ЛитМир - Электронная Библиотека

Прошел почти час после того, как Джек запер ее, предоставив страшиться за свое будущее. А оно виделось чем-то ужасным. Она трепетала перед неопределенностью. Бедный Джастин, он будет во всем обвинять себя. Не будет знать покоя, пока не отыщет ее, в какое бы состояние ни поверг ее Джек. В глубине души ей хотелось бы обвинить Джастина, но она понимала, что сама согласилась на эту ужасную проделку. И она же опознала Черного Джека.

– Надо было слушаться Джастина! – прошипела она.

Он предупреждал ее об опасности, но она была так самонадеянна, что не послушалась. Когда она научится подчиняться жениху и отцу? Сколько еще раз потерпит фиаско, пока не поймет, где ее место?

Дверь каюты открылась. Лорелея вскочила.

Вошел Черный Джек. Его лицо по-прежнему покрывала щетина, но он помылся и переоделся, от него исходил запах мыла, сандалового дерева и мужчины. Черные кюлоты, плотно облегавшие крепкие ноги, были заправлены в блестящие сапоги с серебряными вставками. Черная хлопковая рубашка была расстегнута у ворота, открывая загорелую грудь, поблескивающую в свете свечи.

Длинные светлые волосы, собранные в хвост, резко контрастировали с черной одеждой.

Лицо было суровое, упрямое и хищное. Если не думать о том, кто он и что он, он был бы невероятно красив.

– Что вам надо?! – выпалила она, выставив между ними стул.

– Все еще не доверяете мне, – с горькой улыбкой сказал он.

– А разве я должна доверять? Он посерьезнел.

– Нет, не должны. – Он двинулся к ней.

Она попятилась, пока не уткнулась в стену. К ее удивлению, он остановился и выложил на стол маленький медный ключ. Посмотрел на нее, пронзив холодным, серьезным взглядом.

– Это единственный ключ от этой каюты.

Лорелея посмотрела на ключ, отливавший золотом при свете свечи.

– Если пожелаете, можете запереться на все время поездки.

Она подняла глаза на Джека:

– Вы действительно не собираетесь меня насиловать?

Джек стиснул зубы, закрыл глаза, как человек, безуспешно старавшийся набраться терпения.

– Нет, Лорелея, я не собираюсь вас насиловать.

Может ли она ему верить? Он сам говорил, что верить ему нельзя.

– Выходит, все это – тонкая игра? Вы хотите, чтобы я вам поверила, а вы потом предадите меня и будете мучить?

– Наслушались историй обо мне, да?

– Но ведь они правдивы, не так ли?

Он пожал плечами:

– Зависит от того, кого вы спрашивали. За годы жизни я понял, что правда никогда не бывает простой. Каждый человек оценивает жизнь по-своему.

Она вспомнила, каким он был на приеме – все с легкостью поверили, что он аристократ. Тогда он был частью ее мира. То же выражение стоической надменности остается у него и здесь, на борту судна, где он обладает абсолютной властью. Прийти без приглашения на прием к ее отцу было актом несказанной самоуверенности и смелости, но он, наверное, знал, что никто не бросит ему вызов, – наверное, он много раз это проделывал, и его ни разу не разоблачили.

Таков был ее первый взгляд вглубь этого человека.

– Вы любите играть людьми и пренебрегать тем, как они вас воспринимают?

Он не ответил. Лорелея стрельнула глазами на дверь, прикидывая, удастся ли убежать, если он на нее набросится. Но прежде чем она сделала хоть одно движение, он подошел ближе и прикоснулся к ее щеке.

Легкое касание и горячий взгляд удержали пленницу. Пальцы были теплыми, а ее кожа – холодная.

– Маленькая Лорелея, – выдохнул он. – Названа в честь богини и обладает силой воина. Я не хочу, чтобы вы меня боялись, – прошептал он, и она почему-то успокоилась. Вопреки всему, когда он говорил, она ему верила.

– Чего вы от меня хотите? – спросила она.

Глаза скользнули к ее губам; когда он заговорил, голос был приветливый и теплый.

– Я хочу, чтобы вы знали – на моем корабле никто не причинит вам зла. В особенности я.

Слова окружили ее как раковиной. Что в этом человеке есть такого, что ей хочется доверять ему? Его запах, тепло его тела кружили ей голову, а нежность, с какой он притрагивался к ней, вызвала в глубине ее души вспышку, которая испугала ее больше, чем его свирепая репутация.

Он наклонил голову туда, где мог бы почувствовать под пальцами биение ее сердца.

– Здесь нет страха? – тихо спросил он.

– Есть немного.

Он засмеялся, услышав ее искренний ответ.

В дверь постучали, и Лорелея остро ощутила интимность этого жеста. Джек отступил на шаг.

– Войдите, – откликнулся он.

Вошла высокая черноволосая женщина с ворохом одежды. На ней была широкая юбка и золотистая блузка без рукавов. Она была на год-другой старше Лорелеи, очень красивая; распущенные волосы окружали смуглое лицо.

– Вот, – сказала она, в речи слышался акцент уроженки Карибского бассейна, – украл девушку у семьи. Ты должен стыдиться, капитан Джек. Напугал ее до смерти.

К удивлению Лорелеи, Джек выглядел оробевшим.

– Тебе лучше уйти, – сказала она Джеку. – Тарик говорит, британцы близко, ты ему нужен наверху, скоро бой.

Сгрузив на стол кипу одежды, она вышла.

– Бой? – с бьющимся сердцем переспросила Лорелея.

Черный Джек небрежно пожал плечами:

– Что поделаешь, война. Наш корабль выходит из оккупированного порта среди ночи...

– Как вы можете смеяться? – сказала она, заметив веселый блеск в его глазах.

– Не бойтесь, Лорелея. Вам не о чем беспокоиться.

– О смерти! – выкрикнула она. – О смерти каждый беспокоится.

Он приложил руку к сердцу:

– Отбрось страх, о прекрасная дева. Ради твоей безопасности я сокрушу эти корабли. Я отправлю их на дно океана, откуда они не смогут подняться и угрожать самой нежно любимой особе.

Он взял ее правую руку и с низким поклоном поцеловал. Горячее дыхание обожгло кожу, и она прикусила губу, чтобы подавить странное неуютное чувство, вызванное вполне невинным жестом.

– Прощай, прекрасная дева. – Он выпрямился и посмотрел на нее жарким взглядом. – Но прежде чем я тебя покину и уйду на смертный бой, подари мне поцелуй. – Она не успела возразить, как он обнял ее за талию и впился в нее губами.

Под умелым поцелуем ее голова запрокинулась. Окруженная запахом океана и мужчины, ощущая крепость его мускулов, она оцепенела. Никогда Джастин так ее не целовал! К нему она никогда не испытывала таких чувств! Поцелуй отозвался во всем теле, зажег огонь в крови и вызвал боль в сокровенных местах.

Когда ей казалось, что ноги уже не держат ее, он отстранился и посмотрел ей в глаза.

– Теперь, если мне суждено умереть, я умру счастливым.

– Вы сумасшедший, – выдохнула она.

– Нет, дражайшая Лорелея, я просто мужчина, который сорвал райский фрукт. И если судьба будет милостива, завтра я прильну к пикам. – Он опустил взгляд на грудь, затем посмотрел ниже. – И к долине.

– Никогда! – выдохнула она. Он улыбнулся еще шире.

– «Никогда-никогда-никогда... – Его рука легла на лиф тонкого полотняного платья, украшенного рядом пуговиц. – Умоляю, расстегни мне эту пуговицу».

Пылая от гнева и смущения, Лорелея вдруг сообразила, что это цитата из «Короля Лира». Она почувствовала благодарность к отцу за то, что он рьяно заставлял ее учить Шекспира.

– «Поди прочь, старый мошенник, глаза б мои на тебя не глядели!» – язвительно сказала она.

Джек засмеялся низким, сочным смехом, он прозвучал для нее музыкой.

– Вы поменяли роли местами.

Только она собралась отбрить его, как послышался пушечный выстрел. Джек кинулся к двери.

– Прекрасных мыслей и счастливых вам часов, – проговорил он, обернувшись.

Ошеломленная, Лорелея осталась стоять посреди каюты. Она не понимала, как ей вести себя с этим человеком. С одной стороны, он обладал утонченностью джентльмена, позволявшей ему цитировать великого барда, с другой – он известный убийца. Его имя было синонимом смерти.

– Не обмирай, здесь не так уж плохо. – Вновь вошла та женщина и с самым дружелюбным видом подошла к Лорелее. – Меня зовут Кейси.

8
{"b":"18708","o":1}