ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вы когда-нибудь вдели человека, у которого он купил картину?

— Нет, но это была женщина, Джейк сам проболтался.

— Какого она могла быть возраста?

Она развела руки, как человек, проверяющий нет ли дождя.

— Джейк мне этого точно не сказал. То есть, он сказал, что это была пожилая женщина, но это ничего не значит. Ей могло быть и семнадцать лет, он все равно сказал бы, что она старуха. Он знал, что я ревную к молоденьким девочкам, и у меня для этого были поводы.

Глаза ее наполнялись слезами. Я не мог понять, были они проявлением грусти или злости. Казалось, ее внутренняя жизнь металась между этими двумя чувствами. Впрочем, моя тоже. Я уже устал от разговоров со вдовами убитых, но должен был задать еще несколько вопросов. — Эта женщина принесла картину к вам домой?

— Нет. Я же говорила, что вообще ее не видела. Она принесла ее в субботу на пляж. Джейк несколько последних лет зарабатывал тем, что покупал на стороне и продавал во время субботних ярмарок картины. Там он и эту купил.

— Когда это было?

Она надолго задумалась над ответом, словно всматриваясь в быстро бегущие дни, ничем не отличающиеся один от другого: солнце и небо, вино и марихуана, грусть и нищета...

— Наверное, месяца два назад. Во всяком случае, тогда он забрал у меня эти пятьдесят долларов. Когда продал картину Полу Граймсу, он мне их не вернул... Держал все деньги при себе, не хотел, чтобы я знала, сколько он получил. Но мы на это жили до сих пор, — она оглядела комнату, — насколько можно назвать это жизнью...

Я вынул из бумажника двадцатку и положил ее на стол. Она внимательно посмотрела сначала на деньги, потом на меня.

— За что вы даете мне это, мистер?

— За информацию.

— С меня вам был небольшой толк. Джейк держал эти сделки в тайне. Наверное, ему казалось, что он напал на золотую жилу...

— Думаю, он и впрямь на нее напал, во всяком случае, старался найти ее. Вы не могли бы узнать для меня еще кое-что?

— Что вы хотите знать?

— Откуда взялась эта картина? — я еще раз показал ей портрет Милдред Мид. — У кого Джейк ее купил? И все, что вам удастся узнать.

— Я могу взять эту фотографию?

— Нет, у меня только один снимок. Вы должны будете описать ее.

— Кому?

— Торговцам на субботней распродаже. Вы же с ними знакомы?

— С большинством из них.

— О'кей. Если вы получите какую-нибудь интересную информацию, вы получите еще двадцать. А за имя и адрес женщины, продавшей Джейку картину, я готов заплатить сотню.

— Да, сто долларов мне пригодились бы... — однако по ее лицу я понял, что она до конца своих дней не надеется увидеть такую сумму. — Не было у нас с Джейком счастья. С тех самых пор, как мы вместе, его преследовали неудачи, — тон ее стал колючим. — Жаль, что я не умерла вместо него.

— Не говорите так, мисс, все мы умираем слишком рано...

— Для меня уже слишком поздно.

— Подождите еще немного, прошу вас. Ваша жизнь начнется снова, вы еще молоды, Джесси.

— Мне кажется, я стара как мир.

Солнце за окном уже село. Его последние отблески разливались по морской поверхности, будто внезапный пожар, охвативший водную гладь.

Глава 28

Когда я вернулся в центр, алое небо уже потемнело. В ярко освещенных магазинах почти не было покупателей. Я оставил машину неподалеку от редакции, поднялся по лестнице и направился в отдел информации. В комнате никого не было.

— Не могу ли я вам чем-то помочь, мистер? — раздался за моей спиной горловой голос проходившей мимо женщины.

— Надеюсь, да. Я ищу Бетти.

Это оказалась маленькая седая дама с толстыми стеклами очков, ненатурально увеличивающими ее глаза. Она смотрела на меня с доброжелательным интересом.

— Вы мистер Арчер?

Я подтвердил.

Дама сообщила мне, что ее зовут Фэй Брайтон и она ведет редакционную картотеку.

— Бетти Джо просила меня передать вам, что она вернется самое позднее в половине восьмого, — она глянула на маленькие золотые часики, поднеся руку к самым глазам, — это уже сейчас. Вам не придется долго ждать.

Миссис Брайтон вернулась к своему шкафу с картотечными ящичками. Я подождал с полчаса, вслушиваясь в вечерние звуки пустеющего города, а потом постучал в дверь ее кабинета.

— Наверное, Бетти махнула на меня рукой и пошла домой. Вы не знаете, где она живет?

— Честно говоря, нет. После развода она сменила место жительства, но я охотно посмотрю.

Она открыла список работников и записала для меня на бумажке адрес и телефон Бетти: «Пансион „Морской бриз“, квартира 8, телефон 967-9159», а потом достала из-под стола телефонный аппарат. Прослушав двенадцать длинных гудков, я положил трубку.

— Она не говорила вам, куда собирается?

— Нет, но она несколько раз говорила по телефону, несколько раз отсюда, так что я невольно слышала. Бетти звонила в различные здешние учреждения для стариков и инвалидов, пытаясь найти какую-то родственницу. Во всяком случае, она так говорила...

— Она называла ее фамилию?

— Кажется, Милдред Мид... Да, именно так! Кажется, она ее нашла. Спешно выбежала с таким странным выражением глаз... понимаете? Молодая самолюбивая журналистка, напавшая на след сенсации! — она глубоко вздохнула. — Я сама была такой...

— Она говорила вам, куда направляется?

— Бетти Джо? — миссис Брайтон удовлетворенно засмеялась. — Когда она ищет материал для статьи, она ближайшему другу не скажет, который час! Она поздно начала и теперь совсем свихнулась на своей профессии! Но вы же должны знать все это, если вы ее друг...

Незаданный вопрос повис в воздухе между нами.

— Да, — сказал я, — я ее друг. Давно она ушла?

— Часа два назад, а может и больше, — она глянула на часы. — Думаю, около половины шестого.

— Она уехала на машине?

— Понятия не имею. И она не сказала ничего, что могло бы помочь мне догадаться, куда она едет.

— Где она обычно ужинает?

— По-разному. Иногда я ее вижу в «Чайном домике», это такой славный ресторанчик чуть дальше по этой же улице, — она указала пальцем в направлении моря.

— Не будете ли вы так любезны передать ей кое-что, если она вернется в редакцию?

— Охотно сделала бы это, но мне тоже нужно уходить. Я весь день ничего не ела и, честно говоря, ждала только вас, чтобы передать вам то, что просила Бетти. Вы можете написать записку и оставить у нее на столе. Она положила на стол небольшой лист чистой бумаги и подвинула его ко мне. Я написал на нем: «Жаль, что не застал Тебя. В течение вечера постараюсь появиться еще раз. Потом буду в гостинице».

Подписался «Лью», потом, после минутного сомнения, добавил вначале словно «Любимая», сложил листок и вручил его миссис Брайтон. Она отнесла мою записку в отдел информации, а вернувшись, бросила на меня взволнованный взгляд, заставивший меня призадуматься, уж не прочитала ли она написанное. Я ощутил внезапное искушение попросить вернуть мне записку и вычеркнуть дописанное слово. Пожалуй, уже несколько лет я не произносил его и не писал ни одной женщине. Но сейчас это слово присутствовало в моих мыслях, вызывая боль... или надежду.

Пешком я дошел до красной неоновой вывески «Чайного домика» и толкнул находящуюся под ней дверь. Было уже почти восемь часов, то есть слишком поздно для завсегдатаев такого типа кофеен, и помещение казалось почти пустым. В углу находилась небольшая стойка, в полупустом зале за столиками сидело несколько пожилых людей.

Я вспомнил, что с утра ничего не ел, а потому заказал себе воловью печень с овощами и уселся за столик, откуда мог обозревать весь зал. Мне подумалось, что я оказался вдруг в ином мире, где любовные войны давно уже закончились, а я — всего лишь один из немногих оставшихся в живых стареющих ветеранов. Эта мысль не слишком восхитила меня. Появление миссис Брайтон также не поправило моего настроения, однако, когда она появилась в зале ресторана, я встал и пригласил ее к своему столику.

35
{"b":"18677","o":1}