ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– "Да?"

– "Я достал блок для ворот и пол бочки охладителя."

– "Нам его хватит?"

– "Если не испортится – до середины зимы, а там придется еще искать."

– "Тебя заметили?"

– "Даже если заметили, то никак не сопротивлялись грабежу." – от воина пришло фырканье. – "Я закину все добро в пост и скоро буду у тебя."

– "Да можешь не спешить. Эти обормоты только до туннеля добрались. Еще с пол рулла они будут по пещерам идти и еще столько же до моста."

– "Тогда я поставлю запор на ворота и буду."

– "Давай. Все равно они никуда не денутся. Покорми зверье перед выходом."

Зуан дал понять, что все сделает и отключился. Рин поежилась, сильнее вжимаясь в холодный камень. Дождь усиливался, готовясь перейти в сильный ливень. Серое небо начинало темнеть: световой день приближался к концу, совсем скоро невидимые за плотными тучами солнца уйдут за горизонт, и горы погрузятся в непроглядную темень беззвездной ночи.

Тома раздраженно захлопнул пластиковую панель и закрыл двери склада, вызывая командира. В наушнике захрипело, и голос Авалена спросил:

– Ну что там?

– Нас опять обокрали!

– Что на этот раз?

– Охладитель для преобразователя, блок ремонта входного шлюза и ящик пищевых блоков в синтезатор. – Тома от бешенства чуть ли не рычал. – А еще эта сволочь расковырял ножом пульт управления дверями! Нет, ну ты мне скажи, зачем этот гад выломал пульт?

– Что он с пульта снял?

– Да вот пульт и снял! Только провода и остались!

– Кто был на камерах?

– Тафин. Говорит, что никого не видел.

Авален тяжело вздохнул.

– Отправь кого-то починить пульт и проверь записи, может что-то есть.

– Проверю. – Тома потер лоб и надвинул на брови застиранную красную бандану. – Еще зима не началась, а уже обворовывает. Самим бы хватило!

Авален отключился, не желая слушать ворчание заместителя. Тома пнул для острастки стену, сплюнул и пошел разбираться с новичком, проморгавшим росса.

Зуан появился через рулл весь довольный собой и притащил в термопакете горячее мясо и травяной чай, который они наловчились варить из мха и листьев неприметных горных растений. Рин с благодарностью принялась за еду, предоставив россу наблюдать за ишон, которые как раз добрались до перехода на другую сторону ущелья – добротного стального моста, перекинутого еще три года назад при постройке крупной базы, давно разрушенной россами. Сами россы часто этим мостом пользовались, а посему столь удобный переход до сих пор существовал, периодически латаемый обеими сторонами. Рин поела, убрала пакет в заплечную сумку.

– Что дальше?

– Пошли, найдем себе ночлег. Тут недалеко есть глубокая пещера. Уже начинает темнеть, и миат через двадцать будет сложно что-то разглядеть. Да и ночью будет сильнейший дождь.

С недавнего времени они приняли решение разговаривать на азилан – языке россов, чтобы выработать у девушки свободную речь без акцента. Зуан позволял Рин копаться у себя в голове, отыскивая недостающие слова, а сам потихоньку учил великий и могучий, периодически общаясь с девушкой на родном языке. Рин только-только научилась определять время и расстояние в росских единицах, а с весом у нее были проблемы и в родных счислениях. Ну не могла она на глаз определить вес и хоть тресни, впрочем сам росс с этим проблем не испытывал, давно привыкнув к родным для Рин мерам времени, длины и веса.

Искомая пещерка оказалась занята довольно агрессивным зверьком, меньшим сородичем фиклиса. Зуан без особых церемоний прирезал животное, обеспечив им ужин и завтрак. Ощутимо потемнело, ишон добрались до перевалочной пещеры на пару миат раньше, чем Зуан и Рин до своей. Далекие выстрелы дали понять, что ишон тоже получили ужин, и теперь заняты готовкой и обустройством привала. Ночью никто дергаться не будет, а с утра далеко они не утопают, даже если росс проспит рассвет и не успеет проснуться раньше ишон.

Глава 11: Легкая помощь

Оптический прицел – это тоже чей-то взгляд на жизнь.

– Рин, вставай.

Девушка недовольно заворчала, натягивая капюшон на глаза. В пещеру пробивался сумрачный рассеянный свет: рассвет едва разгонял ночную тьму, высветлив тяжелые косматые тучи и потеснив глубокий мрак, сгоняя его с пиков гор в бездонные ущелья. Впервые ночью температура опустилась ниже нуля, и к утру горы затянула тончайшая наледь, превращая камень в каток. Дождь лил без перерыва, потихоньку растапливая лед. Морозное дыхание зимы все явственнее ощущалось в воздухе. Грозы приходили все реже, уступая место мелкому моросящему дождику и затяжным ливням.

– Рин!

– Сейчас встану. – девушка с трудом села, прижимая ладонь к гудящей голове.

– Голова болит?

– Не то слово. – Рин поморщилась. – Погода скачет.

– Зима скоро, вот и давление прыгает. – росс помог ей встать. – Пройдет Сезон Штормов и легче станет.

Рин поправила одежду, стряхивая влажное каменное крошево и прилипшие к прорезиненной ткани листики и веточки.

– Вот, возьми.

Зуан протянул кружку с горячей травяной настойкой и кусочек теплого вчерашнего мяса.

– Спасибо. – Рин отхлебнула пряную жидкость. – Как там наши подопечные?

– Встали уже.

– Скоро уйдут?

– Да никуда они не денутся, пока лед не смоет с камня. – Зуан допил свой чай и ополоснул кружку под струей дождевой воды, маленьким водопадиком стекающей по камням у входа в пещеру. – Им не перейти второй мост, пока не пропадет наледь.

– Это тот, который наполовину обрушен?

– Да. Они все же решили идти к перевалу. Миат восемь назад разведчик выходил проверить мост.

– Поверху не пройдут.

– Не пройдут. – согласился воин. – Мы всегда заваливаем перевалы перед отлетом.

Рин потерла лоб. Голова ныла, словно затянутый туманом мозг отказывался просыпаться. Мерзкое ощущение, словно мозги пробуксовывают на любой, даже простейшей задачи, да еще и это неприятное свербящее чувство проблем.

– Сегодня плохой день.

– Почему?

– А хрен его знает. – Рин поежилась. – Беды вроде не предвещает, но… в такие дни лучше сидеть дома.

– Хочешь вернуться?

– Вообще-то хочу.

– Ну, мы можем просто вернуться в пост и предоставить наших соседей самим себе.

– Можем. Но не надо.

Рин выползла к выходу из пещеры и, вытащив бинокль, принялась рассматривать копошащихся внизу людей. Желание вернуться в сухой теплый пост было почти невыносимым, надоели эти дожди, пронизывающий холод и постоянная влажность, эти сумрачные предательские скалы вместе с местным зверьем и неуемными соседями. Но… Девушка убрала бинокль, вздохнула и призналась сама себе: придется топать за соседями, иначе зимовать они будут в гордом одиночестве.

– Зу…

– Да я уже понял. – росс закинул рюкзак за спину. – Придется подстраховать наших дражайших соседей.

Разведчик вернулся быстро и с плохими вестями. Мост в сторону перевала, частично обрушенный еще год назад, сейчас еле держался на расшатанных опорах и едва ли был проходим. Отрапортовав командиру отряда, Рорин отбежал в конец колонны к Мирту.

– Ну что там? – Мирт протянул парнишке фляжку с самопальным тоником, который он начал не так давно гнать из синего мха по совету росса.

– Хреново. Мост пока стоит, но я бы не рискнул по нему идти в такую погоду.

– Совсем никакой?

– Внешне вроде цел, но он и летом скрипел, а сейчас под таким ветром… – Рорин пожал плечами и вернул флягу. – Видимо, придется идти, Молер уперся в этот перевал и вряд ли передумает.

– Тупой придурок!

Рорин согласно фыркнул, натянул капюшон до самого носа и утопал в голову колонны. Мирт перехватил злой взгляд Молера: старый вояка невзлюбил его с первого дня, стараясь прижать при любом удобном случае, а это задание, к сожалению, даст немало таких возможностей. Да его еще приперло топать через перевал! Путь и так сомнительный даже в хорошую летнюю погоду, не говоря уже про сезон предзимних штормов. И это при условии, что там вообще пройти можно! За три года он точно знал: перед отлетом россы заваливают перевалы. Всегда и все. Сомнительно, что в этом году они отошли от правила. На редкость практичный и педантичный народ, чтоб им. Да еще Тома сообщил, что их ограбили, стоило только команде выйти к ущелью. Поселившийся неподалеку воин первый раз пришел в гости. К счастью, обошлось без жертв, а пара шишек и синяков у охраны пройдут за пару дней. Мирт вздохнул. Вот кто в горах чувствует себя уверено, так это их сосед – Навь. Уже в который раз он пожалел, что подписал контракт. Сидел бы спокойно и дальше, тем более до конца срока оставалось всего пять лет. Да еще и брата потянул за собой в этот ад. Мужчина тяжко вздохнул. Пора выдвигаться. Наледь стремительно таяла под дождем, да и уже достаточно светло, чтобы безбоязненно выйти на узкий переход.

39
{"b":"186692","o":1}