ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Что происходит? На Варанаси совершено нападение? – спрашивает Томас Лалл.

Вопрос повисает в воздухе. Догорает еще одна спичка.

Лалл вынимает чип памяти из собственного палма. Несколько ловких движений – и он поменял чипы. Разглядывая внутренность черепа Аж, он увидел и других призраков, которые могут подтвердить его подозрения по поводу того, что с ней сделали и почему.

– Ваша спутница сбежала, – говорит «Том Хэнкс», направляя луч света прямо в лицо Лаллу.

Тем временем руки профессора завершают работу с палмом.

– И как же ей удалось?.. – спрашивает он.

– А я надеялся, что вы мне это объясните…

– Все время я находился здесь, перед вами.

– Отключены все системы, – говорит «Том Хэнкс». Со ртом у него происходит нечто невообразимое. – Нам неизвестен даже масштаб отключения. По крайней мере электричества нет во всем нашем районе.

– И она просто так взяла и ушла?

– Да, – отвечает полицейский. – Думаю, вы понимаете, что мы должны задержать вас для дальнейшего расследования.

Он взрывается потоком слов на хинди: любитель покачаться на стуле вскакивает и закрывает дверь. Томас Лалл слышит, как со стуком задвигается старый засов.

– Эй!.. – кричит он в полной темноте.

Взрослый мужчина, почти что пожилой, запертый в темной комнате для допросов в полиции… Его подозрения, его домыслы и предположения разрастаются, деформируются, превращаются в кошмары, толпящиеся вокруг него, давящие на него, душащие его. Нос для дыхания, рот для бесед. А ум для устрашающих фантазий. Калки… Она – Калки, последняя аватара. Единственное, что ему нужно сейчас, – это доказательство, которое он увидел на сканерной распечатке.

Спустя бесконечно длинный промежуток времени, который на самом деле – судя по настенным часам – составил всего десять минут, свет снова зажигается. Открывается дверь, «Том Хэнкс» отступает в сторону и впускает темнокожего человека в мокром плаще, по которому сразу же становятся ясны национальность и род занятий его владельца.

– Профессор Томас Лалл?

Лалл кивает.

– Я Питер Пол Роудз из консульства Соединенных Штатов. Пожалуйста, пойдемте со мной.

Он протягивает руку. Томас Лалл нерешительно пожимает ее.

– Что это значит?

– Сэр, приказ о вашем освобождении под мою ответственность выдан департаментом юстиции Бхарата на основании вашего дипломатического статуса в ведомстве иностранных дел.

– Иностранных дел?.. – Томас Лалл понимает, каким идиотом он выглядит… да, настоящим придурком, словно только что расколовшийся мелкий воришка. – Сенатору Джо О'Мэлли известно, что я нахожусь в отделении полиции в Бхарате, и он желает меня отсюда вызволить?..

– Совершенно верно. Я вам все объясню. Пожалуйста, пройдемте со мной.

Томас Лалл сует свой палм в карман и выходит за дверь. «Том Хэнкс» провожает их с Роудзом по коридору. Первый кабинет забит до отказа полицейскими. Кроме них, там сидит какая-то женщина. Она встает с деревянной скамьи. У ее ног лужица дождевой воды. Вся одежда женщины промокла, волосы тоже мокры, лицо блестит от влаги. Она сильно похудела и немного постарела, но Лалл мгновенно узнает ее. Это вполне в духе безумия, начавшегося в комнате для допросов.

– Лиза Дурнау?..

43

Тал, Наджья

Восьми с половиной тысяч рупий достаточно, чтобы подкупить чаукидара. Он тщательно пересчитывает банкноты, проворно шевеля смуглыми пальцами, а Наджья Аскарзада тем временем проходит в фойе студии из стекла и мрамора. Затем чаукидар пропускает ее и ньюта сквозь большие стеклянные двери.

– Я не мог поверить, что это ты, Тал-джи, – кричит им вслед Панде, охранник, засовывая пачку денег, переданных ему Наджьей, в нагрудный карман своей куртки с высоким стоячим воротником. – В наше время ведь можно сделать любую фотографию…

– Они в меня стреляли, знаешь?.. – кричит Тал, направляясь к лифту.

Стеклянный лифт спускается, подобно яркой жемчужине, а Наджья Аскарзада думает: в кино так никогда не бывает. В кино они должны были бы пробиваться, отстреливаясь и отбиваясь руками и ногами, используя все возможные и невозможные приемы единоборств, существующих в мире. Идеальная киногероиня не стала бы звонить родителям в Швецию с просьбой срочно переслать ей деньги на подкуп. Больше всего реального экшна было в том, как охранник Панде пересчитывал свое щедрое вознаграждение. И все равно у них получился весьма странный маленький заговор. Больше похожий на Болливуд, чем на Голливуд.

Потоки дождя струятся по стеклянным стенам «метамыльного» отдела. Все началось с того момента, как такси, в котором они скрывались целый день, прибыло ко входу в студию «Индиапендент продакшнс». Автомобильная стоянка представляла собой настоящие трущобы из каких-то хижинок из кирпича и картона, в которых укрывались группки поклонниц телесериальных звезд.

Тал быстро ведет Наджью мимо темных кабинок для индивидуальной работы к самому дальнему столу. Ньют пододвигает два стула, входит в систему, открывает панорамный экран, и они оказываются в Брампуре, городе, в котором происходят все события сверхпопулярного сериала студии «Индиапендент».

Тал проводит ее по улицам и гали, гхатам и торговым зонам виртуального города. Наджья потрясена. Мегаполис проработан до мельчайших подробностей, вплоть до реклам, объявлений и каждого фатфата на улице. В Брампуре сейчас так же, как и в Варанаси, ночь и идет дождь. Муссон пришел не только в реальный, но и в воображаемый город. Наджья гордится тем, что ей удалось посмотреть целую серию из «Города и деревни», но, даже не являясь большим знатоком сериала, она понимает, что в этом фантастическом городе есть целые районы, которые никогда не представали перед зрителем, и тем не менее они тщательно выстроены и постоянно поддерживаются дополнительными информационными мощностями – только для того, чтобы скреплять сюжетную логику бесконечного сериала.

Тал взмахивает своими изящными ручками, и их полет над городом иллюзий завершается перед стареньким разрушающимся хавели, расположенном на берегу. Здание кажется настолько реальным, что у Наджьи возникает ощущение, будто она может потрогать отваливающуюся штукатурку. Еще один взмах руками – и они проникают сквозь стены в обширный холл хавели Надьядвала.

– Ух ты! – восклицает Наджья Аскарзада.

На низких кожаных диванах различимы даже мелкие трещинки.

– О, это не настоящий Брампур, – объясняет Тал. Еще один элегантный жест, и они переносятся вперед во времени. – «Актеры» полагают, что он и есть настоящий, но мы называем его «Брампур-Б». Здесь метагород, в котором развивается действие метасериала. Сейчас мы переносимся вперед на бракосочетание Чавла-Надьядвалы.

Наджья зачарована призраками будущих сюжетных линий, мелькающими в тихой комнате. День и ночь проносятся перед ее взором. Тал взмахивает рукой – и время замедляет свой ход. Теперь она видит отдельных людей, быстрым шагом проходящих по элегантному прохладному мраморному холлу. Ньют еще больше замедляет ход времени, и холл внезапно расцвечивается разноцветными занавесями. Тал взмахивает раскрытой ладонью, и время застывает.

– Вот, вот.

Ньют нетерпеливо щелкает пальцами. Наджья протягивает свой палм. Не отрывая взгляд от экрана, Тал переносит данные с него в свой компьютер. В середине холла открывается отверстие, которое заполняется фигурой Эн Кей Дживанджи. Изящным движением пальцев Тал приближает картинку, пока у нее не возникает четкого соответствия с фоном, затем останавливает, выделяет драпировки, удаляет их из мира Дживанджи и переносит в фантастический Брампур. Даже Наджье Аскарзаде видно абсолютное сходство.

– Все это должно произойти через шесть месяцев по нашему метасериальному времени, – поясняет Тал, а объектив тем временем перемещается по комнате вокруг застывших гостей в шикарных нарядах, вокруг симулякров реальных репортеров из глянцевых журналов, ожидающих прибытия виртуального жениха на белом коне. – Они существуют в нескольких временных фреймах одновременно.

113
{"b":"18667","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Мальчик из джунглей
Я боюсь собеседований! Советы от коуча № 1 в России
Моей любви хватит на двоих
Страстная неделька
Дневник кислородного вора. Как я причинял женщинам боль
Эффект Люцифера. Почему хорошие люди превращаются в злодеев
Эгоизм – путь к успеху. Жизнь без комплексов
Почему у зебр не бывает инфаркта. Психология стресса
Попутчица. Рассказы о жизни, которые согревают