ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Метения, не думаете же вы...

— Думаю, Констанция.

— Что такое? — прошипела леди Маргрейв.

— Элсен, неужели ты не видишь? Король не пьян.

— Да не может такого быть!

С милой улыбкой его королевское величество отпустил руку госпожи Квик. Стальная фигура остановилась возле начала «аллеи». Из всех присутствующих взгляд ее на пару мгновений задержался лишь на единственной персоне. На куртизанке Владе Флей.

Было время, когда Великая Наставница самолично представляла взращенные ею цветы монарху. Но уже много циклов подряд эта обязанность была возложена на ее верную заместительницу, досточтимую Гарвис. Та торжественно, словно декламируя стихи, произносила имя за именем, и девушки по очереди выходили вперед и делали реверансы, скромно потупившись.

— Мисс Хаския Бишли... Леди Бертен Бичвуд-Баунс... Ее королевское высочество Кареллен, принцесса Нижнего Лексиона... Мисс Альфредина Флонс... Мисс Этельреда Флонс... Мисс Регина Хэмхок... Ее превосходительство Тристана Гарион-Заксон...

Сердца юных девушек учащенно бились. Стать избранницей короля! Разве могло быть в жизни женщины более высокое блаженство? Но о том, что это блаженство может ничего и не дать в жизни, знало только одно некрасивое, несчастное создание, которое шмыгало носом где-то посреди толпы.

Только одна из красавиц, выстроившихся перед его величеством, могла стать его партнершей по танцу. Однако все сомнения отпали, когда король остановился перед ослепительным видением в платье из золотой парчи. Досточтимая Гарвис чуть ниже склонила голову и назвала имя девушки.

Влада Флей улыбнулась. Взгляд ее победно метнулся вдоль линии девушек. Она постаралась встретиться глазами с Джели, потом — с госпожой Квик. Виолы заиграли танцевальную мелодию. Король повернулся, повернулся еще раз — того требовала традиция. Он протянул руки.

У Джели закружилась голова. Как зачарованная она закрыла глаза и тоже протянула руки, ожидая прикосновения рук короля.

Все сразу загомонили. Музыка умолкла, послышались сдавленные восклицание.

Джели открыла глаза.

Что же случилось? Что могло случиться? По бальному залу, раздвигая толпу, словно густую траву, шла грудастая рыжая женщина в оборванном платье, растрепанная. От нее дурно пахло. К платью тут и там прилипла гнилая солома. Придворные делали попытки броситься к ней и задержать ее, но стражники таких попыток не предпринимали. Король протянул руки к оборванке:

— Мэдди!

— Сир, сир!

В мертвенной тишине король обнял узницу, обернул ее полой мантии. Когда она, наконец, отстранилась, ее огромные груди чуть не вывалились из слишком тугого корсажа. Король обвел взглядом зал и вдруг строптиво топнул.

— Оркестр! Играйте! — рявкнул он.

Далеко не сразу оправившись от потрясения, один за другим музыканты начали играть. Постепенно начала вырисовываться мелодия знаменитого вальса Шуварта. Стройные ряды девушек рассыпались. Одни плакали, другие бросились бежать, третьи в ужасе взирали на то, как король со своей жуткой партнершей кружат по паркету.

Затем, один за другим, к ним начали присоединяться придворные.

Фредди Чейн схватил за руку первую попавшуюся из «новеньких». Так же поступил и Пеллем Пеллигрю, и его друг, молодой человек, которого Пеллем называл Новой. Мисс Джелика Венс даже не сразу поняла, что танцует.

Фредди?

Но это был не Фредди.

— Вы плачете. Не плачьте.

— Что?

— Вы такая красивая.

— Кто вы такой? — Джели утерла слезы с глаз, нахмурилась и посмотрела в горящие глаза своего партнера. — Вы... протеже лорда Эмпстера? Отпустите меня! Кто вам сказал, что вы можете танцевать со мной?

— Но ведь мы должны танцевать, правда? Думаю, король этого желает.

— Король! Меня еще ни разу в жизни так не унижали!

— А кто эта женщина?

— Понятия не имею. И о вас я тоже понятия не имею.

— Но вы ведь только что сказали, что я — протеже лорда Эмпстера.

— Протеже, вот именно. То есть вы — кто угодно. А не могла я вас где-то видеть раньше?

— Никогда. Зовите меня Новой. А знаете... У вас глаза сверкают, словно драгоценные камни.

— Мне кажется, что вы очень назойливый молодой человек.

— Вовсе нет. Я ужасно стеснителен. Вам стоит избавить меня от стеснительности.

— От чего избавить?

— От всего, что вам во мне не нравится.

— Я не говорила, что вы мне не нравитесь. Я сказала, что я вас не знаю.

— Значит, я вам нравлюсь?

— Вы уверены, что мы никогда прежде не встречались?

Но конечно, они никогда не встречались. По прошествии времени Джем будет удивляться тому, почему вдруг его так потянуло к его светловолосой белокожей кузине. Быть может, то был зов крови. Но нет, тут было и нечто большее. Зов желания. Казалось, что-то у него внутри вдруг обрело свободу. Он неожиданно почувствовал, что уже слишком долго, тщетно, напрасно любит девушку, которой больше не существует. Безусловно, он упросил Пелла удостовериться в том, нет ли среди новеньких на этом балу некоей мисс Вольверон. Даже теперь в мечтах Джем представлял, как смотрит, стоя у дальней стены зала, в таинственные, загадочные глаза Каты. Но Ката исчезла, как будто ее не было никогда, и теперь, вспоминая об их встрече в Варби, Джем, можно сказать, ощущал облегчение. Та девушка не была Катой, она не была его Катой. Что еще оставалось Джему, как не забыть о прошлом? Ката была воспоминанием, которое он всегда будет хранить как сокровище, но теперь ему следовало крепко запереть дверь, которая уводила к тому воспоминанию.

И теперь в его сердце открывалась другая дверца.

Но в эту ночь ей не суждено было открыться шире. Неожиданно, перекрывая музыку, прозвучал истошный вопль, а за ним — утробный вой. Танцующие остановились. Зал огласили стоны и крики.

Куда подевалась Джели, Джем так и не понял. Он обернулся и застыл на месте. Танцующие в страхе расступились. На полу лежала жуткая подруга короля. Она была мертва. Тот, кто ее умертвил, выпрямился, сжимая в руке окровавленный кинжал. Джем впервые видел этого высокого худощавого старика в ярко-красном балахоне. Но нет, не красным был его балахон. Он был белым, залитым кровью.

* * *

Только потом Джем понял, что случилось. Видимо, король дал приказ, чтобы его возлюбленную привели к нему из темницы. Желал ли он таким образом открыто продемонстрировать свою любовь к этой женщине? Как бы то ни было, стражники его приказ исполнили, рискуя вызвать гнев премьер-министра. Увидев, что его предали, Транимель решил отомстить немедленно. Он бросился к своей жертве, расталкивая танцующих, и нанес удар.

Гордо выпрямившись, он обвел толпу придворных ледяным взглядом.

— Король вне себя, — объявил Транимель, — от осознания опасности, которой он чудом избежал. — Он брезгливо перевернул ногой тело несчастной женщины и, возвысив голос до громоподобного крика, продолжил: — Вражеская лазутчица! Эта коварная кокотка была подослана зензанцами, она была наделена злобной силой, против которой не мог устоять даже король! Не бойтесь, сир, вы будете отомщены! Все зензанские твари падут, как пала эта мерзкая шлюха!

Окровавленный Брат злобно пнул безжизненный труп. Король безутешно рыдал. Джем, как и многие другие, еле стоял на ногах от страха. Он сразу почувствовал, что Транимель обладает чудовищной силой. Силой, которой нужна абсолютная власть.

Но вот гроза утихла — столь же внезапно, как и вспыхнула. Брат уронил кинжал на пол и отвернулся.

— Скорее принесите рома с Оранди, дабы успокоить его величество.

ГЛАВА 28

У ЭРДОНСКОГО ДЕРЕВА

Джем изучал науку аристократизма. Лорд Эмпстер засадил его за штудирование толстенных фолиантов по истории, языкам, филологии, философии. Оставаясь один-одинешенек в библиотеке, молодой человек послушно листал огромные книги, удивляясь тому, как тяжелы их страницы и как мелок и неразборчив шрифт. Джем всматривался изо всех сил, но его только сильнее клонило ко сну. Если Джем знал, что его никто не увидит, он забивался в пыльный уголок, подальше от блестящей кожи и сверкающего золота переплетов. Здесь, на полке у самого пола, он разыскал потрепанные томики, которых мог бы и не заметить. Изо всей литературы, собранной в библиотеке, эти книги Джем полюбил больше других, хотя переплеты у них были дешевые, а названия выцвели от времени.

58
{"b":"1867","o":1}