ЛитМир - Электронная Библиотека
* * *

Движимый каким-то непонятным предчувствием неминуемой беды, лейтенант Ровель не отправился к себе в участок даже после того, как закрылось последнее из ночных увеселительных заведений на его территории, а продолжал медленно кружить по пустым улицам. Будто ожидал: вот-вот что-то случится. И его ожидание оказалось не напрасным – в машине раздался металлический голос рации... Ровель выслушал сообщение, затем резко развернулся на сто восемьдесят градусов и на полной скорости помчался к дому Гаса Варака. Резко остановив машину у крыльца дома, он выскочил из нее, выхватил на ходу из набедренной кобуры тупорылый револьвер и неуклюже побежал к входной двери...

* * *

Рик Стассен проснулся от громкого звонка заведенного ровно на четыре часа будильника. За окном, к его глубочайшему удивлению, было еще совсем темно. Ему потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы вспомнить, почему он должен вставать в такую несусветную рань. Такого с ним еще не случалось. Но дело есть дело. Рик включил верхний свет и быстро оделся, чувствуя себя незаслуженно оскорбленным. Суббота и без того всегда тяжелый день, а тут еще его неизвестно зачем заставляют подниматься ни свет ни заря. Даже раньше птиц!

Он тихо прошел через дом, на цыпочках поднялся по лестнице на второй этаж. В холле ему вдруг показалось, будто где-то сзади раздался какой-то шум. Он остановился, внимательно прислушался, но ничего не услышал. Темнота всегда вызывает у него чувство страха... Рик облизнул пересохшие губы, подошел к двери Гаса, остановился. Хотел было тихонько постучать в дверь, но вовремя вспомнил, что делать этого не следует... Там, за дверью, в одной большой постели вместе спали мужчина и женщина. Но в данный момент ему не хотелось даже думать об этом. Мысленно перекрестившись, он вытер неожиданно вдруг вспотевшую ладонь о штаны, мягко повернул ручку двери и осторожно вошел внутрь. Сначала ему хотелось просто тихонько кашлянуть, но потом он все-таки решил на цыпочках подойти к кровати, на которой едва виднелась фигура спящего человека. Слегка наклонившись над ней, он снова вытер мокрую ладонь о штаны, потом протянул руку, чтобы тихонько потрясти Гаса за плечо. Но его пальцы почему-то коснулись чего-то мягкого, очень округлого, совсем не мужского. И тут до него донеслось громкое топанье тяжелых шагов, как будто кто-то бежал по холлу. В комнате вдруг зажегся яркий верхний свет, и Рик увидел, что в постели под легким покрывалом лежит... одна Яна. Он быстро обернулся к двери – оттуда прямо на него бежал человек с таким странно перекошенным лицом, что Рик не сразу признал Гаса. Однако затем почувствовал, что его губы инстинктивно растянулись в застенчивую улыбку, которая нередко служила ему защитой от неприятностей.

– Я только... – начал было он и, увидев, что в дверном проеме за старым Гасом стоит Верн Локтер, почувствовал облегчение – теперь, слава богу, все разъяснится!

Увы, разъяснилось, но совсем не так, как ожидал Рик. Перед его глазами вдруг мелькнула яркая вспышка, в свете которой он в течение одной тысячной грохочущей секунды увидел, что делает старый Гас, с до неузнаваемости перекошенным лицом, а затем эта вспышка превратилась в испепеляющий огненный шар, который сначала раздавил его, как клопа, а потом чья-то огромная, волосатая рука со страшным грохотом вырубила для него все огни мира...

* * *

Сидя на корточках рядом с Верном Локтером, Гас услышал скрип лестничных ступеней, как будто вверх осторожно, крадучись, поднималось какое-то животное, почему-то передвигающееся на двух ногах. "Осквернитель моего дома, моей человеческой гордости и чести! Тот, кто терпеливо выждал, пока мой фургон с громким тарахтеньем старенького мотора не отъедет от дома, а теперь почему-то абсолютно уверен, что его не настигнет карающая десница нашего всемогущего Господа Бога!

Вот этот зверь на двух ногах подкрадывается по моему коридору все ближе и ближе к моей жене, его переполняет нетерпеливое сладострастие, он полон животной похоти, и, видя это, я больше не могу оставаться спокойным, не могу больше ждать. Но не успеваю я издать тихий возмущенный звук, как чья-то рука плотно закрывает мне рот. Тот, кто крадется в мою комнату к моей жене, на секунду останавливается, пытается внимательно, совсем как хищное животное, которое вышло на охоту в темном густом лесу, прислушаться, не повторится ли мой звук. Но я уже снова затаился, и он все так же тайно продолжает свой подлый мерзкий путь. А тот, кто рядом со мной, сует мне что-то в руку, и мои пальцы стискивают хорошо знакомую мне рукоятку секача нашего мясника Рика Стассена... Мерзопакостное животное уже, наверное, у постели моей жены, теперь пора за дело приниматься и мне. Я спокойно спускаюсь вниз по ступенькам, но уже на площадке второго этажа спокойствие мне изменяет, и я с громким топотом подбегаю к комнате, с воплем врываюсь внутрь, одним щелчком включаю яркий верхний свет, вижу его мерзкие глаза и узнаю... Рик Стассен!.. В два прыжка настигаю это животное, размахиваюсь и изо всех сил, с переполняющей меня ненавистью обрушиваю секач на его дьявольскую голову! Иуда, которого я приютил в моем доме. Когда я выдернул окровавленное лезвие из его головы, он медленно осел на пол, почему-то с поднятыми вверх руками... Она же сидела на постели с широко открытым ртом, издававшим отчаянные звуки, и яростно отбивалась от меня руками и ногами. И изо всех сил старалась отодвинуться от меня как можно дальше. Но дальше была только спинка кровати. Нашей с ней кровати! Я сделал к ней шаг, самый последний шаг, как вдруг мне самому чем-то острым пронзило грудь. В глазах потемнело. Потом я увидел, что стою на коленях, а дом почему-то весь перекосился, пол превратился в покатый склон, ведущий прямо к закрытому окну, и меня что-то тащит к нему по пыльному ковру, хотя боли я почему-то не чувствую и только с любопытством наблюдаю за собой, как бы со стороны, и вдруг скатываюсь по скользкому склону, который становится все круче и круче, сначала к темному провалу окна, а затем лечу, нелепо кувыркаясь, в бесконечную неизвестность и при этом про себя удивляюсь невероятной странности всего происходящего..."

Верн Локтер присел на корточки рядом с Гасом, и они вместе стали прислушиваться к тишине спящего дома. Наконец услышали шаги Рика Стассена, осторожно крадущегося вверх по лестнице. Положив руку на плечо старика и физически ощутив движение его напряженных мышц, Верн в темноте нащупал его ладонь и вложил в нее мясницкий секач. Но как только пальцы Гаса сомкнулись на его скользкой рукояти, тут же отдернул руку. После этого слегка подтолкнул старика в его широкую спину. Тот начал тихо спускаться по ступенькам в холл второго этажа, но затем, громко топая, побежал к своей комнате. Верн, стараясь не отставать, держался прямо за ним. Он видел, как в комнате вдруг зажегся яркий верхний свет, как острый словно бритва секач взметнулся вверх и со страшной силой опустился на голову почему-то глупо улыбающегося Рика, расколов пополам и его мозг, и челюсть, и глупую улыбку... В первый раз Яна пронзительно завопила, когда Рик Стассен рухнул на пол, но потом резко отпрянула назад, прижалась спиной к спинке кровати, подняла руки, словно могла ими закрыться от окровавленного смертоносного секача.

Потом она завопила снова, а Гас, вдруг споткнувшись, тяжело упал на колени, так что создалось полное впечатление, будто этот жуткий крик и свалил его с ног. Верн моментально к нему подскочил, схватил упавший на пол секач. Он знал: делать задуманное надо быстро. То есть немедленно! Яна продолжала истерически вскрикивать. Верн торопливо, почти без замаха опустил на нее секач, но чуть-чуть промахнулся: острое лезвие вонзилось в спинку кровати, всего в дюйме от ее правого виска. Он с трудом выдернул его и, когда Яна начала очередной вопль, снова ударил ее, зная, что теперь делает это только для того, чтобы больше не слышать ее жуткого, леденящего кровь голоса...

53
{"b":"18638","o":1}