ЛитМир - Электронная Библиотека

— Здесь жарко, — хрипло произнес он.

— Мне начинает надоедать ожидание.

— Да, конечно. Я не хочу вас задерживать, господин Тейлор. — Но речь потекла сплошным потоком, как будто Брет нажал на кнопку. — Я совершенно не знал, что молодая дама замужем. Вы не должны забывать об этом. Для меня это была просто красивая девушка, которую я заметил раз или два в кафе «Золотой закат», и получилось так, что она мне понравилась, в хорошем смысле. Я чувствовал себя одиноко — мы с женой не очень счастливы друг с другом, господин Тейлор, и мне показалось, что она тоже скучает. Подумал, что было бы неплохо, если бы мы узнали друг друга поближе. Могу побожиться, что имел в виду только общение в компании.

— Вам еще придется рассказывать обо всем этом под присягой. Продолжайте.

— Вы совершенно правильно сказали, вечером двадцать третьего мая я находился в «Золотом закате», и получилось так, что я увидел ее опять. Честно говоря, она немного перебрала спиртного, и я начал слегка тревожиться за нее. «Золотой закат» — это не первоклассный ресторан, и некоторые из посетителей неразборчивы в средствах, мягко выражаясь. Ну, короче говоря, я предложил подвезти ее домой в своей машине. Как замужняя женщина — она, правда, не сказала мне об этом, — она, совершенно естественно, отказалась. И понятно, я счел свою миссию законченной. Для меня было бы лучше, если бы я тогда же выкинул все это из головы, но я этого не смог сделать, господин Тейлор. Я беспокоился за нее и наблюдал за ней. Я уже упомянул вам о своей дочери, которой скоро стукнет восемнадцать. Госпоже Тейлор было не больше...

— Бросьте эти покровительственные нотки, — грубо прервал Брет. — Уж не думаете ли вы, что я вам поверю?

Смягчившееся было лицо опять посуровело от притворного потрясения.

— Вы хотите меня обвинить...

— Я сказал, не надо об этом. Меня от этого тошнит.

Гарт опять провел платком по лицу. Брет видел, как влага проступает через мягкий шелковый воротник, облегавший мясистую шею. Может быть, в комнате и было жарко, но самому ему было холодно, не грела даже кровь. Сердце громко стучало в груди, как сухая палка о барабан.

— Продолжайте, — сказал он.

— Ну вот. Через некоторое время я увидел, что она уходит. Она не совсем твердо держалась на ногах, и я не знал, сможет ли она сама добраться до дому. Вышел вслед за ней, предложил подвезти, и она согласилась. Она не жаловалась, но у меня создалось впечатление, что ей несколько нездоровилось. В общем, я отвез ее прямо домой. Поездка на машине, казалось, пошла ей на пользу, потому что, когда мы подъехали к дому, она выглядела значительно лучше. Если хотите знать, она любезно пригласила меня зайти и выпить по рюмке вина, и я, как дурак, согласился. Когда мы поднимались по ступенькам парадного крыльца, из парадной двери выбежал какой-то мужчина. Госпожа Тейлор шла немного впереди меня, он оттолкнул ее и бросился на меня. Здоровый, ужасно сильный малый. Я пытался отбиться, но он накинулся на меня, как сумасшедший. От его удара я потерял равновесие и полетел вниз по лестнице. Когда я попытался подняться на ноги, он опять прыгнул на меня и сбил с ног на тротуаре. Я не трус, господин Тейлор, но понял, что мне с ним не сладить. Поэтому побежал к машине и уехал.

— Почему вы не вызвали полицию?

— Я подумал об этом, но, видите ли, полицейские не относятся к числу моих лучших друзей. И учтите мое положение, господин Тейлор, я абсолютно ни в чем не был виноват, но кто бы в это поверил? Вы сами в это не верите, хотя я вам рассказал, как обстояло дело. Я женатый человек, и в общем-то делать мне было там нечего. Я решил, что этот мужчина был ее мужем. Он выскочил из ее дома, и к тому же, когда он ее оттолкнул, она сказала что-то такое, что заставило меня подумать: это ее муж.

— Что же она сказала?

— Я не помню точно. Но что-то вроде: «Не трогай меня, ублюдок!» Во всяком случае, она обратилась к нему так, будто знала его. Я был уверен, что это ее муж, иначе не убежал бы таким образом. И понятно, не стал вызывать полицию. Но я не сообразил, что это не был ее муж, пока не прочитал обо всем в газетах на следующий день и не узнал из отчетов, что ее муж — офицер военно-морского флота. А тот малый был в гражданской одежде.

— Как он выглядел?

— Здоровяк вроде вас, как я уже сказал, и, кажется, очень хорошо одет. Довольно симпатичный внешне. Но я не успел рассмотреть его лицо. Было уже темно, и все случилось дьявольски быстро. Через минуту я уже валялся на спине на тротуаре, а в следующую минуту вскочил в свою машину и дал оттуда деру.

— Все равно кажется странным, что вы не обратились в полицию, — медленно произнес Брет.

— Я же объяснил. Мне показалось, что это ее муж.

— Но на следующий день, когда узнали, что он не был мужем? Когда вы прочитали в газетах, что ее убили?

— Я не посмел обратиться к полицейским, — жалобно процедил Гарт. — Скажем, я бы сообщил им об этом малом, а они не смогли бы его разыскать. Что бы тогда стало со мной? Могу ответить вам: я был бы на полпути в тюрьму Сан-Квентин и к газовой камере за убийство. Я не убивал, но не мог доказать, что не делал этого.

— В такой же ситуации вы и теперь, не так ли? Вы уверены, что мужчина, который вас избил, действительно существует?

— Побойтесь Бога! — дико закричал Гарт. — Посмотрите вот на это, если не верите. — Он указал на длинный белый рубец, протянувшийся несколько ниже и параллельно правой брови. — Этот малый чуть не выбил мне правый глаз, а на затылке посадил шишку величиной с гусиное яйцо. Да я едва сумел унести ноги от этого маньяка.

— У меня тоже есть шрамы, но они ничего не доказывают.

— Хорошо! Ладно! Я докажу вам. Поедем с Лос-Анджелес, прямо сейчас.

— Зачем?

— Я смогу доказать, что говорю правду. Мое лицо так сильно кровоточило после удара этого малого, что я вынужден был броситься к ближайшему доктору, и он наложил восемь швов на мой глаз. Может быть, вы знаете его? Доктор Ральстон. Он живет всего в двух или трех кварталах от вашего дома.

— Я его не знаю. Да и в доме этом я совсем не жил. Но мы поедем и повидаемся с ним. На улице меня ждет такси.

Гарт встал и взял широкополую шляпу жемчужно-серого цвета с сейфа, стоявшего в углу комнаты. Когда он сидел за письменным столом, то создавалось впечатление, что это крупный человек, но когда он встал, то Брет увидел низенького крепыша, нервного карапузика, у которого от страха дрожали ноги.

В такси Гарт дергался и чувствовал себя не в своей тарелке. Он пытался завести разговор о своей семье, но Брет не поддержал эту тему. Когда Гарт наконец успокоился, воцарилось молчание. Брет отвернул лицо от попутчика и смотрел на однообразные картины улиц, которые они проезжали. Проносились оштукатуренные или сборные дома, почти все одноэтажные, построенный на крошечных участках пятьдесят на шестьдесят футов, где оставалось место для квадратной лужайки перед фасадом, для сушки белья и крохотного садика за домом. Скученные дома, в которых было не больше индивидуального, чем в кроличьих клетках, полосой тянулись под полуденным солнцем, создавая картину городского смирения. Ведомые мечтой об освоении Дикого Запада, размышлял он, последние переселенцы приехали сюда со всех концов страны, со всего света, чтобы устроить домашний очаг на плоской и пустой оконечности этих улиц.

— Улица Цезаря, — вдруг произнес Гарт. — Скажите, это не ваша улица? Вон там ваш дом, не так ли?

— Правда? — Брег покрутил во все стороны головой и в заднем стекле на мгновение увидел оштукатуренное бунгало, на которое показывал Гарт. Оно было таким же, как все остальные дома, Брет никогда не видел его.

Гарт с любопытством посмотрел ему в лицо.

— Вы не узнаете своего собственного дома?

— Я сказал вам, что никогда здесь не жил. Жена купила его, когда я находился в море.

Вдруг ему почудилось, что он все-таки видел этот дом той ночью, когда Гарт побывал там. Та ночь все еще оставалась пробелом в его памяти. Все, что он знал о ней, было известно ему с чужих слов, но это Гарта не касалось.

27
{"b":"18693","o":1}