ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Последний вздох памяти
Слишком близко
Шаман. Ключи от дома
Русь сидящая
Думай медленно – предсказывай точно. Искусство и наука предвидеть опасность
Заплыв домой
А что, если они нам не враги? Как болезни спасают людей от вымирания
Перстень Ивана Грозного
Быстро вращается планета
Содержание  
A
A

Она оскорбила меня, сказав, что знает, что я пойду за ней и буду искать встречи! Знает ли она о сомнениях, которые во мне пробудила – сколько еще мне ждать, пока они разрешатся? И сможет ли она объяснить все? А ее гостеприимством, несомненно, заслуженным мною, я воспользуюсь, по крайней мере до тех пор, пока не составлю себе определенного мнения о ней.

Может ли такая красота, какую я видел и такая злоба, которую я в ней подозревал, уживаться в одном существе? А если это так, то как такое может быть? Я не смог ответить на первый вопрос, а ответа на второй мне точно придется подождать!

Кристально чистая вода в большой белой ванне отбрасывала сверкающие блики из угла, где она находилась чуть ниже уровня мраморного пола, и, казалось, звала меня в свои объятия. С тех пор как я покинул дом, я не видел воды нигде, кроме горячего потока, тех нескольких глотков, которые я сделал в доме женщины, укутанной в вуаль, и в лужицах, которые остались в следах раненой леопардихи, и теперь вода казалась мне чем-то неземным, волшебным. И я нырнул в нее.

И тут же я почувствовал запах, и он забрался мне в голову, запах, странный и изысканный, и не могу сказать, что он мне вполне понравился. И снова я усомнился в принцессе – может, это какие-то снадобья? Может, вода заколдована? Может, она хочет поступить со мной нечестно? И откуда столько воды во дворце, если в городе нет ни капли? Я вспомнил раздробленную лапу леопардихи и выскочил и ванны.

В чем это я купался? Снова перед моим взором встала мать, которая спасалась из города, снова я услышал вой, вспомнил хромого зверя. Но какая разница, откуда взялась вода? Разве она не была мне приятна? Может, это была та самая вода, которую исторгают из своих сердец плотоядные растения затем, чтобы подманить усталого путника? Вода приходит с небес; что плохого может произойти в тех местах, где она накапливается, кроме того, что наступит весна? И все же я не смог вернуться в ванну.

Я надел приготовленные для меня белые шерстяные одежды, с вышивкой по воротнику и подолу, и спустился вниз по лестнице к комнате, в которую направила меня моя хозяйка. Она была кругла, сверху до низу отделана гипсом и без единого окна. Свет шел отовсюду, даже, скорее, не свет, а мягкое жемчужное мерцание. Мутные темные тени метались по стенам и низкому потолку, словно рыщущие по серому небу грозовые облака.

Принцесса стояла и ждала меня в одеждах с вышитыми на них серебряной нитью кольцами и дисками, прямоугольниками и ромбами, сплетающимися вместе в серебряную чешую. Казалось, одежда составляет одно целое от ее шеи до самых пят, но рукава оставили руки открытыми.

В комнате был стол из слоновой кости, а на столе были пироги и фрукты, костяной кувшин с молоком, хрустальный кувшин с бледно-розовым вином и белый хлеб.

– Здесь мы не убиваем, чтобы есть, – сказала она, – но, я думаю, вам понравится то, что я могу вам предложить.

Я ответил, что не могу желать ничего лучшего, чем то, что вижу перед собой. Она присела на кресло возле стола и пригласила меня сесть рядом с ней. Она налила мне миску молока и, протягивая мне хлеб, предложила отломить тот кусок, который мне больше по вкусу. Затем она налила вина из кувшина в два серебряных кубка необыкновенно изящной работы.

– Вы никогда прежде не пили такого вина! – сказала она.

Я выпил и был потрясен – казалось, каждый цветок Хюблы и Гиметты послал по кусочку своей души, чтобы наполнить душу напитка!

– А теперь, чтобы вы были в состоянии меня слушать, – продолжала она, – мне необходимо сделать все, что я могу для того, чтобы вы меня поняли и чтобы мой рассказ был вразумительным. Однако мы настолько разные, что это будет непросто. Мужчины и женщины живут, но должны умереть, мы, то есть такие, как я, а нас немного, живем, чтобы продолжать жить. Старость вас пугает, а я ее жду и для меня она – подарок, мы взрослеем и приближаемся к своему расцвету. Ваш расцвет беден, наступает рано, длится недолго, наш же – сам по себе есть постоянное совершенствование.

Я сама еще не созрела, а прожила уже тысячи ваших лет – а сколько точно, меня никогда не заботило. Вечное нет смысла мерить.

Много поклонников добивались меня, мне никто был не мил: они хотели сделать меня своей рабой; домогались меня так, как жители моего города жаждут заполучить драгоценный камень. Когда вы меня нашли, я поняла, что встретила настоящего мужчину! Я предложила вам небольшое испытание, и вы его выдержали с честью; ваша любовь – истинна! Но, однако, далека от совершенства, ей далеко до той любви, которую могла бы испытывать я. Вы любите меня по-настоящему, но не настоящей любовью. Это жалость, а не любовь. Какая женщина в каком из миров променял бы любовь на жалость? Та любовь, которую вы испытывали ко мне тогда, была мне ненавистна. Я знала, что, если вы увидите меня такой, какая я есть на самом деле, вы полюбите меня так, как любят смертных – тех, кому нужно, чтобы о них либо заботились, либо подчиняли. Но я не такая. Я хочу, чтобы меня любили по-другому! Я хочу, чтобы у меня была любовь, которая способна превозмочь безысходность, которая отринет безразличие, ненависть, презрение! Поэтому я сделала вид, что я жестокая, злобная, неблагодарная. И, когда я покинула вас, я знала, что из жалости вы за мной не последуете – ведь я больше не нуждалась в вас! Но вы должны были удовлетворить мою жажду или освободить меня – вы должны были доказать либо свою бесценность, либо бесполезность! Чтобы удовлетворить голод любви, вы должны были последовать за мной, ничего не рассчитывая получить взамен – ни благодарности, ни хотя бы жалости. Вы должны были последовать за мной и найти меня, чтобы удовлетвориться простым присутствием и терпеть – бесконечно… Я потерпела поражение и проиграла спор, я, а не вы!

Она нежно посмотрела на меня и спрятала лицо в ладонях Но я заметил, как сверкнули ее глаза за поволокой нежности и не поверил ей. Она старалась показаться беззащитной и поработить меня или околдовать.

– Прекрасная принцесса, – сказал я, – как случилось, что я нашел вас в таком ужасном состоянии?

– Есть вещи, которые я объяснить не смогу, – ответила она, – до тех пор, пока вы не будете в состоянии их понять – а это произойдет лишь тогда, когда ваша любовь станет совершенной. Есть много вещей, настолько скрытых от вас, что вам не стоит даже стремиться их узнать; но на любой вопрос, который вы зададите, я как-нибудь найду ответ.

Я отправилась навестить часть своих владений, захваченных дикими карликами, сильными и жестокими, врагами закона и порядка, сторонящихся любого прогресса… злой народ. Я отправилась одна, ничего не опасаясь, не испытывая ни малейшей необходимости принять какие-то меры предосторожности. Я не знала, что за горячим потоком, рядом с которым вы меня нашли, некая женщина, конечно, не такая сильная, как я, не бессмертная, произнесла надо мной то, что вы называете заклинанием, которое только и может, что сделать недвижимым живое и все прочее, но находится много выше понимания смертных, тех, что используют эту силу. Я продолжила свое путешествие, дошла до потока, перепрыгнула через него…

Тень замешательства проскользнула по ее лицу. Запнувшись на минутку, она продолжала:

– Вы знаете ведь, что кое-где он не шире нескольких шагов! Но, когда я уже сделала это, смутное сомнение объяло меня холодом. Я, наконец, сообразила, чем может грозить мне этот наговор, и поняла, какой эффект может он произвести. Собравшись с последними силами, я доплелась до леса – и с тех пор ничего больше я не могу вспомнить, до тех самых пор, когда я увидела вас спящим и этого ужасного червя у вашей шеи. Я подползла к вам, отбросила прочь чудовище и прикоснулась губами к вашей ране. Вы начали просыпаться, и я забралась обратно в листья.

Она поднялась, ее глаза сверкали так, как никогда не сверкают человеческие глаза, и воздела руки над головой.

– Все, что вы сделали для меня, вернется к вам сторицей! – воскликнула она. – Я вознагражу вас так, как ни одна женщина не смогла бы! Моя сила, моя красота, моя любовь теперь ваша – примите ее!

34
{"b":"18652","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Призрачная будка
Любовь колдуна
Метро 2035: Питер. Война
Свинья для пиратов
Хороший плохой босс. Наиболее распространенные ошибки и заблуждения топ-менеджеров
Лживый брак
Половинка
111 новых советов по PR + 7 заданий для самостоятельных экспериментов
Метро 2035: Красный вариант