беспокоить.

Айзекс пожал плечами и вызвал меню. Ему не сразу удалось найти то, что он хотел. В конце концов, его профессией был пиар. Но через несколько минут Ким увидела историю эксплуатации Экваторианского Межзвездного Корабля (ЭМК) с бортовым номером 4471886. Джейкоб поднялся и уступил место Ким.

Она пролистала записи настолько небрежно, насколько была способна, делая невинные замечания о степени смазки и периодах между осмотрами двигателей, все время делая вид, что ее интересует это так, вообще.

Потом вернулась к началу. «Охотник» вступил в строй третьего средизимника 544 года.

— Чертовски много работы требуется, чтобы содержать такой корабль, — сказала она.

Айзекс согласился. Она стала листать дальше, привыкая к системе, выдававшей вид обслуживания или ремонта и подпись техника, который его выполнял. Заметила серьезный профилактический ремонт, сделанный в 572 году перед отлетом на Сент-Джонс. Через пару недель был последний осмотр на дальнем форпосте перед отлетом «Охотника» к Золотой Чаше.

Тридцатого марта корабль вернулся в Небесную Гавань и прошел еще один генеральный осмотр. Ким бегло проглядела записи и увидела, что был заменен шлюз в грузовом трюме левого борта и потребовался ремонт прыжковых двигателей. Интересно, что было со шлюзом, но в журнале об этом ничего не было. Что до двигателей, здесь Ким не хватило знаний, чтобы понять значительность повреждений. Указывались номера замененных деталей и сообщалось, что двигатель исправен.

Фамилия техника была Герхард. Можно было бы узнать и имя, но это не важно.

Ким просмотрела еще несколько страниц, поблагодарила Айзекса за помощь и ушла.

7

Где вы теперь, и слава и мечты?

Уильям Уордсворт, «Предвестия бессмертия», 1807 г. н.э.

На следующий вечер Ким села в шаттл, идущий к «Королеве звезд». Бывший лайнер сиял иллюминацией, и с земли казалось, что в небе появилась новая звезда, по крайней мере на эту ночь.

Двух одинаковых межзвездных лайнеров не бывает. Даже корабли одинаковой конструкции красят и оснащают так, что не возникает сомнения в их уникальности. Некоторые имеют внешность стиля рококо, похожие на большой замок прошлого столетия, другие напоминают торговые пассажи с пешеходными дорожками и парками, третьи отличаются строгой эффективностью современного гостиничного комплекса. Конечно, есть некоторые ограничения, накладываемые основным предназначением корабля, — чтобы он не развалился при наборе скорости или смене курса.

«Королева звезд» была похожа на небольшой город на блюде. Подлетная труба была сконструирована так, чтобы давать максимальный обзор. Ким видела виртуальные изображения «Королевы», но оригинал, увиденный вблизи, заставил ее задержать дыхание.

Новые владельцы очень постарались создать впечатление живого корабля, который в любой момент может полететь к Сириусу или Солнцу. Огромный цифровой баннер посередине корабля гордо сообщал его имя черными буквами.

В шаттле было человек десять. В основном, как решила Ким, старшие сотрудники различных корпораций Небесной Гавани, приглашенные на торжество. Один мужчина пытался втянуть ее в разговор, но Ким жалась и мялась и он отстал. Она вообще-то не была против дорожных приключений, но сейчас ее слишком донимали собственные мысли, чтобы флирт доставлял удовольствие.

У причала шаттл встретила музыка, носильщики-автоматы и агенты гостиниц, готовые помочь. Чья-то съемочная группа поодаль смотрела на кого-то, кого Ким не видела.

Она однажды бывала на «Королеве», сразу после колледжа, интерном Института, и сейчас прошлась по выставке, чтобы освежить память о той поездке. Вот памятник Максу Эстерли, на котором он изображен за консолью компьютера, — очевидно, он работал над конструкцией двигателей, которые сделали возможным создание лайнеров класса «Королевы». Вот президентская каюта, где Дженнифер Гранвиль создавала Устав. На стеклянной палубе, названной так за открывающийся с нее вид, от руки наемного убийцы погиб Пий XIX, последний из официально признанных пап. Мемориальная доска на входе в главную столовую, откуда специальный отряд начал штурм группы минагванских террористов, захвативших корабль и удерживавших его семнадцать мучительных дней — этот акт был прелюдией к войне.

Али Бакаи и Наримото Добрый тайно встретились на «Королеве звезд», чтобы заключить Ариманский мир, которого не хотели избиратели ни того, ни другого. Знаменитый Якима Таи давал здесь свой последний концерт, после которого они с женой покончили жизнь самоубийством. В баре средней палубы висела мемориальная доска, отмечающая вымышленное место, где Вероника Кинг встретила своего помощника, телохранителя и биографа Архимеда Смита. Еще одна доска отмечала каюту, в которой Дель Делласандро написал «Ипохондрики тоже болеют». А в главном вестибюле написанная маслом картина увековечила момент величайшей гордости «Королевы»: нападение крейсеров Пандика Второго возле Пасифики, когда «Королева» везла повстанцам припасы, технику и запчасти.

Ким посмотрела на мониторе номер своей каюты. В каюте ее ждал букет орхидей с наилучшими пожеланиями от Коула Мендельсона, координатора сегодняшнего вечера. Каюта была маленькой, как и следовало ожидать на межзвездном корабле. Но она была и роскошной, несколько излишне для такой тесноты. Отделка, драпировка, покрывала на кровати, мебель — все казалось слишком ярким.

Обычно Ким пошла бы сразу в душ, но сейчас она села на кровать и сбросила туфли. Потом подключилась к терминалу и ввела фамилию Герхарда с указанием для поиска: ТЕХНИК, ПРЫЖКОВЫЕ ДВИГАТЕЛИ.

Ответ пришел сразу. Параметрам поиска удовлетворял Уолт Герхард, работающий на компанию «Интерстеллар» в Небесной Гавани.

Ким набрала номер оператора «Интерстеллар» и попала на клон Мелиссы.

— Я ищу Уолта Герхарда, — сказала она.

22
{"b":"18623","o":1}