ЛитМир - Электронная Библиотека

Александр захохотал, когда Суон выбил у него из рук сельдерей.

– О, моя голова! - застонал Суон, поднимая один из стеблей сельдерея и изобразив идущего по столу хромого. - Она в огне! Ой-ой-ой!

Александр чуть не валялся со смеху.

Ровена обменялась взглядами с Фатимой, которая сидела рядом с Александром, заканчивая миску гороховой каши с луком.

Завидев Страйдера, Суон тут же бросил сельдерей и сел прямо.

– Не играй едой, - строго приказал он Александру, изумленному столь внезапной переменой в поведении Суона, и бросил в сторону Страйдера свирепый взгляд. - Я уже ухожу.

Страйдер встретился глазами с Ровеной и рассмеялся:

– Опять играл в пылающую ветвь сельдерея?

– И часто он так? - спросила она.

– Бывает, но если он пытается развлечь ребенка, это пугает куда меньше, чем когда он играет сам с собой.

Ровена тоже засмеялась. Страйдер присел на корточки перед Александром. Мальчишка беспокойно дергал себя за ухо, пока Страйдер не протянул ему маленькую деревянную игрушку.

– Эдвард! - закричал Александр, схватив рыцаря. - Где ты его нашел?

Ровена заметила, как лицо Страйдера исказила гримаса боли, когда мальчишка поцеловал деревянную фигурку.

– Твой дядя прислал его тебе. Он велел передать, что Эдвард скучал по тебе.

Ровена внимательно наблюдала за выражением лица Страйдера. Он явно чего-то недоговаривал.

– О, Эдвард! - Александр прижал к себе игрушку. - Я думал, что навсегда потерял тебя. Но теперь все в порядке. Мы снова вместе и можем сразиться с драконами и… - он взглянул на стол, по которому Суон раскидал овощи, - с сельдереем.

Александр занялся рыцарем, и, улучив подходящий момент, Ровена отозвала Страйдера в сторонку.

– Откуда у тебя эта кукла?

Страйдер пожал плечами, не отводя взгляда от занятого игрой Александра. И вдруг он понял, отчего Александр так напоминал ему Демьена… и эти карие с зеленым глаза, и цвет, и форма которых прямо-таки вопиют: Демьен - отец мальчика. На Страйдера словно снизошло озарение. Теперь все стало ясно. И почему Демьен хранил Эдварда, и отчего он расхохотался, когда Страйдер спросил его, не собирается ли он угрожать ребенку.

Но если Демьен так сильно ненавидел его, зачем послал своего сына к нему на воспитание? Разве что боялся, не пронюхают ли сарацины правду о его отцовстве.

Но почему в таком случае он не отвез мальчика в Париж, к себе домой? Там весь двор приглядывал бы за ним и охранял его денно и нощно. Хотя на деле все, наверное, не так просто, как кажется.

Должно быть нечто такое, чего Страйдер не знал о Демьене. Он наверняка упустил что-то из виду.

Если они были правы, если Демьен и есть тот самый Скорпион, тогда любое правительство может превратить ребенка в заложника и воспользоваться им против Демьена, ведь мальчик наполовину француз, наполовину англичанин.

Несчастный Демьен! Однако надо отдать ему должное. Кому придет в голову обратить взгляд в поисках наследника Демьена в сторону его заклятого врага? Блестящий ход.

И еще одно - с Демьеном надо держать ухо востро.

– Страйдер, - дернула его Ровена. - Прошу тебя, скажи, что происходит.

Он взял ее за руку и поцеловал нежные пальчики.

– Не могу, Ровена. У меня нет полной уверенности, и я не хочу подвергать ребенка опасности, выдвигая ничем не подкрепленные версии. - Он бросил взгляд на прислугу, которая делала вид, что не обращает на господ никакого внимания. Но обычно это лишь видимость. У слуг вечно ушки на макушке, а языки - что помело. Если не всегда, то слишком часто.

Должно быть, Ровена уловила его настроение. Она согласно кивнула, вернулась к Александру и включилась в игру. Страйдер в раздумье наблюдал за ними.

Слова Суона снова зазвучали у него в ушах. Рыцарь прав. Он не может жениться на ней и бросить ее на произвол судьбы. Стоит ему уехать, как она тут же превратится в открытую мишень для всех, кто только пожелает связать его по рукам и ногам.

Но теперь, когда у него есть Александр…

– Отец?

Он посмотрел на мальчика: -Да?

– Мне нужно на горшок.

– Куда мне его проводить? - поднялась Фатима.

– Я сама. - Ровена протянула мальчику руку. - Никто не набросится на ребенка, если я буду с ним.

И они быстро удалились, рука в руке.

Фатима вернулась к своей еде, а Страйдер тем временем поставил Эдварда на ноги у доски-подноса Александра.

– Милорд? - позвала Фатима. - Могу я покорно спросить вас, почему вы смотрите на Александра с такой грустью? Он хороший мальчик, и хлопот от него мало, не то что от других детей его возраста.

– Знаю, Фатима, - ответил Страйдер, играя с руками солдатика. - Просто я никак не могу решить, как можно выполнить сразу две задачи: спасти мир и воспитать своего сына.

– Что вы хотите этим сказать?

– В мире слишком много зла, от которого нужно уберечь и его, и многих других. Как я могу сражаться с этим злом и одновременно защищать своего ребенка?

Эти слова окончательно поставили старушку в тупик.

– Что-то я никак не пойму вас, милорд. Вы хотите в одиночку, с одним-единственным мечом в руках, сразиться со всем злом мира? Это, конечно, хорошо. Но когда вы покинете этот мир, с вами уйдет и ваш меч. Так что по мне с плохими людьми сражаться нужно, и это, конечно, достойное дело, но куда важнее вырастить хорошего человека. А еще лучше воспитать нескольких. Тогда после вашей смерти на земле останется целое поколение, которое станет сражаться за правое дело.

Мудрость этой простой женщины поразила Страйдера, задела глубоко скрытые струны его души.

– Спасибо тебе, Фатима. Мне никогда не приходило в голову посмотреть на это с такой стороны.

Она кивнула и снова обратилась к своей миске.

Страйдер стоял и молча обдумывал ее слова. Именно это имела в виду Зенобия, когда говорила о Саймоне. Хотя надо отдать Фатиме должное, Зенобия никогда не отличалась таким красноречием и не облекала свои мысли в подобные формы.

Да, ему есть за что сразиться. И на этот раз Братство тут ни при чем.

Глава 17

В заботах и хлопотах день пролетел незаметно. Страйдер познакомил Александра и Фатиму со своими людьми, показал им замок, заказал для них у заезжего портного новую одежду: не дело разгуливать на турнире в одеянии, столь резко выделяющемся на фоне нарядов всего остального собравшегося здесь народа.

На закате Фатима ушла помолиться, оставив задремавшего Александра под надзором Ровены в ее собственных покоях.

Пока сын спал в кровати, о которой Страйдер мог только мечтать, отец собрал у себя в палатке совет.

– Что-то не так, да? - угрюмо, но настырно поинтересовался Уилл, занявший позицию у письменного стола. - Я это нутром чую.

– Нет, - возразил ему Страйдер. - То есть не совсем. Стоявший у входа Суон - руки сложены на груди - презрительно хмыкнул:

– Это все та дамочка. У него от нее мозги набекрень.

– Дело не в Ровене! - гаркнул Страйдер.

– Тогда в мальчишке. - Уилл бросил взгляд на Рейвена. - Мы можем отослать его…

– И не в Александре, - резко оборвал Уилла Страйдер.

– Тогда зачем мы здесь? - подозрительно уставился на него Суон.

– Потому что мне надо перекинуться со всеми вами парой слов. Я уже давно думаю о нашем будущем.

Суон выругался:

– Значит, дело все же в Ровене. Ты хочешь жениться на ней. Я знаю.

– Не только в Ровене, - покачал головой Страйдер. - На повестке дня много других вопросов.

Например, продолжать нам дело нашей жизни или нет, - заявил Рейвен, усаживаясь за стол Страйдера. - Знаешь, Суон, Страйдеру не обязательно контролировать каждый наш шаг. Мы и без его руководства обойдемся.

– Прикуси язык, крысеныш! - раздул ноздри Суон. - Ты сам не знаешь, что несешь.

– Нет уж, пусть парень выскажется, - встрял Вэл. - Несправедливо заставлять Страйдера отдать нашему Братству всю свою жизнь без остатка. Тогда нельзя было и Саймону позволять жениться на Кенне.

57
{"b":"18707","o":1}