ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мэй МАКГОЛДРИК

КОРОЛЕВА-БЕГЛЯНКА

Пролог

Антверпен. Нидерланды

Март 1528 г.

Пусть! Пусть теперь шотландцы приезжают.

Черный плащ бежавшей по улицам женщины бился вокруг ее хрупкой фигуры, как крылья раненого ворона. Мария, королева Венгрии, тяжело дыша, остановилась на минуту и отступила в мрачную тень угрюмых каменных домов.

Зыбкий свет фонаря выхватил из тьмы мокрую брусчатку мостовой. Молодая королева отчаянно желала раствориться в холодной ночной мгле, стать в ней невидимой. Она прислушалась — погони как будто не было. Мария побежала к мрачным стенам возвышающегося над спящим городом замка.

Она оглянулась — теперь ей был виден лишь шпиль собора. Путаясь в лабиринте улиц незнакомого ей города, она искала ориентиры, на которые ей указали.

По обе стороны улицы мрачно темнели угрюмые здания, сырой холодный воздух затруднял дыхание. Светало. Собрав последние силы, Мария помчалась дальше. Казалось, что она, едва касаясь ногами мокрого булыжника, почти летит по воздуху.

Миновав еще один поворот, Мария замедлила бег. Перед ней открылась соборная площадь. Там, за стенами собора, возвышающегося в предрассветных сумерках гигантской темной глыбой, — гавань. Только бы успеть. Успеть добежать до нее, пока дворец не пробудился от сна, пока не наступил час отлива.

У одного из причалов ее ждет баркас. Он доставит Марию к тете — на крепкое судно, готовое мериться силами с морем, которое увезет их прочь от этой свадьбы и ненавистного брака.

Мария быстро пересекла безлюдную площадь. Она успеет. Должна успеть. Она уже вдыхает солоноватый морской воздух. «А шотландцы, — подумала со злорадством, — теперь пусть приезжают».

1.

Замок Стирлинг. Шотландия

Май 1528 г.

Клетка, даже если она золотая, все равно клетка.

Джон Макферсон, адмирал королевского флота, стоял спиной к тлеющему в камине огню, наблюдая, как в напряженной тишине молодой король наконец перестал беспокойно вышагивать по комнате и остановился у одного из окон, выходивших во двор замка. Проследив за взглядом шестнадцатилетнего монарха, Макферсон понял, что тот с восхищением следит за распарывающим серое шотландское небо черно-сизым вороном.

В это время у противоположной стены Арчибальд Дуглас, граф Ангус, закончив читать последний документ, с удовлетворением огладил свою длинную черную бороду. Аккуратно сложив бумаги, могущественный лорд, прежде чем капнуть воском на пергамент, поднял глаза на заглядевшегося в окно монарха.

На губах лорд-канцлера, опускающего в мягкий воск королевскую печать, мелькнула снисходительная улыбка.

— Эта грамота позволит сэру Джону беспрепятственно доставить твою невесту, Кит. Я хотел сказать, Ваше Величество, — поправился Арчибальд, заметив, что короля передернуло от фамильярности лорда.

Джон Макферсон, скрывая свой гнев, с беспристрастным лицом продолжал следить за разворачивающейся на его глазах сценой. Король вызвал его во дворец, чтобы возложить на него миссию чрезвычайной важности. Проведя всего лишь несколько минут с этими двумя, Джон понял, что чудовищные сплетни, которые ему довелось слышать за пределами дворца, вполне обоснованны. Арчибальд Дуглас, граф Ангус, глава могущественного клана Дугласов, лорд-канцлер Шотландии, член королевского совета, бывший муж королевы Маргарет, действительно буквально держит в заточении своего пасынка короля Джеймса.

Канцлер повернулся к молчавшему адмиралу.

— Сэр Джон, император Карл ожидает прибытия вашей флотилии в Антверпен не позднее конца месяца. Вряд ли стоит напоминать, что, доверяя доставить морем свою сестру Марию, королеву Венгрии, он оказывает нам большую честь.

— Да, милорд. — Джон бросил взгляд на короля.

— Его Величество проведет Пасху в замке Фолклэнд, — продолжал Ангус. — Но если я вам понадоблюсь, вы найдете меня на юге, мне нужно навести порядок на границе.

Король повернулся к Джону, взгляды их встретились.

Глаза юноши вспыхнули. Джон Макферсон мысленно вернулся на много лет назад. Король был еще ребенком, когда лишился своего венценосного отца, погибшего в битве с англичанами при Флодден-Филд. Благодаря самоотверженности одной мужественной женщины и преданности нескольких шотландских аристократов, сохранивших верность королевскому флагу, наследный принц был благополучно переправлен через горы и попал в заботливые руки людей, столько сделавших для его возвращения. Наконец-то он попал в объятия королевы-матери. Без малого двух лет от роду Кит стал Джеймсом Пятым, королем Шотландии и Западных островов.

Именно тогда, в день коронации, Джон Макферсон увидел его впервые. Маленький мальчик сидел на троне, и никто из преклонивших перед ним в присяге на верность колено не сомневался в том, что этот малыш со временем станет достойным правителем страны, пребывающей сейчас в упадке. На протяжении всей утомительной и долгой церемонии маленький Кит, оставаясь серьезным и спокойным, доказал, что в его жилах течет благородная кровь Стюартов и что он обладает мужеством и стойкостью своих знатных предков. Что он сумеет выстоять. Выстоять и спасти Шотландию от ее врагов. Спасти от самой себя…

Король подошел к Джону, не обращая внимания на канцлера, еще не закончившего свою речь.

Лорд-канцлер женился на вдовствующей королеве для того, чтобы заполнить вакуум власти, образовавшийся в Шотландии после сокрушительного поражения в битве при Флодден-Филд. Все в Шотландии понимали, какую силу принесет этот союз клану Дугласов. Так и случилось. Брак с королевой дал графу Ангусу полный контроль над юным королем, постепенно привел его к неограниченной власти и дал возможность править страной от имени монарха.

До ушей Джона доходили слухи, что, после того как королева обратилась к папе с просьбой аннулировать этот брак, лорд-канцлер делал все, что было в его силах, чтобы упрочить власть над молодым королем, жестко руководя им во всем.

Джон знал и то, что ни у кого не хватит сил тягаться с лорд-канцлером. Немногим более года назад была предпринята попытка мятежа в Линмитгоу, но она потерпела поражение. Потопив недовольство в крови, Ангус утверждал, что пошел на это в интересах короля.

Рыжеволосый юноша остановился перед Джоном, и, хотя адмирал склонился в поклоне перед молодым монархом, их взгляды были прикованы друг к другу.

— Ты считаешь меня слабым, Джек Большое Сердце? — тихо спросил король.

Джон улыбнулся. Он давно не слышал своего прозвища. Когда юный Джеймс находился под опекой королевы-матери, он имел полную свободу, и Джон учил его ходить под парусом. Они провели вместе целое лето, и прозвище, которым наградили Макферсона матросы, стало своеобразным паролем между ним и королем. Теперь уже мало кто помнил его, а еще меньше людей рискнули бы столь фамильярно обратиться к могущественному адмиралу. Да практически никто, кроме молодого монарха.

— Значит, считаешь… — Так расценил король его молчание.

— Никоим образом, — возразил Джон. — Вас просто загнали в ловушку.

— Мой отец поступил бы иначе?

— Не надо сравнивать. У вашего отца была собственная судьба. Он не был оторван от своего народа, не пребывал практически в заточении, — продолжал Джон. — Я очень чтил Его Величество, хотя у него были свои слабости.

— Но он до конца оставался солдатом. Он обладал большим мужеством. Как и ты. — Джеймс взглянул на клетчатый плед, перекинутый через плечо своего подданного. — Если бы на моем месте был ты, то никогда бы не согласился…

— Но, милорд…

— Джек Большое Сердце, — прервал его молодой король, — ты был почти моим ровесником, когда сражался рядом с моим отцом на Флодден-Филд. Ты обладаешь мужеством, сильной волей, добрым сердцем. У меня же, друг мой, нет этих достоинств, впрочем, как и многих других.

1
{"b":"18701","o":1}