ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Занят чем? Делом Даллинга?

— У тебя еще хватает наглости произносить это имя, Лью, Твое счастье, что жена Тарантини подтвердила твою историю с пистолетом. Помощник окружного прокурора хотел затолкать тебя в одну из наших славненьких новеньких камер, пока я его не отговорил. Но если будешь мозолить мне глаза и отрывать от работы, я могу уговорить его обратно. Благо это не трудно. В последние два года у нас было многовато хлопот со свободными художниками от сыска.

— Да уж конечно! Сколько я вам доставил хлопот, когда поймал за вас Дуайта Троя.

— Не бахвалься. Парень ты лихой, я знаю. Но раз ты такой горячий, почему бы тебе не взять все свои градусы и не торгануть ими где-нибудь в другом месте? Привел какую-то девчонку-наркоманку и ждет, что его расцелуют и все простят за такой подарочек. Да им цена полцента за пару. Я тебе таких в любое время полсотни зараз отловлю в двух шагах отсюда. — Колтон взъелся на меня не на шутку. Он спас меня от каталажки, но все же не простил мне чересчур вольного обращения с законом.

Покосившись на меня, Рут слегка улыбнулась. Ей доставляло удовольствие смотреть, как меня распекают. Она уселась на стул у стены и закинула ногу на ногу.

— Ладно, валяй вставляй, — пробормотал я. — Это как в армии — начальник вставляет фитиль тебе, а ты вставляешь своему подчиненному.

— Мне никто ничего не вставлял. Однако скажу тебе откровенно, иметь дело с этой Хэммонд было нелегко. Она вчера весь день с нас не слезала — требовала, чтобы ей выдали тело Даллинга. Не понимаю, зачем тебе понадобилось трогать Джейн Хэммонд?

— Тогда мне показалось, что она может дать интересную ниточку. Бывают и у меня ошибки.

— Тогда не веди себя так, будто ты уверен в обратном. В следующий раз я и пальцем не пошевелю, когда на тебя собак спустят. — Он встал и подошел к окну, повернувшись ко мне спиной.

— Хорошо, — сказал я. — Извини. Теперь, когда ты дал выход своим оскорбленным чувствам, может быть, перейдем к делу?

Он проворчал что-то нечленораздельное.

— Тарантини вы, конечно, не нашли?

Вопрос отвлек его от окна.

— Нет, не нашли. А тебе он, конечно, оставил свой новый адрес, — добавил он с тяжеловесной иронией.

— Думаю, я знаю, где его искать. В море.

— Ты малость опоздал. Вертолеты шерифа два дня прочесывали прибрежные воды в районе Пасифик-Пойнта, а береговая охрана обшарила все дно.

— А со спутником Тарантини что-нибудь выяснилось?

— Ничего. Нет даже уверенности, что он у него был. Единственный свидетель, который у них имеется, не может поручиться, что в шлюпке было двое. Так ему показалось.

— Рут — тоже свидетель. Она видела, как какой-то мужчина вышел на берег.

— А, так это она? — И он тут же напустился на Рут: — Где ты была все это время?

— Недалеко. — Она подобралась и съежилась под сердитым взглядом Колтона.

— Ну, и кого же ты там видела?

Запинаясь, она повторила свой рассказ.

Подумав, Колтон спросил:

— Ты уверена, что тебе не померещилось? Я слыхал, у наркоманов черт-те какие галлюцинации бывают.

— Я не наркоманка. — Голос у нее был сдавленным от страха. — Я видела, как из воды вышел какой-то человек, — все, как я рассказала.

— Это был Тарантини? Знаешь такого?

— Нет, это был не Джо. Он был выше ростом, чем Джо. И очень симпатичный. — Она неожиданно хихикнула.

Колтон посмотрел на меня.

— Она знает Тарантини?

— Он продавал ей героин.

Хихиканье оборвалось.

— Это неправда! — буркнула Рут.

— Покажи ей фотографию Даллинга, — сказал я, — За этим я ее сюда и привел.

Колтон перегнулся через стол и вытащил из ящика несколько увеличенных фотографий. Он стал их перебирать, а я смотрел через его плечо. Даллинг, лежащий навзничь в луже крови, с лицом, белым как мел, в свете магниевой вспышки. Даллинг анфас. Даллинг в профиль справа, с черной дыркой на шее, из которой сочится кровь. Даллинг в профиль слева — красивый как всегда, но очень неживой.

Колтон стал по одной давать фотографии Рут. Увидев первую, она ахнула.

— Кажется, это он! — посмотрев остальные, она сказала: — Это точно он. Красивый парень. Что с ним случилось?

Колтон хмуро взглянул на нее сверху вниз. Он не любил вопросов, на которые не знал ответов. После паузы он пробормотал под нос:

— Мы все решили, что Тарантини убил Даллинга. А если наоборот? То-то смеху будет. — Однако сам он даже не улыбнулся.

— Если Даллинг убил Тарантини, то кто убил Даллинга? — спросил я.

Колтон задумчиво посмотрел на меня.

— А может, все-таки ты, а? — проговорил он.

Пусть он сказал это в шутку, но мысль о том, что меня чуть было не записали в убийцы, привела меня в раздражение.

— Если ты можешь хоть на время оставить свои дурацкие остроты, то, может быть, сделаешь кое-что для меня?

— А именно?

— Позвони начальнику отдела по борьбе с наркотиками и вежливо попроси его прийти сюда.

Рут резко вскинула голову, беззвучно шевеля губами. Я грозил отнять у нее ее пищу, питье и сон, грозил потопить ее островок в океане.

— Ради этой девчонки? — хмыкнул Колтон. — Ты переутомился, Лью. Иди отдохни. А для нее я вызову надзирательницу.

Рут опять вся сжалась, опустив плечи вперед, точно сложенные крылья. «Надзирательница» — это было еще одно слово, которое приводило ее в трепет. Рот ее жалко скривился, но она так и не смогла выдавить ни слова. Она тоскливо посмотрела в сторону открытого окна, точно раздумывая, не броситься ли ей вниз. Я шагнул вперед и встал между ней и окном. С этого этажа до земли было далековато.

— Хорошо, пошли за надзирательницей. Рут, конечно, лечиться не хочет, но выхода у нее нет.

Колтон поднял трубку телефона. Рут уткнулась головой в колени. Ее худенький белый затылок был покрыт золотистым цыплячьим пушком.

Когда Колтон отдал распоряжение и повесил трубку, я сказал:

— А теперь позвони в отдел по борьбе с наркотиками.

— Зачем?

— Затем, что у меня в машине лежит на сто тысяч долларов героина. Или ты хочешь, чтобы я отвез его куда-нибудь в другое место вкупе с моими высокотемпературными градусами?

Впервые за все время нашего знакомства Колтон покраснел. Зрелище это было не из приятных.

30

Дело шло к вечеру, когда я въехал на Даузеров холм в третий и последний раз. Караульный у ворот сменился, однако вооружение осталось тем же. Знакомая двустволка. После обычных переговоров и обхлопывания по карманам я был допущен под священные своды. Мой револьвер остался в запертом перчаточном отделении вместе с героином, пистолетом Спида и ножом Москита.

Салливан, кудрявый ирландец, встретил меня у дверей. Лицо его было докрасна обожжено солнцем.

— Ну как, приятно провел время в Мексике? — осведомился я.

— Плохо. Не могу есть их еду. — Он окинул меня угрюмым взглядом, словно почуял полицейский дух, идущий от моей одежды. — Что тебе надо?

— Поговорить с боссом. У меня назначено.

— Он мне ничего не говорил, — ревниво возразил Салливан.

— Может быть, он тебе не доверяет? — предположил я.

Он тупо уставился на меня, медленно соображая, насколько верна моя гипотеза.

— Ладно, давай веди к боссу, — поторопил я. — Он ужасно хочет меня видеть. Думаю, он собирается взять меня на твое место.

Даузер со своей блондинкой играли в карты в патио. Когда я вышел во дворик через стеклянную створчатую дверь, партия была в разгаре и Даузер явно проигрывал. На столе перед блондинкой лежала целая кучка выигранных взяток, у Даузера было пусто. Он был настолько погружен в созерцание своих карт, что даже не поднял глаза при моем появлении. В отличие от блондинки.

— Привет! — крикнула она, очень довольная, что может продемонстрировать себя в бикини постороннему человеку.

— Привет, — бросил я.

Даузер что-то хрюкнул в ответ. Со страшной неохотой он вытащил из веера своих карт червового короля и бросил его на стол.

42
{"b":"18691","o":1}