ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Голосую за решение, – произносит она приятным голосом и исчезает.

Вишрам уже многое просчитал в уме до того, как Индер вывела всю статистику на ментальный экран хёка. Следующий в списке – «Кей-Эйч-Пи холдингс», держатель восемнадцати процентов акций, самый крупный акционер компании, не являющийся членом семьи. Если Бхардвадж проголосует «за», значит, Вишрам выиграл. Если он проголосует «против», тогда Вишраму для победы понадобится поддержка одиннадцати из оставшихся двадцати блоков.

– Господин Бхардвадж?.. – спрашивает Вишрам.

Его руки неподвижно лежат на столе. Он не может поднять их. Они наверняка оставят на полированной поверхности два потных следа.

Бхардвадж снимает очки в титановой оправе и начинает специальным мягким платочком протирать их. Затем шумно выдыхает через нос.

– Все это крайне, крайне необычно, – заявляет он. – Единственное, что я могу сказать: при Ранджите Рэе подобное было бы невозможно. Но предложение довольно щедрое, и его, конечно, нельзя игнорировать. Поэтому я склоняюсь к положительному ответу и голосую за решение.

Вишрам позволяет своему кулаку и челюстным мышцам слегка сжаться, произведя молчаливое восклицание «Yes!». Даже в тот вечер, когда он одержал победу на конкурсе «Смешно – Ха! Ха!», Вишрам не испытал такого ощущения торжества, как то, которое вызывал у него теперь шепот, пробегающий из конца в конец стола. Они ведь все тоже хорошо просчитали свои выгоды и потери.

Вишрам чувствует, как обтянутая чулком нога Марианны Фуско на мгновение прижимается к его бедру под прозрачной поверхностью стола. Какое-то движение заставляет Вишрама поднять глаза. Его мать тихо выскользнула из зала.

Он уже почти не обращает внимания на формальности дальнейшего хода голосования. Лишенным всяких эмоций голосом Вишрам благодарит акционеров и членов правления за верность семье Рэй. А сам в эту минуту думает: моя взяла! моя взяла! я победил!.. Затем он заверяет присутствующих в том, что не обманет возлагаемых на него ожиданий, не подведет их и что сегодняшним голосованием они обеспечили великое будущее великой компании. А сам думает: сейчас я отведу Марианну Фуско в ресторан, в самый лучший из тех, которые можно найти в столице страны, терпящей позорное поражение в войне. Следует официальное приглашение для всех присутствующих пройти в конец коридора и собственными глазами увидеть то будущее, за которое они только что проголосовали.

А все мысли Вишрама – о мягком шелковом шарфе с узлами.

ОЧЕНЬ НАПОМИНАЕТ ПЕРЕГОН СТАДА ТЕЛЯТ, – посылает Марианна Фуско сообщение Вишраму, когда обслуживающий персонал «Рэй пауэр» пытается направить членов правления, исследователей, гостей, журналистов и разных других людей по кленовому паркету к демонстрационному залу.

Вихрь тел в коридоре неожиданно сталкивает Вишрама и Рамеша лицом к лицу. Рамеш выше брата на целую голову.

– Вишрам.

Большой Брат улыбается широкой и открытой улыбкой, которая кажется странной и немного жутковатой.

Вишрам не помнит Рамеша улыбающимся. Он всегда был серьезным, насупленным, каким-то слегка озадаченным и ходил, вечно понурив голову.

Рамеш долго и крепко жмет Вишраму руку.

– Прекрасная работа!

– Ты теперь богат, Рам.

И типичный для Рамеша жест – легкий кивок, глаза закатываются вверх, словно он ищет ответа на небесах.

– Полагаю, что да, просто неприлично богат. Но знаешь, богатство меня никогда особенно не интересовало. У меня есть к тебе одна просьба: найди мне какую-нибудь работу, связанную с энергией нулевой точки. Если правда все то, что ты сегодня говорил, то я всю свою жизнь шел в ложном направлении.

– Но ты же будешь присутствовать на демонстрации?

– Еще спрашиваешь! Ни за что на свете… ни за что во всей вселенной я бы ее не пропустил.

Рамеш нервно смеется. Третье правило настоящего комедианта, думает Вишрам Рэй: никогда не смейся собственным шуткам.

– Мне кажется, Говинд хотел с тобой поговорить…

Он столько раз репетировал эту встречу, самыми разными способами, на разные голоса, пытался учесть различные нюансы, продумать позу, но стоило наступить долгожданному мгновению – и все куда-то ушло. Вишрам не может выступить во всеоружии против идущего к нему круглолицего, смущенно улыбающегося, потного мужичка в костюме, который ему явно слишком мал.

– Извини, – говорит он, протягивая руку. Говинд качает головой и принимает ее.

– Вот почему, братец, тебе никогда не удастся ничего по-настоящему достичь в бизнесе. Ты слишком мягок. Слишком вежлив. Сегодня ты победил, очень многого достиг, так наслаждайся своей победой! Торжествуй. Прикажи охране снова вывести меня из этого здания.

– Одного раза довольно.

Пиаровская группа «Рэй пауэр» ведет толпу дальше. Вишрам и Говинд остаются в коридоре одни. Говинд еще крепче сжимает руку брата.

– Наш отец гордился бы тобой, но я по-прежнему сохраняю уверенность в том, что ты погубишь компанию. У тебя есть стиль, есть харизма, есть настоящий талант шоумена. Конечно, и в нашем деле такие вещи нужны. Но только на них строить бизнес нельзя. У меня есть предложение. Компания «Рэй пауэр» – так же, как и семья Рэй, – не должна быть разделена на противоборствующие части. У меня имеется устное соглашение с внешними инвесторами, но никакие официальные сделки пока не заключены, никакие документы не подписаны.

– Ты предлагаешь слияние подразделений? – спрашивает Вишрам.

– Да, – отвечает Говинд. – При том, что я буду руководить производственным.

Вишрам чувствует, что здесь скрывается какой-то подвох, но не может с ходу его раскусить.

– Я не могу сразу дать ответ на твое предложение, – говорит он. – После демонстрации. А теперь я хочу, чтобы ты увидел мою вселенную.

– И еще один вопрос, если позволишь, – почти шепотом произносит Говинд, когда они идут по коридору. – Откуда у тебя деньги?..

– От одного давнего компаньона отца, – отвечает Вишрам и каким-то внутренним слухом слышит тот звук, которого больше всего боятся комедианты, – звук собственных удаляющихся шагов.

Ему в голову приходит вдруг странная мысль: среди всех многочисленных вариантов сценария проведения сегодняшнего совещания, много раз отрепетированных, не было варианта на тот случай, если бы за тем широким овальным столом он внезапно умер.

Они находят небольшое место на полу рядом с дверью, под откидывающейся полкой проводника. Здесь они ложатся, забаррикадировавшись чемоданами и прижавшись друг к другу, как дети. Двери плотно закрыты, и Парвати сквозь крошечное окошко с матовым стеклом виден только кусочек неба цвета дождя; сквозь перегородку ей видна и дверь в следующий вагон. Тела пассажиров прижаты к твердому пластику и кажутся какими-то жутко расплющенными. Не просто тела – люди, человеческие судьбы тех, кто больше не может, подобно ей, жить в этом городе нормальной жизнью. Голоса тонут в шуме двигателей, в стуке рельсов. Она удивляется тому, что поезд, до такой степени перегруженный, может вообще двигаться, но какое-то особое чувство внутри и мерные удары неровной пластиковой стенки по спине заставляют Парвати поверить, что райпурский экспресс набирает скорость.

В вагоне нигде не видно никакого обслуживающего персонала. Нет ни кондуктора в традиционном белом сари с колесом Бхарата на плече паллава, ни разносчика чая, ни проводника, который должен был бы сидеть над ними, скрестив ноги.

Теперь поезд мчится на большой скорости. Мимо проносятся опоры линий электропередачи на фоне крошечного квадратика тусклого неба. На какое-то мгновение Парвати охватывает паника, ей кажется, что она едет вовсе не в поезде и не по железной дороге. Но потом молодая женщина решает – а какое, собственно, имеет значение, на чем она едет. Лишь бы подальше от прежней жизни.

Куда-нибудь подальше… Парвати прижимается к Кришану, берет его за руку – но так, чтобы никто не заметил, чтобы ни у кого не возникло ненужных мыслей на тот счет, чем там занимаются эти двое индусов. Ее пальцы натыкаются на что-то теплое и влажное. Она отдергивает руку. Кровь… Кровь растекается липкой лужицей в пространстве между их телами. Кровь прилипает к ребристой поверхности стены. Рука Кришана, сжатая в кулак и лежащая всего в нескольких миллиметрах от ее руки, красна от крови. Парвати отодвигается, но не от ужаса и отвращения, а просто чтобы лучше понять, что же все-таки происходит. Кришан сползает по стене, оставляя на ней красное пятно, пытается удержаться, опираясь на левую руку. Его белая рубашка, начиная от бедра и ниже, окрасилась в красный цвет, пропиталась кровью. Парвати видит, как с каждым вдохом, который он делает, из него изливается все больше крови.

139
{"b":"18667","o":1}