ЛитМир - Электронная Библиотека

— А почему ее родители не остановят?

Он заговорщицки усмехнулся и подмигнул.

— Да лет десять назад побеседовали мы тут с ее папашей, Клитом Ингерфельдом насчет его бабы. Что-то мне очень захотелось отстегать его кнутом по заднице. Он это помнит хорошо, начинает слюни пускать, стоит мне поздороваться. А эта толстуха, я тебе скажу, еще лучше все просекает, чем ее мамаша. — Он посмотрел на меня с видом потрясенной невинности. — Ты что сюда ехал про мою личную жизнь разузнать?

— Да нет. Хотел поговорить насчет возможности деньжат подзаработать. Примерно таким же способом, как и в случае с Артуром Уилкинсоном.

— Ну, я бы сказал, что на нем мы и гроша не заработали. Если бы та сделка выгорела, то мы должны были получить неплохие бабки. Но весь доход — это вложенные деньги минус накладные расходы, а их выше головы было.

— Бу, что-то у тебя вдруг стало получше с речью.

Он ухмыльнулся.

— Приходилось пару раз грамоте обучаться. Когда нужно было меня высшим и знатным представлять. Да и чтобы со мной образованные женщины знакомились.

— Дай мне еще один шанс, и я тоже с тобой познакомлюсь. Это я тебе обещаю. Если еще раз начнешь выпендриваться, то я тебе такие же яркие воспоминания оставлю, как ты отцу Синди. Долго будешь как глубокий старик по округе ковылять.

Он пристально изучал меня.

— Господи Боже, ну и размерчики у тебя. Мне бы присмотреться получше прежде, чем за тебя браться. С такими ручищами ты килограмм на восемь больше тянешь, чем я думал. Но я не Клит Ингерфельд. Можешь мне половину костей переломать, а все равно найду, как подняться да достать тебя, так что лучше помни об этом. Знай, я тебя как-нибудь безопасным образом уберу, увезу к Реке утопленников и засуну там под корни ризофоры на пищу крабам. Учти, я не первый раз свои проблемы так решаю.

И он не блефовал. Просто абсолютно хладнокровное и конкретное утверждение своей власти.

— Тогда я поставлю вопрос по-другому, Бу. Если ты попытаешься что-нибудь подобное сделать, а это не сработает, то я уверен в том, что ты не сможешь ни в одну лодку ни влезть, ни вылезти.

Наблюдая за ним, я заметил, как в голубых глазах мелькнуло уважение к праву сильного, хотя и наполовину скрытое длинными ресницами. Он зацепился большими пальцами за ремень. Потом молниеносно, что достигается только долгой и интенсивной тренировкой, рывком расстегнул пряжку, высвободил ее, обнажив яркое, гибкое лезвие, скрытое кожей пояса. Его рука мелькнула так быстро, что у меня не оставалось надежды перехватить ее. Лезвие вошло в землю в сантиметре от моего левого ботинка, так глубоко, что лишь латунная пряжка виднелась на поверхности, раскачиваясь над землей. Лениво усмехаясь, он прислонился к борту. Я нагнулся, взялся за пряжку, высвободил лезвие, стер с него землю, проведя между большим и указательным пальцем. Рукоятка была усилена посредине, чтобы облегчить удар. Я протянул нож ему. Бу засунул его обратно и застегнул ремень.

— Так что там ты хотел сообщить мне, приятель? — спросил он.

— Да предпочел бы больше не наблюдать за тобой. Впрочем, скоро и ты сам заговоришь только о деньгах.

— Пойдем в дом. А то я сух, как песок на пляже.

В доме у него было еще больше игрушек. Большой мешок нового спортивного оружия, уже начинающего покрываться пятнышками ржавчины. Цветной телевизор. Дорогое походное и рыболовное снаряжение беспечно разбросанное по углам. На кухне у него стоял огромный, как в отеле, холодильник, новенькая эмаль которого была покрыта отпечатками грязных пальцев, набитый первоклассным пивом. В углу кухни я заметил ящики очень хороших спиртных напитков.

Все не новое, все грязное и заляпанное. Я заглянул через дверь в крохотную спальню. Двуспальная кровать была покрыта ворохом грязных простынь, пятнистых как леопардовая шкура. По виду они напоминали шелковые. В спальне стоял едкий запах, как в клетке хищника или в норе плотоядного кота.

Мы пили пиво в полном молчании, потом он сказал наигранным тоном извиняющегося хозяина.

— Я собирался устроить так, чтобы толстуха тут прибралась немного. Но как-то вот из головы вылетело. Боюсь, теперь она это сделает не раньше как после экзаменов. Не хочу ей учебу портить.

Я уселся в кресло со сломанным подлокотником.

— А что, здесь не знают о существовании закона о растлении малолетних?

— Сперва кто-нибудь должен пожаловаться, дружок. Как там тебя зовут, черт побери?

Я сказал ему. Он громко повторил.

— Ты чем-нибудь занимаешься?

— Тем, что под руку попадется.

— Говорят, это лучшее занятие, Макги. Но иногда работаешь с кем-нибудь, кому нравится пускать все на волю волн, потому что они бесятся безо всякой причины. И тогда снова с ними дела иметь уже не хочется. А, может, они чертовски глупые фортели выкидывают, посылая к тебе кого-нибудь, кто может и законником оказаться.

— Крейн Уаттс, — сказал я. — Отличный парень. Чего бы там закон ни потребовал, всегда вывернется. У меня есть повод беспокоиться за тебя, малыш Бу. Но, может быть, ты связался с этой компанией потому, что все было обделано почти легально. Уаттс просветил меня. Я могу использовать некоторые его мыслишки, но не его самого. Для того, чтобы помочь моего голубка выпотрошить. И это парень пожирнее, чем Уилкинсон. Но я не собираюсь делить доход на столько частей. Судя по тому, что говорил Уаттс, изъятое у Уилкинсона поделили между ним, тобой, Стеббером, Гизиком, Вильмой и попечителем Кипплеровского поместья. Я искал голодного адвоката и нашел его. Но мне нужен не только голодный, но и умный.

Бу вытер лоб. Был он немного не в своей тарелке.

— У этого тупого ублюдка язык без привязи, точно?

— Ты и я, Бу. Мы оба знаем, как можно заставить кого следует разговориться. Меня это заинтересовало. А он оказался весьма прытким.

— Люблю прытких, — мечтательно произнес он.

— Когда он протрезвел окончательно, то пытался все отрицать. Может, мне и подойдет эта часть, с дополнительными сборами, чтобы все законно выглядело. Но можно и просто: ударить и убежать. В любом случае мне нужна женщина. Насколько я понимаю, та дамочка работает со Стеббером. Но, как ты думаешь, войдет она в дело без него?

— А у кого я могу знать это, налетчик?

— А как я могу узнать об этом, не спросив Уаксвелла?

— Что тебе сказал Уаттс?

— Не успел я до этого добраться, как он принялся такую околесицу нести, что правду ото лжи не отличишь.

— Я бы сказал, что иметь тут Кэлва Стеббера не помешает. Это жирный счастливчик, сукин сын, снег зимой продаст. С ним все гладко идет. Однако ты можешь заполучить Уаттса, но не получишь ни Стеббера, ни женщины. Ни Бу Уаксвелла. Он с ними имеет дело только раз. У меня были только небольшие дела с адвокатиком и ничего больше. Видал эту Вив? Она на старину Бу смотрела так, словно это плевок на тротуаре. Я взял себе на заметку позаботиться об этом в дальнейшем. У меня слишком много было дел тогда, чтобы ее воспитывать. Она ни одного мужика не стоит, это уж точно, только время тратить попусту. Вив твердая женщина, и уж когда старине Бу удастся ее пообтесать, она сюда прибежит, как старая развалюха, никуда не сворачивая. Я это себе в уме отметил, потому что любому дураку ясно — Вив точно не получает всего того, к чему стремится. — Он подмигнул. — И она немного перебарщивала, смешивая старину Бу с грязью. А это всегда, во все времена, было хорошим знаком. Они всегда так себя ведут, когда в их маленьких и хорошеньких головках зарождаются определенные идейки, которые их слегка пугают.

Я почувствовал, что он отвлекает мое внимание, но не понимал, зачем.

— Давай вернемся ближе х делу, Уаксвелл. Эта женщина действительно так хороша, как показалось Уаттсу?

Он пожал плечами, сходил еще за двумя бутылками пива, вернулся, протягивая одну мне, и сказал:

— Она не отпускала Артура ни на шаг, как одну из этих маленьких мохнатых собачонок, что таскают за собой повсюду богатые женщины. Она вышла за него на законных основаниях. Кэлвин Стеббер говорил, что она всегда так делает. Получает развод в Алабаме. Без имущественных претензий это легко и быстро. Она уже одиннадцать раз так замуж выходила. Со Стеббером и Гизиком они раздевали всех этих мужиков до нитки одного за другим. В среднем, по человеку в год. Может, с твоим человеком у нее уже так здорово не выйдет. Она не ребенок больше.

28
{"b":"18640","o":1}