ЛитМир - Электронная Библиотека

И я и они прекрасно знали, что Ментерес подмазал нескольких чиновников. Вероятно, они договорились, что власти не тронут его до тех пор, пока Ментерес будет вести себя тихо. И еще все мы прекрасно понимали, что во взрыве виноваты отнюдь не бензиновые пары, скопившиеся в трюме, но туристы наверняка не захотят отдыхать в отеле – в стоящие на причале яхты закладывают бомбы.

Скорее всего ее подложили люди с «Колумбины». Наверное, они приплыли ночью на лодке. Такой взрыв могли причинить штук шесть динамитных шашек плюс бензин. Если вспомнить, что Ментерес частенько плавал на яхте, вероятность того, что он подорвется на бомбе, была высока. Ненависть тех кубинцев оказалась такой сильной, что им уже было все равно, пострадает один Ментерес или же с ним погибнут невинные жертвы.

Наверное, они успокаивали себя тем, что это будут слуги или друзья Ментереса, так что пусть катятся ко всем чертям!

Естественно, никто из прислуги ничего не знал.

Можно было не опасаться, что смерть Норы получит большую огласку, поскольку в центре внимания прессы находились молодая очаровательная актриса и красивый адвокат. Отель, конечно, ни при чем. В конце концов леди погибла не в нем, а в гавани.

Растяжение оказалось ерундовым, и кисть болела только в висячем положении. Я даже забывал о ней, когда ходил, засунув большой палец за пояс. Я лишился ресниц, волосы и брови были опалены, а побелевшие от солнца волосы на кистях и ногах исчезли. Мне очень хотелось поговорить с Деем. Его лодыжка напоминала мешок с осколками мрамора, и его собирались очень осторожно переправить в ближайший госпиталь с современным оборудованием, в Торреон. Парень лежал в двадцатой комнате, и в десять утра на следующий день я нанес ему визит. У Дея сидели двое ребят в черных костюмах.

– Вот человек, который спас мне жизнь, – сказал он мягким от транквилизаторов голосом, когда я вошел.

Я попросил их оставить нас ненадолго одних, сказав, что хочу поговорить с ним наедине. Мексиканцы поклонились, как восточные дипломаты, и, улыбаясь, вышли. По-моему, мы им очень нравились. Мы были хорошими ребятами и приняли официальную версию без вопросов.

Я сел на стул у койки.

– Я совсем растерялся, – признался Дей, глядя на меня голубыми глазами. – Кажется, я бежал посреди дороги. Мне сказали, что вас зовут Макги. – Адвокат протянул руку. – Я вам очень благодарен. – От крепкого рукопожатия кровать затряслась, и он вздрогнул от боли.

– Чем вы занимаетесь конкретно, Гейб? – поинтересовался я.

– Чаще всего театральным правом. Контракты для независимых продюсеров и тому подобное.

– Вы – честный адвокат?

– Конечно!

– Тогда каким образом вы спутались с Альмой Хичин, приятель?

Болеутоляющие лекарства замедлили работу его мозга, и он непонимающе уставился на меня.

– О чем вы говорите?

– Я говорю о плане Альмы вскрыть сейф Ментереса в Мехико, приятель.

– Чей сейф?

– Бросьте притворяться!

– Кто вы?

– Турист. Разве они вам не сказали?

– Господи, у меня голова совсем не соображает, – пожаловался он, закрывая глаза ладонью. – Вы... вы даже представить себе не можете, как страшно видеть такое зрелище! Как он отпрыгнул назад, и вся кровь...

– Неужели деньги для вас так много значат, Гейб? Шестьсот тысяч американских долларов. К тому же Ментерес не мог на вас пожаловаться. Вы уже подготовили необходимые документы?

– Доверенность, – кивнул он. – Медицинское свидетельство.

– Из-за денег?

Дей убрал руку с лица, но его глаза все еще оставались закрытыми.

– Нет. Я бы бросился в огонь, если бы она попросила. Она знала, что я давно люблю ее. Альма думала, что я смогу помочь, и вызвала меня.

– Странно, – удивился я. – Вы красивый парень, занимаетесь шоу-бизнесом. По-моему, вам за месяц может встретиться несколько дюжин девчонок покрасивей ее.

Он повернул голову и посмотрел на меня.

– Не требуйте от меня объяснений, Макги. Любовь, секс... Можете называть это, как хотите. Она была жестокой и жадной эгоисткой. Я все это знал, но Альма вставила мне в нос железное кольцо, и я превратился в ее раба. Даже когда... Знаете, у меня такое ощущение, что это произошло не со мной, а с кем-то другим. Самое смешное и странное, мы никогда не были так близки, как позавчера. Она куда-то ездила после обеда. Альма после обеда обычно сидит дома. Я не слышал, когда она вернулась. Увидел ее, когда она выходила из душа в белом халате. Она пришла ко мне и попросила обнять ее. Вот и все! Просто крепко обнять. Долго плакала, но не сказала, что случилось. Это был единственный раз... когда она была нежной. Господи Иисусе... он сделал все так быстро. Дернул голову назад и... Я никогда не забуду этого. Как может мужчина убить такую красоту?

– Как вы с ней познакомились?

– Здесь же, год назад. Я гостил в доме Клода и Элли Буди, и мы объединили две вечеринки.

«Интересно, – подумал я, – стоит ли ему рассказывать, что его маленькая красавица сыграла немаловажную роль в убийстве четырех человек и что Мигуэль именно поэтому прикончил ее перед тем, как бежать? Так сказать, выполнил поручение в самую последнюю минуту».

Я решил промолчать и оставить Альме хотя бы одного оплакивающего.

– Никакого заговора, никакой грязной игры не было, мистер Макги. Альма собиралась взять эти деньги и привезти их мистеру Гарсия. Я согласился помочь только при этом условии.

– Конечно, Гейб. Они получат разрешение суда и вскроют сейф. Там будут лежать тысяч десять долларов, как раз столько, сколько нужно для оплаты больничных счетов Ментереса до его смерти. Но вы, конечно, не знали, что его настоящая фамилия Ментерес и что он жил здесь незаконно?

– Я думал, что его зовут Карлос Гарсия.

Но глаза Дея предательски блеснули.

– Нам с вами необходимо договориться говорить одно и то же, чтобы следствие не затянулось навечно.

– Мне... мне очень жаль, что ваша знакомая погибла.

В холле мне сообщили, что наконец-то дозвонились до Калифорнии. Я почти не слышал голоса Шаджи, зато она меня слышала, похоже, хорошо. По роковому стечению обстоятельств Нора погибла при взрыве яхты. Родственники, наверное, захотят, чтобы тело доставили в Нью-Джерси... Очень много бюрократических препон... Нет, ей сюда приезжать не надо... Со мной все в порядке... Попробую все сделать сам... Голос Шаджи дрогнул. Я попросил обо всем сообщить адвокату Норы и положил трубку.

С помощью официальных лиц я все устроил.

Для репортеров я не представлял особого интереса, потому что отвечал на каждый вопрос получасовой лекцией о правилах безопасности при плавании на яхте.

После репортеров на меня набросился лысый смуглый мужчина небольшого роста с лицом, какие часто можно встретить на масках ацтеков. Один глаз закрывала повязка. Он был в форме и звали его Маркес. Я понимал, что он держится в тени и не выставляет себя напоказ. Он подошел ко мне в баре и предложил присесть за столик. Маркес все время улыбался. На лацкане пиджака он носил крошечный золотисто-голубой значок. Он представился полковником из особого отдела расследований.

– Эта яхта чертовски громко бабахнула, – начал полковник.

Я выдал ему свою лекцию о правилах безопасности. Маркес очень внимательно выслушал меня и, когда я закончил, повторил:

– Эта яхта чертовски громко бабахнула, да?

– Да, полковник.

– Вас знают в деревне все, Макги.

– Каждый турист является послом доброй воли своей страны.

– Дом у этого Гарсия, как крепость, да?

– Вероятно, в округе много воров.

– Человек ловко справляется со всеми проблемами и прячет револьвер в бачок.

– Полковник, вы так круто меняете тему разговора, что мне за вами не угнаться.

– «Колумбину» в последний раз видели в Пуэрто-Альтамуре.

– Ну и что?

– Сколько женщин вам требуется, чтобы хорошо отдохнуть?

– Послушайте, полковник...

– Вы притворитесь, что негодуете, потом притворюсь я, потом мы оба успокоимся и продолжим игру в загадки, да? – На его лице появилось довольное выражение.

34
{"b":"18647","o":1}