ЛитМир - Электронная Библиотека

Кажется, она знала об этом. Не исключено, что она постоянно об этом думала. Она провела по лицу пальцами с серебряными ноготками и стерла с него злобное выражение. Но ей не под силу было стереть уродливый костистый выступ над переносицей.

Я еще раз извинился за вторжение, а также — мысленно — за то, что она была нехороша собой, и прошел наверх. Ее жених, если это был он, мастихином накладывал на холст кобальт. Он был в испарине и полностью погружен в себя. Я остановился у него за спиной и стал смотреть. Это была одна из тех картин, про которую только автор знает, окончена она или нет. Я в жизни не видел ничего подобного; клубящаяся тучей темная масса была по краям окаймлена чем-то ярким — воплощение страха или надежды. Картина была либо гениальной, либо прескверной, — так или иначе у меня она вызывала озноб.

Автор отбросил мастихин и отступил назад, натолкнувшись на меня. Он пропах потом и краской. Обернувшись, он окинул меня угрюмым сосредоточенным взглядом. Глаза, впрочем, быстро потухли.

— Извините, не заметил вас. Все посмотрели?

— В общем, да.

— Понравилось?

— Очень. Когда вы съезжаете?

— Не знаю. Это не от меня зависит. — Вместо недавней сосредоточенности во взгляде снова появилось напряжение.

— Вы хотите съехать в августе?

— Может, и раньше.

Снизу донесся голос девушки:

— Мистер Дэмис уедет до конца недели.

Он повернулся в ее сторону с насмешливой улыбкой.

— Это приказ, госпожа полковничья дочь?

— Что ты, что ты, милый! Разве я когда-нибудь приказывала? Но ты же знаешь, какие у нас планы.

— Я знаю, какие у нас были планы.

Она ринулась к нему так, как ребенок бежит к обожаемому взрослому. Ее юбка развевалась как флаг.

— Ты что, передумал?

Он опустил голову и помотал ею. Тревога перекочевала из глаз к уголкам губ.

— Прости, детка, но я с трудом принимаю решения, особенно когда работаю. Но у нас все остается в силе.

— Прекрасно. Теперь я счастлива.

— Тебя нетрудно осчастливить.

— Ты же знаешь, как я тебя люблю.

Она забыла о моем присутствии, а может, это ее не волновало. Она попыталась его обнять. Он легонько оттолкнул ее ребрами ладоней, расставив пальцы, чтобы не запачкать ее свитер.

— Не прикасайся ко мне, я грязный.

— Я обожаю, когда ты грязный.

— Дурочка, — сказал он не особенно ласково.

— Люблю тебя, обожаю, готова съесть тебя грязным!

Она наклонилась — на каблуках она была выше, чем он, — и поцеловала его в губы. Он стоял и не сопротивлялся ее порыву, расставив руки. Он смотрел в сторону, на меня. Его глаза были широко раскрыты и печальны.

Глава 4

Когда наконец она его отпустила, он сказал:

— Вам что-то еще угодно, мистер Арчер?

— Вас зовут Арчер? — удивленно спросила Гарриет.

Я подтвердил, что это так. Она повернулась ко мне спиной, очень напомнив отца. Дэмис вернулся к мольберту.

Я двинулся из дома, размышляя, не свалял ли дурака, заявившись к ним собственной персоной. Через минуту я понял, что нет. Не успев дойти до машины, я услышал цокот каблучков по деревянному настилу. Меня нагнала Гарриет.

— Приехали шпионить, да?

Она схватила меня за руку и стала трясти. Ее сумочка из змеиной кожи упала на землю между нами. Я поднял ее и миролюбивым жестом протянул хозяйке. Она резко выхватила ее у меня из рук.

— Что вы хотите? Что я вам сделала?

— Ничего, мисс Блекуэлл. И я вам ничего не сделаю плохого.

— Ложь! Отец нанял вас, чтобы вы отвадили Берка. Я слышала вчера, как он говорил с вами по телефону.

— В вашем доме принято следить друг за другом?

— Я имею право защищаться, когда против меня интригуют.

— Ваш отец считает, что это он вас защищает.

— Тем, что пытается разрушить мое счастье? — В ее голосе зазвучали истерические нотки. — Отец притворяется, что любит меня, но в глубине души хочет мне зла. Он хочет, чтобы я была несчастна и одинока.

— Вы говорите необдуманно.

— Зато вы поступаете обдуманно. — Она чуть изменила интонации. — Шляетесь по чужим домам, прикидываетесь бог знает кем...

— Неловко получилось, согласен.

— Ага, значит, вы со мной согласны!

— Мне надо было придумать что-то другое.

— Вы циник. — Она скривила губы совсем по-детски. — Как вы только сами себя терпите?

— Я пытался выполнить задание. Потерпел неудачу. Придется все начинать сначала.

— Мне вам больше нечего сказать.

— Зато у меня кое-что для вас есть. Не хотите сесть в машину и послушать?

— Говорите здесь.

— Не хочу, чтобы нам помешали. — Я оглянулся на дом.

— Можете не опасаться Берка. Я ему не сказала, кто вы. Я стараюсь не огорчать его, когда он работает.

Она говорила, как жена или без пяти минут жена. Я поделился с ней своими наблюдениями. Ей это явно понравилось.

— Я люблю его. Это не секрет. Запишите это в вашу черную книжечку и доложите отцу. Я люблю Берка и хочу выйти за него замуж.

— Когда же?

— Очень скоро. — Она укрыла свои слова завесой таинственности. — Я не скажу вам ни даты, ни места. Иначе отец вызовет национальную гвардию.

— Вы выходите замуж, потому что вам этого хочется или назло отцу?

Она непонимающе уставилась на меня. Вопрос я задал правильный, просто у нее не было готового ответа.

— Хорошо, забудем о вашем отце, — предложил я.

— Разве это возможно? Он сделает все, чтобы расстроить наши планы. Он сам мне это сказал.

— Я здесь не для того, чтобы расстроить ваш брак, мисс Блекуэлл.

— Тогда зачем же?

— Чтобы выяснить, что собой представляет ваш жених.

— Чтобы отец использовал против него добытую вами информацию?

— Вы полагаете, кое-что может быть использовано?

— Это вы полагаете!

— Нет, я сразу заявил полковнику, что не намерен обливать никого грязью и не стану собирать факты для шантажа. Хочу, чтобы вы мне поверили.

— Думаете, я вам поверю?

— Почему бы нет? Я ведь ничего не имею против вас или вашего друга. Если вы готовы мне помочь...

— Разбежались! — Она взглянула на меня так, словно я предложил что-то непристойное. — Вы ловкач, как я погляжу!

— Просто я пытаюсь исправить совершенные ошибки. С вашей помощью можно было бы все быстро закончить. Мне и самому не больно нравится это поручение.

— Кто заставлял вас соглашаться? Вы просто хотели заработать деньги. — В ее голосе послышалось высокомерие человека, которому никогда не приходилось ничего делать ради денег. — Сколько же платит вам отец?

— Сто долларов в день.

— Я дам вам пятьсот, ваш заработок за пять дней, если вы забудете о своем поручении и оставите нас в покое.

Она вынула красный бумажник и помахала им в воздухе.

— Это невозможно, мисс Блекуэлл. Да и вам от этого не будет выгоды. Отец наймет другого детектива. Если вы считаете, что я назойлив, советую вам познакомиться с моими коллегами.

Облокотившись на белую перекладину, она молча изучала меня. За ее спиной начинался прилив, прибой усилился, и над волнами зашныряли песчаники. Гарриет спросила невидимого собеседника, расположившегося где-то между мною и птицами:

— Остались ли еще честные люди?

— Думаю, — отозвался я, — честных больше не делают.

Ни тени улыбки. Похоже, она вообще никогда не улыбалась.

— Не знаю, что сказать. Разве вы не видите, что сложилась нелепая ситуация?

— Что тут нелепого? Разве вас не интересует биография вашего жениха?

— Все, что мне нужно, я уже знаю.

— Что именно?

— То, что он обаятелен, талантлив и много испытал. Теперь, когда он получил возможность спокойно заниматься живописью, он многого добьется. Я хочу помочь ему самоосуществиться в творческом плане.

— Где он учился живописи?

— Я не спрашивала.

— Давно вы знакомы?

— Достаточно.

— А конкретней?

— Недели три-четыре.

— Этого хватило, чтобы принять решение о замужестве?

5
{"b":"18686","o":1}