ЛитМир - Электронная Библиотека

Дочь Джона Коллинза, создателя гигантской аэрокосмической компании, начало которой положила маленькая автомобильная мастерская в Калифорнии. Жена, теперь вдова Алана Стэнуика, вице-президента компании, ее исполнительного директора. Звезда светского общества, хозяйка в домах отца и мужа, светловолосая, длинноногая, отлично играющая в теннис калифорнийская красавица, которая знала свое место в мире быстрых автомобилей и чинных званых вечеров, а однажды, не так уж и давно, показала Флетчу, что и в постели для нее нет тайн и запретов.

– Я не забыл.

Появился официант.

Флетч заказал кофе для Джоан и карану для себя.

– Вы просто великолепны мокрый от пота. Фигура у вас в точности, как у Алана, только кожа гораздо светлее.

Флетч попытался стереть пот с груди и живота.

– Полотенца у меня нет. Я бегал...

Она чуть дернула головой. Ее глаза затуманились. Перед ним сидела женщина, для которой привычный ей мир внезапно разлетелся вдребезги.

– Если вы приехали сюда, чтобы узнать...

– Мне нужна ваша помощь, – прервала его Джоан. – Давайте пока забудем, что привело меня сюда. Смешно, конечно, но вы – единственный человек, кого я знаю в Рио, и мне больше не к кому обратиться, – ее голос чуть дрогнул.

Но она взяла себя в руки, пока официант ставил перед ней чашечку кофе, а перед Флетчем – банку караны и бокал.

– Я знал, что вы здесь, – признался Флетч. – Я увидел вас вчера на авениде. В зеленом шелковом платье. С сумочкой через плечо.

– О да, – с горечью ответила она.

– Я спрятался от вас, – он налил в бокал карану. – Ваше появление застало меня врасплох. Как вы узнали, где я остановился?

– Я звонила во все лучшие отели и спрашивала мистера Ирвина Мориса Флетчера. Я, разумеется, знала, что вы можете позволить себе самое лучшее, – вновь в ее голосе не чувствовалось ни юмора, ни иронии. – Когда я добралась до «Желтого попугая», меня соединили с вашим номером. Там никого не оказалось. Но я узнала, где вы остановились.

– А почему вы сидите здесь в половине седьмого утра?

– У меня не было другого выхода. Мне не оставалось ничего иного. После этой ужасной ночи... Я шла к отелю пешком. Не дойдя квартала, увидела, как вы побежали к берегу. Не могла же я гнаться за вами по песку.

– Нет, конечно.

– Меня ограбили.

– О!

– С чего такой апломб! Словно вы знали об этом.

– Догадался.

– Как?

– Что вам известно о Рио?

– Как выяснилось, практически ничего.

– Потрясающий город.

– Ужасный.

– Вы поделитесь со мною подробностями?

– Такое впечатление, что вы их уже знаете.

– Вполне возможно.

– Меня ограбили дважды.

– Это не рекорд.

– У меня украли все, – слезинка появилась в уголке ее глаза.

– Вы прошли обряд крещения.

– Вчера вечером, узнав, в каком отеле вы остановились, я решила пойти в «Желтый попугай» и дождаться вас в холле, но потом поняла, исходя из того, что я слышала о ночной жизни Рио, бессмысленность этого занятия.

– Логичное умозаключение.

– В особенности, когда речь идет о таком пышущем здоровьем, богатом, симпатичном молодом мужчине.

Вот тут Флетчу показалось, что он уловил ироническую нотку.

– Действительно, я вернулся только под утро.

– Поэтому я решила прогуляться. Вдоль берега, – она махнула рукой в сторону авениды, скрытой кустами. – Посидела в кафе, выпила коктейль, посмотрела на людей, послушала барабаны. Посидела в другом кафе, снова выпила, но не смогла расплатиться. Моя сумочка исчезла.

– Так, – в отзвуке своего «так» Флетч словно услышал интонации Отавью Кавальканти. Да. Конечно. Что тут понимать?

– С бумажником, деньгами, кредитными карточками, – слезы уже стояли в обоих ее глазах. – С паспортом.

– Это случалось с каждым из приезжих, кого я знаю, – попытался успокоить ее Флетч.

– С меня сняли ожерелье, – в голосе слышалось изумление. – И алмазную брошь с платья!

– Так.

– Более всего мне жаль фотографий Алана, лежавших в моем бумажнике. Алана и Джулии. Как бы то ни было, я хотела сохранить фотографии Алана. И заменить их нечем.

Слезы потекли по ее щекам.

– Так, – в третий раз повторил Флетч.

Джоан потянулась за несуществующей сумочкой.

– Черт! У меня нет даже носового платка!

Флетч пожал голыми плечами.

– У меня нет даже рукава. Джоан всхлипнула.

– Я объяснила официанту, как могла, что у меня украли все деньги. Обещала вернуться и заплатить на следующий день, то есть сегодня, – Джоан Коллинз Стэнуик вновь всхлипнула. – Я готова поклясться, Флетч, что во время моей прогулки никто не касался меня. Никто не сталкивался со мной. Как они сняли с меня ожерелье? Брошь с платья? Я ничего не почувствовала!

– Будущее Бразилии – хирургия.

– Я вернулась в отель.

– И увидели, что в вашем номере побывали незваные гости.

– Как вы узнали?

– Вы же сказали, что вас ограбили дважды.

– Утащили все! Все, кроме одежды. Шкатулку с драгоценностями, туристские чеки.

– Все.

– Все. У меня нет ничего. Ни доллара, ни крузейро, ни кредитной карточки, ни единой драгоценности.

– Так, – кивнул Флетч.

– Я сразу же пошла к управляющему отелем. Помощнику управляющего, поскольку дело было уже поздним вечером. Он тут же поднялся в мой номер, покачал головой, поцокал языком, высказал предположение, что воры проникли в номер через балкон, упрекнул меня в том, что я оставила балконную дверь незапертой. Святой боже, мой номер на девятом этаже! Кто будет закрывать балконную дверь в такую жару.

– Короче, ушел от ответственности.

– Я просидела в его кабинете не один час. Он сказал, что все ценности мне следовало оставлять в сейфе отеля. Кажется, они дали мне клочок бумажки, когда я зарегистрировалась в отеле, на котором все это написано. Он вновь отвел меня в мой номер и показал табличку с советом запирать балконную дверь и хранить ценности и деньги только в сейфе отеля. В его кабинете я написала список украденного. Несколько раз просила его позвонить в полицию. Почему-то он так и не позвонил.

– Не видел причины беспокоить их.

– Как это?

– Они уже слышали эту историю, и не единожды.

– Флетч, меня ограбили. Стоимость украденного составляет тысячи и тысячи долларов. Деньги, драгоценности, кредитные карточки.

Джоан Коллинз Стэнуик опять всхлипнула.

– Полиции все это известно.

– Вы мне поможете?

– Конечно.

Ее пальцы сжались в кулачки.

– Я оскорблена до глубины души.

– И ничего не понимаете.

– Да.

– Вам кажется, что вас раздели догола и выставили напоказ?

– Да!

– Вы не знаете, что вам делать без ваших вещей?

– Да, да!

Флетч откинулся на спинку стула. Легкий ветерок уже высушил пот.

– Я думаю, это этап приобщения.

– О чем вы говорите?

– Кто вы?

– Я – Джоан Коллинз Стэнуик!

– Вы можете это доказать?

Ее глаза уперлись в каменные плитки, которыми был вымощен передний дворик отеля.

– В данный момент, нет. Без кредитных карточек. Без чековой книжки. Без паспорта.

– И как ощущения?

– Какие ощущения?

– Каково быть такой, как вы сейчас?

Ее глаза сузились.

– Я обойдусь без психотерапии, мистер И. М. Флетчер.

– Я подумал, что она вам не помешает. Тем более, что денег за это я не беру.

– Мне нужны деньги.

– Зачем они вам?

– Я хочу выбраться из этого чертова отеля. Расплатиться по счету и уехать. А у меня нет денег даже на такси.

– Ясно. А почему бы вам не позвонить домой? В Калифорнию? Вашему отцу?

– Он на яхте. Пытается оправиться после смерти Алана...

– А вы прилетели в Рио-де-Жанейро, чтобы найти меня.

Она пожала плечами.

– А мне, по-вашему, не нужно прийти в себя?

– Делаете свою работу. Как вы ее себе представляете.

– Да.

– Потрясающе. Такие, как Джоан Коллинз Стэнуик, готовы броситься и в огонь, и в воду.

7
{"b":"18658","o":1}