ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Итак, вы снова погрузили Джо — только уже мертвого — в багажник вашей машины. Замороженный труп был, наверное, весьма громоздкой кладью. Потом Даллинг и вы порознь доехали до Пасифик-Пойнта. Кейт переправил тело на «Королеву ацтеков», вывел яхту в море и сбросил труп в воду, потом достиг берега вплавь, ориентируясь на зажженные фары вашей машины. Вы отвезли его обратно в порт, где стояла его машина, после чего вы оба отправились в Лос-Анджелес. Таким образом, вы избавились от трупа и, что еще важнее, от Даузера. Ведь он наверняка решил бы, что Джо погиб, пытаясь бежать с украденным у него героином.

Однако оставалось еще одно досадное неудобство — ваш сообщник. Даллинг был полезен вам там, где требовалась физическая сила — ну, скажем, для перевозки трупов в шлюпках или вождения яхт, — но духом он был слаб, очень слаб. Вы понимали, что он не выдержит предстоящих испытаний. И, кроме того, обязательно потребует свою долю куша. Поэтому вы пошли с ним к нему домой и расплатились с ним пулей — из моего пистолета, который вы бросили в ближайшую канаву, где его непременно должны были найти полицейские. Затем вы вернулись домой и, если я вас хоть немного знаю, заснули сном праведника.

— Вы так думаете?

— А почему бы и нет? Вы отправили на тот свет двух человек и остались вне подозрений. Сдается мне, вам даже нравится убивать людей, особенно мужчин. И притягивали вас не столько деньги, сколько само убийство. Вы испытывали удовольствие, запирая Джо в морозильной камере или стреляя в Кейта и Марио. Ну а деньги были лишь благовидным предлогом — как пятьдесят долларов для проститутки-нимфоманки. Ибо убийство — ваша страсть, Галли. Этим вы и отличаетесь от нормальных людей. Потому что нормальные люди не всаживают пулю за пулей в спину мертвеца, дрожа от наслаждения. И не устраивают так, чтобы провести уик-энд наедине с трупом. Признайтесь, когда вы готовили себе еду на кухне, вас приятно будоражило то, что рядом, в морозильнике, лежит труп вашего мужа.

В конце концов я вывел ее из себя. Она подалась вперед из кресла и, оскалив зубы, процедила:

— Вы грязный лжец! Я... мне кусок не лез в горло. Видеть еду не могла. И дома сидеть — тоже. В воскресенье вечером я просто сходила с ума — оттого что он лежал там, скрюченный, весь покрытый инеем... — Она затряслась от рыданий и уткнулась лицом в ладони.

Откуда-то издалека донеслось завывание сирены.

— Все правильно, — сказал я. — В воскресенье вечером вас приезжал утешать Спид. Правда, мне он в этом не признался, пытаясь защитить вас. Что в глазах суда сделает его вашим сообщником.

Она справилась с рыданиями и пробормотала из-за прижатых к лицу рук:

— Жаль все-таки, что я не оставила одной пули для вас.

— Действительно, ведь я уже выполнил отведенную мне роль, не правда ли? Я не смог бы сделать это лучше, даже если бы получил от вас предварительные инструкции. Ну и, конечно, вы очень ловко мне ее подсунули, позвонив Даузеру во вторник утром и дав ему знать, что вы к его услугам. Поразительно, до чего вы были уверены во мне. Ведь далеко не всякий частный детектив последовал бы за вами в логово Даузера. Комедия, и только! Я не сомневался, что еду вызволять заточенную в башне принцессу. Мальчики для битья обычно этим и занимаются. А женщины, которые ими пользуются, часто совершают ту же ошибку, что и вы. Они забывают, что даже у мальчика для битья есть своя голова на плечах, пока ему ее не снесли. — Я посмотрел на труп Марио, и ее взгляд последовал за моим. Ее руки все еще были прижаты к лицу, точно она боялась, что оно развалится.

Звук сирены становился все ближе и ближе.

— Даже как-то жаль, — сказал я, — что вся ваша энергия и изобретательность пропали даром — и все потому, что вы направили их на человекоубийство. Ну а теперь, пока не приехала полиция, вы не хотите сказать мне, куда вы дели деньги? Мне нужно возвратить их клиенту, и, если я их получу, я сделаю для вас все, что могу.

— Катитесь к черту! — Глаза ее сверкнули яростью сквозь растопыренные пальцы. — Они мне ничего не сделают, понимаете, вы? Потому что ничего не смогут доказать, ни-че-го. Я невиновна, вы слышите, невиновна!

Я слышал ее.

Сирена по-волчьи взвыла на улице перед домом. В окна ударил свет фар.

36

Когда Галли увезли, помощник шерифа по фамилии Рансиволл и я целый час обшаривали дом. Марио оставил за собой кровавый след, который привел нас в пристроенный гараж. Пятна крови указали нам место, где был спрятан пистолет — за отошедшей доской в стене. Мы обнаружили там еще коробку патронов, но денег не было. Единственной интересной находкой оказалась пара черных волосков, приставших к внутренней стенке морозильной камеры на кухне. Я сказал Рансиволлу, чтобы он опечатал морозильник, и объяснил почему. Помощник шерифа пришел в профессиональный восторг.

В начале третьего я зарегистрировался в гостинице «Оазис», сняв номер на остаток ночи. Портье сообщил мне, что миссис Феллоуз еще не уехала. Я попросил его разбудить меня в восемь.

Он меня не подвел. Приняв душ и оглядев в зеркале свою щетину, я надел несвежую рубашку и нечищеный костюм и прогулочным шагом направился через лужайку к бунгало, которое занимала Марджори. Утро было ослепительным. Трава блестела на солнце, словно ее покрасили. За изгородью из пальмовых листьев в конце двора красный трактор сновал взад-вперед через рощицу финиковых пальм, волоча за собой культиватор. Высоко над коренастыми деревцами, в бездонном синем просторе, парила неизвестная птица. Узнать ее на такой высоте было невозможно, но я решил, что это орел или ястреб. И вспомнил о Галли.

Марджори завтракала на свежем воздухе, под полосатым пляжным зонтиком. На ней было японское кимоно, очень гармонировавшее если не с самой миссис Феллоуз, то с ее зонтиком. За столиком рядом с ней сидел седовласый мужчина в шортах и старательно пережевывал кусочек жареного хлебца.

При моем приближении она подняла на меня ясные глаза, сиявшие с загорелого и одухотворенного лица.

— Мистер Арчер, какой приятный сюрприз! Мы как раз говорили о вас, гадая, куда вы запропастились.

— Эту ночь я провел здесь. Я приехал поздно и не хотел вас беспокоить.

— Как он внимателен, правда? — сказала она, обращаясь к седому мужчине. — Джордж, это мистер Арчер. Мистер Арчер, это мой муж. Наверное, мне следует сказать, бывший муж. — Неожиданно для такой крупной женщины она тоненько, по-девичьи хихикнула.

Джордж встал и энергично пожал мне руку.

— Рад с вами познакомиться, Арчер. Наслышан о вас. — У него была худая впалая грудь и отвислое брюшко человека, ведущего малоподвижный образ жизни, и добрые удивленные глаза.

— Я тоже много слышал о вас, — ответил я. — От Марджори.

— В самом деле? — Он одарил любящим взглядом макушку бывшей жены. — Знаете, я чертовски нелепо чувствую себя в этих шортах. Это она заставила меня их надеть. Вообще-то я не против, но если меня увидит кто-нибудь из Толидо... — Он близоруко огляделся вокруг в поисках лазутчиков из родного города.

— Ты в них очень хорош, Джордж. Только подбери живот сейчас же. Нет, я обожаю тебя в шортах. — Она с царственной грацией повернулась ко мне: — Пожалуйста, садитесь, мистер Арчер. Вы уже завтракали? Позвольте мне что-нибудь заказать вам. Джордж, принеси мистеру Арчеру стул с веранды и закажи яичницу с ветчиной.

Старательно втянув живот и высоко вскинув голову, Джордж бодро зашагал к бунгало.

— Не ожидал встретить здесь вашего бывшего мужа, — сказал я Марджори.

— Ах, я и сама не ожидала. Но разве это не чудесно? Он увидел мое имя в газетах и первым же самолетом вылетел сюда из Толидо, как настоящий кино герой. Я чуть в обморок не упала вчера, когда он вошел. Как он все-таки обо мне печется! Я и вообразить не могла... Конечно, потом вышло как-то неловко — ему пришлось переночевать в отдельном бунгало, потому что по закону мы еще не муж и жена.

— Еще? Вы хотите сказать — уже?

— Еще, — зарделась она. — Завтра в полдень мы летим в Сан-Франциско, а оттуда доедем на машине до Рино и поженимся. В Рино это делается в два счета, а Джордж говорит, что не станет ждать ни одной лишней минуты.

50
{"b":"18691","o":1}