ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

И тут Буби разглядела кандалы и цепь.

Обезьянка встревоженно обернулась, гадая, что ей делать. И тут комната вдруг наполнилась странным светом. Казалось, он стремится озарить все темные углы, проникнуть за ширму. Что это могло быть такое? Буби взвизгнула бы, но ее страх был настолько силен, что она и взвизгнуть не решалась. Обезьянка осторожно выглянула из-за ширмы и с изумлением увидела фигуру, сотканную из золотого сияния, между зеркалами. О, но ведь эту фигуру она не раз видела прежде, когда сновала по кораблю! У обезьяны хватило ума не высовываться из-за ширмы. Буби нежно прикоснулась лапкой к девушке — словно это прикосновение могло облегчить ее страдания.

Золотой человек поднял руку — и покровы один за другим слетели с зеркал. Он медленно поворачивался по кругу, не касаясь ступнями пола. Медленно, постепенно в зеркалах оживали образы.

— Видишь, уабин? Вот твоя мечта! Но здесь и то объяснение, которого ты ищешь. Вот почему все должно быть исполнено по моему слову.

Эти речи для Буби ничего не значили. Они только гадала, к кому же они обращены. Ведь больше в комнате никого не было.

Но нет, кто-то был, кто-то еще... Серый призрак, парящий в воздухе рядом с золотым человеком.

— Хватит, — послышался голос. — Хватит с меня этих фокусов! О, Золотой, неужто ты будешь испытывать мое терпение и дальше и доведешь меня до смерти? Девушки здесь нет!

— Уабин, она повсюду вокруг тебя.

— Что? Я не понимаю!

— Смотри, уабин, смотри.

В это мгновение вспышки света прекратились, и в каждом из зеркал возникло изображение прекрасной темноглазой девушки. Забыв о своем призрачном существовании, собеседник золотого человека испустил пронзительный вопль и был готов броситься к девушке. Ее глаза дерзко сверкнули, а в ее груди полыхнуло что-то яркое и темное одновременно — что-то лиловое, но при этом слепящее глаза. Светящееся сердце — вот на что это было похоже.

Золотой человек насмешливо проговорил:

— Уабин, а ведь она и вправду хороша, верно? Однако сдержи свое нетерпение, сдержи еще ненадолго. Не забывай о том, что следует совершить священные церемонии. — Пока он говорил, все цвета внутри зеркал потускнели. Прозрачные полотнища покровов сморщились складками, начали метаться по полу, как будто ими играли порывы ветра. Глаза девушки разгорелись ярче, теперь они сверкали так же, как кристалл у нее в груди. Но золотой человек только рассмеялся. — О да, девчонка, ты можешь гневаться сколько угодно, но очень скоро ты станешь принадлежать нам! Что ты собой представляешь, как не сосуд для той силы, что находится внутри тебя, — той силы, которую мы скоро освободим и которой завладеем! Это — твоя судьба, и тебе не избегнуть ее!

— О, Золотой, пусть она выйдет из зеркала! Разве ты не можешь устроить так, чтобы я хоть на миг обнял ее?

Но золотой человек, похоже, уже не слушал своего призрачного спутника. Серая дымка силуэта уабина то и дело исчезала за мятущимися полотнищами сорванных с зеркал покровов. Голос золотого человека зазвучал еще более насмешливо:

— Ах, красавица, я так и думал — лиловый кристалл у тебя, вот как? Стало быть, мальчишка-ваган утратил свою драгоценную ношу! Не стоило ли мне это предвидеть? Ну, что ж, он сыграл свою роль в этом путешествии, и теперь ему конец! Я уверен в том... — золотой человек снова расхохотался, — ...что он очень скоро получит по заслугам...

— О, Золотой, — умолял призрак, — пусть она подойдет поближе, самую малость поближе, пожалуйста! Позволь, я хотя бы прикоснусь к ее бестелесному образу!

Но картины в зеркалах замерцали и сменились другими, а золотой человек засветился ярче. В страхе и тревоге Буби смотрела и видела господина Раджала, привязанного к колесу, потом — лежащего в темной каморке, потом — бегущего по рынку, потом — в незнакомой красивой комнате. Губы Раджала разжимаются, он беззвучно кричит... Буби сама чуть было не вскрикнула от испуга. Но господин Раджал исчез так же внезапно, как появился. В зеркалах возникла новая картина — прекрасный сад, а в саду — девушка. Та самая — и все же другая, а с ней рядом... возможно ли! Это же господин Джем! Буби с трудом удерживалась от того, чтобы не взбежать вверх по створке ширмы. Волнение и страх владели обезьянкой, но тут зеркала показали Кату. Она была в развевающихся одеждах и тоже казалась какой-то другой. Буби бросила обескураженный взгляд на девушку, неподвижно лежавшую рядом с ней, снова посмотрела на зеркала. Мерцали и вспыхивали многократно повторенные картины.

— Хватит! — вскричал призрак. Было такое впечатление, словно он пытался обрести телесность. — Что это за видения в зеркалах?

Ответа не последовало. Золотой человек разгорался все ярче и ярче. Новые и новые образы мелькали в зеркалах. Еще одна девушка, еще более прекрасная... Кто это такая? Что происходило?

— О, Золотой, — вскричал призрак, — я ничего не вижу... Золотой, все меркнет вокруг...

Призрак исчез, остался только золотой человек. Он вращался и вращался над полом посреди зеркал. Лицо красавицы, казалось, заполнило собой всю комнату. Она словно бы рвалась на волю из Зазеркалья и, что уж совершенно невероятно, находилась сразу везде. Золотой человек запрокинул голову. Трудно было сказать, что за звук сорвался с его губ — смех или вопль. Буби понимала одно: это крик безумца.

— О моя госпожа! — прокричал золотой человек. — О моя зазеркальная госпожа! Настанет день — и ты станешь для меня настоящей, и мы будем вместе! Скоро, очень скоро придет конец этим зазеркальным видениям! Уабин — тупица, от него никакого толка. Принц Джемэни, мальчишка-ваган, девчонка Катаэйн — все глупцы, как на подбор! Как я проклинаю себя за свою слабость, за то, что нуждаюсь в таких слугах! Но очень скоро мне больше никто не понадобится, ибо я буду обладать тобой, а ты — мной, а все прочее станет нам безразлично! Скоро, моя милая, любимая моя, скоро, скоро!

С этими словами золотой человек исчез, цвета в зеркалах померкли, перестали метаться по полу легкие прозрачные покровы. Буби дрожала. Она так и не решилась выйти из-за ширмы и уселась рядом с неподвижно лежавшей, скованной цепью Катой.

Глава 41

ОБМАНУТЫЕ НАДЕЖДЫ

Раджал остановился, тяжело дыша. Солнце рассеивало тени. Под ногами у юноши предательски скрипели половицы. Дважды он чуть было не провалился, ступая по обугленным доскам. Раджал осторожно шагнул в сторону и перегнулся за балюстраду. Рыба и Малявка теперь были далеко внизу. Но куда девался мальчишка из темницы? Раджал прищурился, огляделся по сторонам.

Позади послышались голоса.

— При свете дня, вот как?

— Да, да! Так ты говоришь, они поднялись сюда?

— О, тут небезопасно!

— Старик, ты меня за нос водишь!

— Господин, нет!

Раджал резко обернулся. Он думал, что попасть на галерею можно было только из Дворца с Благоуханными Ступенями. Видимо, это было не так. Через определенные промежутки по окружности галереи имелись лесенки для слуг... и для стражников. И вот теперь под одной из таких лесенок поднимался свирепой наружности уабин с саблей наголо. Следом за ним, запыхавшись, едва поспевал толстяк-торговец.

Раджал нырнул за колонну и притаился.

— Теперь куда? — рявкнул уабин.

— О-о-о... Если бы я знал, куда! — в отчаянии отозвался толстяк.

— Старик, ты болван!

Раджал затаил дыхание. Если бы эти двое пошли в его сторону, ему оставалось бы только спасаться бегством.

«Корос, божество, рожденное из камня, услышь дитя свое, молю тебя!»

Снизу послышалась музыка. Раджал искоса глянул на площадь и увидел стариков — исполнителей «танца обреченных». Вокруг дерзких и упрямых плясунов уже вновь собралась толпа зевак. На этот раз их представление выглядело иначе: один из стариков играл на цимбалах, второй — на бубне, а третий — на дудке с шарообразным утолщением. Под заунывную мелодию под ногами у старика начало разворачиваться нечто вроде ленты.

Раджал вздрогнул. Не померещилось ли ему? Сначала он решил, что старик заклинает змею, но потом оказалось, что это вовсе не змея, а просто веревка. Веревка, раскручиваясь, поднималась вверх — все выше и выше. Вскоре ее верхний конец был уже выше голов зевак. Раджал шагнул ближе к балюстраде. Обугленная половица под его ногой треснула.

84
{"b":"1868","o":1}