ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 36

Через несколько минут в дом вернулся капитан Сомервилл. Я слышал, как они с Элизабет приглушенно переговаривались перед домом, но слов не разобрал. Затем он вошел в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. Вид у него был постаревший и усталый.

— Жена сказала, что вы хотите со мной переговорить.

— Если у вас есть минута.

— Это не может подождать до утра? Сейчас вообще-то поздно...

Упоминание позднего часа вызвало у него самого зевоту. По лицу прокатились слезинки усталости и раздражения. Борода его словно выросла за день. Она заблестела под лампой.

— Это вопрос приоритетов, — сказал я. — Вы пытаетесь ликвидировать аварию на вышке, ну а...

— И небезуспешно, — перебил он меня. — Через день-другой все будет в порядке.

— Дай Бог. Я же хочу ликвидировать другую беду — прервать цепь убийств и прочих преступлений.

— Цепь убийств?

— Мне известно три убийства. Первое произошло второго мая 1945 года, когда в своей спальне была застрелена Элисон Рассо. — Сомервилл вздрогнул, но я продолжал. — Вчера вечером или сегодня утром пациент одной из лос-анджелесских больниц Нельсон Бэгли был найден в море неподалеку от дома Сильвии Леннокс. Позже на том же берегу был найден с разбитой головой секретарь Сильвии Леннокс.

Лицо Сомервилла, и без того бледное, сделалось и вовсе как мел. Он прикрыл глаза и покачнулся, но успел судорожно вцепиться мне в руку повыше локтя.

— Кто рассказал вам про Элли Рассо?

Я стряхнул его руку.

— Это знают все. К тому же, ее сын — мой клиент.

— Муж Лорел?

— Да. От Лорел нет никаких вестей, ее жизнь в опасности. Не хватало, чтобы она стала четвертей жертвой.

В холле послышалось нечто очень похожее на повизгивание собаки, которую оставили одну. Дверь открылась, и в кабинет вошла Мариан Леннокс. Она была вся в темном и двигалась неуверенно и скованно.

— Вы говорили о Лорел?

— О Лорел тоже, — сказал я.

Она двинулась ко мне, вытянув руку, словно слепая, хотя глаза ее сверкали. В них был страх.

— Вы сказали, что Лорел — четвертая жертва?

— Я сказал, что существует такая опасность. Каковую хотелось бы предотвратить.

— Ты тут явно лишняя, — сказал ей Сомервилл. — У нас с мистером Арчером очень серьезный и личный разговор. По крайней мере, мы очень хотели бы поговорить наедине.

— Извините. Я просто услышала имя Лорел и подумала, что появились какие-то новости. — Она заглянула в лицо деверя, затем в мое. — Где она, мистер Арчер?

— Это знает Гарольд Шерри. А я нет — по крайней мере, пока.

— Где Гарольд Шерри?

— Скрывается в какой-нибудь глуши со своей раненой ногой.

— А Лорел? Она с ним?

— Возможно. По крайней мере, он знает, где Лорел.

— Как нам вернуть ее?

Сомервилл, мерявший шагами комнату, оказался между нами.

— Вот как раз об этом мы с Арчером и начали говорить, Мариан. Но тут появилась ты. — Он положил руки ей на плечи и заговорил гораздо мягче. — Я понимаю, что это был для тебя за день, и не хочу показаться бесчувственным. Но я очень советую тебе лечь. Ты спала этой ночью?

— Не помню. Кажется, нет.

Она прикрыла глаза и чуть опустила голову, словно его объятие приносило облегчение. Он чуть покачал ее.

— Ты же совсем сонная. Иди спать. Не хочешь немного выпить на сон грядущий?

— Нет, спасибо. Ты очень заботлив, Бен. Но алкоголь только возбудит меня. Элизабет обещала мне таблетку.

— Пусть даст тебе пару. Я всегда принимаю две, когда не могу расслабиться.

Он развернул ее и, поддерживая одной рукой, вывел в холл. Затем наклонился и поцеловал ее в щеку. Все это выглядело очень искренне, и я вдруг увидел Сомервилла под новым утлом. Несмотря на сложные и долгие отношения с женой, он любил женщин и в старой патриархальной манере неплохо руководил ими.

Общение с Мариан успокоило и его самого.

— Извините. Но моя золовка на грани срыва. За последние тридцать часов вся ее жизнь под угрозой краха.

— Как ее муж?

— Я видел его вечером. Физически он в порядке. Но он воспринимает все это очень тяжело, а Мариан еще хуже. Без него она совсем беспомощна. Представляете, как она переносит эту неопределенность с Лорел? — Он постучал костяшками кулаков. — Мы просто обязаны ее отыскать.

— Я, похоже, вышел на след. Но вы должны мне помочь.

— Скажите, как?

— Ответив на мои вопросы.

— Попробую.

Сомервилл выглянул в холл, затем прикрыл дверь. Мы сели, едва не соприкасаясь коленями, в кресла, где недавно сидел я с его женой. Я сказал:

— Вы знали Элли Рассо?

Его лицо помертвело.

— Не буду этого отрицать. Но я хочу, чтобы вы поняли одно: все, что я расскажу вам о ней — сведения конфиденциальные...

— А я хочу, чтобы вы поняли другое: если это важные сведения, они попадут в полицию.

— Кто будет определять степень их важности?

— Мы с вами.

Сомервилл беспокойно заерзал в кресле.

— Я не согласен.

— Вы предпочитаете объясняться непосредственно с лос-анджелесской полицией? — равнодушным тоном осведомился я. — Убийство Элисон Рассо случилось на территории, находящейся под их юрисдикцией, а они не закрывают дел об убийствах за давностью лет.

Рука Сомервилла мяла и тискала нижнюю часть лица так, словно он пытался изменить его форму.

— Я не причастен к ее смерти!

— Кто же причастен?

— Подозревали нескольких, в том числе и ее мужа. Оставив Рассо, она вела довольно беспорядочный образ жизни.

— Откуда вам это известно?

— Мы виделись время от времени.

— Вы видели ее в вечер гибели?

— Нет. Тот вечер я провел с женой в доме ее отца. Оттуда я уехал прямо на корабль, который на следующее утро отплыл к Окинаве.

— Когда вы отплывали, вам было известно, что ее нет в живых?

— Нет, конечно. Спросите жену, и она подтвердит.

— Она уже подтвердила.

— Тогда в чем же дело?

— Вы сказали, что хотите помочь.

— Хочу. Но я не собираюсь решать ваши проблемы, признаваясь в том, чего не совершал.

— Тогда поговорим о том, что вы совершили. Вы были любовником Элисон Рассо?

— Не то чтобы любовником. Но я, кажется, спал с ней несколько раз.

— Кажется?

— Ну спал. Какая разница. Я тогда еще не был женат. А она ушла от мужа. Мы были друзьями. Вот и все.

— Где вы познакомились?

— Один из членов моего экипажа попросил меня помочь. Она жила в гостинице Сиэтла с мальчиком, и он заболел гриппом. Я обеспечил врача, лечение...

— Как звали этого человека?

— Нельсон Бэгли, — сказал Сомервилл каким-то плоским голосом. — Бэгли был от нее без ума. Но судя по всему, он мало преуспел. Может, потому-то он ее и убил.

— Вы точно знаете, что ее убил он, так?

— Да, пожалуй.

— А вы там были, когда это случилось?

Сомервилл глубоко вздохнул и с шумом выдохнул.

— Нет, конечно, — сердито буркнул он.

— Вы узнали о ее смерти в ту же ночь?

Он нетерпеливо выбросил вперед руку, словно отталкивая самую идею об этом.

— Я этого не говорил. Я узнал, что Элли погибла только через три недели. Мы были у Окинавы. Битва за остров еще не закончилась, а «Ханаан» доставлял нашим войскам боеприпасы и все прочее...

— Так как насчет смерти Элли?

— Я к этому и веду. Мы вышли из зоны боев на дозаправку. Это было двадцать второго мая. С танкера нам передали почту. До того, как началась заправка. Моя личная почта состояла из одного-единственного конверта с газетной вырезкой, сообщавшей о гибели Элли. Какая-то добрая душа вырезала заметку и отправила мне. — Голос его был сухим и резким.

— Вы догадываетесь, кто эта добрая душа?

— В конверте не было ничего, что помогло бы установить личность отправителя. Я перебирал разные варианты — моя жена, муж Элли... — Сомервилл бросил на меня быстрый вопросительный взгляд.

— Вряд ли это была ваша жена. Вырезку скорее мог послать убийца.

Он покачал головой:

44
{"b":"18692","o":1}