ЛитМир - Электронная Библиотека

— Тогда вам следует нанять ему человека, который бы за ним присматривал.

Шериф смущенно оглянулся, как будто опасаясь, что где-то здесь на изгороди установлено подслушивающее устройство.

— Я весьма удивлен тем, что у него вообще оказалось ружье, не говоря уже о том, что он угрожал им. Должно быть, он очень огорчен пропажей собаки.

— А по-моему, он совершенно этим не огорчен.

— Тем не менее, это так. Если огорчена она, огорчен и он, — произнес Карлсон.

— Что она вам сказала?

— Она сама вам расскажет. Она будет здесь с минуты на минуту, так как должна была выехать следом за мной.

Он повел свою машину по грунтовой дороге к въезду в усадьбу. Несколько минут спустя около меня остановился «мерседес» Фэй Хупер. Она, должно быть, прочла нетерпение на моем лице. Быстро вылезла из машины и подбежала ко мне, огорченно цокая языком.

Фэй было около сорока, она уже начала немного увядать, и ее светло-золотистые волосы были будто побиты легким морозцем, однако она все еще была очень хороша. Сейчас она включила все свое обаяние.

— Жутко виновата перед вами, — произнесла она. — Я заставила вас долго ждать?

— Ваш муж заставил. Прогнал меня, угрожая дробовиком.

Ее рука в перчатке коснулась моего плеча. Даже через одежду я будто удар током почувствовал.

— Это ужасно. Я и не подозревала, что у Аллана еще осталось ружье.

Под слоем помады губы у нее были совсем синие, будто то, что я сообщил ей, потрясло ее до глубины души. Она усадила меня в свой «мерседес» и подвезла к воротам усадьбы. Они были раскрыты, но она не торопилась въезжать.

— Буду с вами совершенно откровенна, — произнесла она, не глядя на меня. — С тех пор, как Отто пропал вчера, меня мучает один вопрос. То, что вы мне сейчас рассказали, снова разбередило мои подозрения. Вчера весь день я была в городе, так что Отто был здесь один с Алланом, когда это случилось. — Судя по тону, каким она произнесла оба эти имени, можно было подумать, что Отто — муж, а Аллан — пес.

— Когда что случилось, миссис Хупер? — поинтересовался я.

Она понизила голос.

— Я никак не могу отделаться от подозрения, что Аллан застрелил его. Он никогда не любил моих собак. Ему по душе только охотничьи псы, а к Отто он меня особенно ревновал. Кроме того, когда я вернулась из города, Аллан вскапывал клумбу, чтобы высадить розы. Он никогда не увлекался садоводством. У нас этим обычно занимаются садовники. К тому же никто в это время розы не сажает.

— Вы полагаете, что ваш муж закапывал собаку? — спросил я.

— Я как раз это и хочу узнать. — Она повернулась ко мне, и кожаное сиденье мягко скрипнуло. — Помогите мне, мистер Арчер. Если окажется, что Аллан убил моего милого мальчика, я не смогу здесь больше оставаться.

— Из ваших слов я понял, что когда-то у Аллана было ружье или ружья, но потом он с ними расстался. Это так?

— Когда я вышла за него замуж, у него был целый арсенал. Во время войны он служил пехотным офицером. В мирное время он увлекался охотой на крупную дичь. Но вот уже много лет как отказался от этого увлечения.

— Почему?

— Не знаю. Однажды осенью мы вернулись из охотничьей экспедиции в Британскую Колумбию, и Аллан продал все свои ружья. Он никогда ничего не говорил мне об этом, но это случилось в ту осень, когда закончилась война, и я полагала, что это как-то связано.

— Вы так давно замужем?

— Благодарю вас за комплимент, — она грустно улыбнулась. — Я встретила Аллана во время войны. Я была тогда очень молода. Я сразу поняла, что встретила свою судьбу. Он был очень яркой личностью.

— И очень самостоятельной.

Она метнула на меня быстрый надменный взгляд и так сильно нажала на газ, что мы чуть не врезались в автомобиль шерифа, припаркованный перед домом. Мы вышли из машины, завернули за угол здания и, миновав бассейн, прошли в сад. Его украшали греческие статуи, которые выглядели так, будто совсем недавно были извлечены археологами из-под земли. Над цветами, словно маленькие бомбардировщики, гудели пчелы.

Клумба, которую вскопал Аллан. Хупер, была длиной в пять и шириной в три фута и весьма напоминала могилу.

— Дайте мне лопату, — попросил я.

— Вы собираетесь вырыть его?

— Вы так уверены, что Отто там, миссис Хупер?

— Мне кажется, да.

Из сторожки, обитой дранкой, расположенной в конце сада, она извлекла штыковую лопату. Я попросил ее не уходить.

Сняв пиджак, я повесил его на какой-то мраморный торс, на котором он выглядел вполне прилично. Копать мягкую рыхлую землю было совсем нетрудно. Через несколько минут я ушел в глубь на два фута, а земля все так же легко поддавалась.

Внезапно острие моей лопаты ударилось обо что-то мягкое, но не столь податливое. Фэй Хупер услышала специфический глухой звук и сама глухо вскрикнула. Я отбросил еще несколько комьев земли. Из ямы, как жесткая черная трава, торчала собачья шерсть.

Фэй встала на колени и стала рыть землю своими длинными, покрытыми лаком ногтями.

— Подлый убийца! — произнесла она громким хриплым голосом.

Муж, должно быть, слышал эти ее слова. Он вышел из дома и стоял за каменной изгородью. Его совершенно голая голова торчала над изгородью, как голова Шолтая-Болтая. На лице его было такое же выражение, как было у Шолтая-Болтая, потерявшего всякую надежду на то, что его соберут.

— Я не убивал твою собаку, Фэй. Богом клянусь, не убивал.

Она не слышала его. Она разговаривала с Отто.

— Бедный мальчик, бедный мальчик, — повторяла она, — бедный мой прелестный мальчик.

В сад вошел шериф Карлсон. Он нагнулся над ямой и стряхнул землю с головы пса. Его большие руки осторожно ощупывали череп собаки. Фэй в грязных разорванных чулках присела рядом с ним.

— Что вы делаете?

Карлсон показал ей свой испачканный в крови палец.

— Ваш пес был убит выстрелом в голову, миссис Хупер, но этот выстрел сделан не из дробовика. На мой взгляд, это больше похоже на нарезное ружье для крупной дичи.

— У меня и ружья-то такого нет, — произнес Хупер через изгородь. — Уже лет двадцать как нет. Да и вообще я никогда не стал бы стрелять в твою собаку.

Фэй поднялась. Вид у нее был такой, будто она прямо сейчас перелезет через изгородь и вцепится мужу в физиономию.

— Зачем же ты закопал его?

Рот его открылся и закрылся.

— Зачем ты купил дробовик и почему не сказал мне об этом?

— Я купил его для самообороны.

— От моей собаки?

Хупер замотал головой. Он обошел изгородь и робко вошел в сад через калитку. На нем были брюки и желтая шерстяная рубашка с короткими рукавами, которая подчеркивала его возраст и тучность.

— Мистер Хупер получил несколько угрожающих телефонных звонков, — пояснил шериф. — Кто-то узнал номер его телефона, которого нет в справочнике. Он только что сообщил мне об этом.

— Почему ты не сказал мне об этом, Аллан?

— Не хотел тебя беспокоить. Да тебя это и не касалось. Я купил дробовик и держал его в своем кабинете.

— Ты знаешь, кто эти люди?

— Нет. Я нажил себе здесь немало врагов среди фермеров в связи с различными земельными операциями. Какой-то ненормальный охотился за мной и застрелил твою собаку. Я услышал звук выстрела и нашел ее мертвой у ворот.

— Но как ты мог похоронить ее, ничего не сказав мне?

Хупер вытянул перед собой руки.

— Я не подумал хорошенько. Должно быть, я испытывал чувство вины, ведь человек, который застрелил его, собирался свести счеты со мной. И я не хотел, чтобы ты видела его мертвым. Я хотел сообщить тебе об этом как-то помягче, поделикатней...

— Это ты называешь деликатно?

— Я же не так собирался это сделать. Я думал, что если я достану тебе другого щенка...

— Никто не заменит мне Отто.

Аллан Хупер стоял, тоскливо глядя на жену через открытую могилу, и вид у него был такой, будто он охотно поменялся бы местами с Отто.

Карлсон и я закончили выкапывать Отто и отнесли его в машину шерифа. Его неподвижное тело заняло весь багажник.

2
{"b":"18682","o":1}