ЛитМир - Электронная Библиотека

Эмили смело прижалась губами к колючей щеке Дрейвена. Он провел рукой по ее груди и слегка сжал ее. Эмили почувствовала, как он весь, дрожит. Она вздрогнула от странного ощущения, а Дрейвен обхватил ее грудь еще сильнее и, опустив голову, поцеловал затвердевший сосок.

Ах, как это было чудесно! Сильный и властный мужчина обнимал ее и дарил наслаждение. Эмили никогда не испытывала ничего подобного, и в этот миг она поняла, что не успокоится до тех пор, пока Дрейвен не будет принадлежать ей.

Он засунул руку за вырез платья и коснулся груди. Эмили показалось, что от наслаждения она потеряет сознание.

Дрейвен застонал, ощутив в ладони тяжелую грудь. Голова у него шла кругом. Он прижал Эмили к стене и впился поцелуем в ее губы, а Эмили обхватила его лицо руками, смутно осознавая, что он поднимает подол ее платья. От его прикосновения к ее ягодицам кожа у нее вспыхнула. И прежде чем она что-то осознала, он прикоснулся к ней там, где никто еще не прикасался.

– О Дрейвен! – простонала Эмили и слегка потерлась о его руку.

Услышав свое имя, Дрейвен вдруг замер.

Еще мгновение – и он…

Прошептав проклятие, он оторвался от Эмили.

Она рванулась к нему, но он остановил ее, схватив за руки. Губы у нее припухли от страстных поцелуев. Заглянув в ее затуманенные страстью глаза, Дрейвен понял, что она хочет его не меньше, чем он – ее.

Но овладеть ею означает подписать себе смертный приговор.

– Неужели ваша ненависть ко мне так велика, что вы готовы пожертвовать своей девственностью, лишь бы видеть меня мертвым? – резким тоном спросил Дрейвен.

Эмили растерянно заморгала:

– Я не испытываю к вам ненависти, Дрейвен. Как могу я вас ненавидеть?

– Мне кажется, что правильнее было спросить, как вы можете не ненавидеть меня.

Глава 11

Она стояла, ошеломленная, на крепостной стене и смотрела вслед удаляющемуся Дрейвену. Как может он не видеть того, что она сама видит?

«Вы меня совершенно не знаете».

В этих словах была правда, но все же…

Эмили видела достаточно, чтобы понять, что Дрейвен – добрый человек. И пусть он не знает, что ему нужно, – она это понимает.

Эмили вспомнила слова Дрейвена, обращенные к отвратительной парочке, сопровождавшей Рейнольда.

Решительно выпрямившись, она проговорила в ту сторону, куда ушел Дрейвен:

– Вам не найти такого уголка, милорд, где я не отыщу вас. Вы еще узнаете, что я упряма, и это так же верно, как то, что днем светит солнце, и если я что-то вобью себе в голову… Возможно, вы сделаны из железа, но я еще крепче вас. Я завоюю вас. Вот увидите.

Эмили коснулась его губ кончиками пальцев. Дрейвен отвечал на ее поцелуи со страстью. Это могла почувствовать даже невинная девушка. А если он желает ее, значит, у него есть к ней какие-то чувства. Неплохо для начала.

Именно это ей нужно, и она этим воспользуется.

Дрейвен зло стиснул зубы. Он испытывал противоречивые чувства – гнев, нежность, муки и наслаждение. Он нарушил слово, данное Генриху, но хуже было то, что весь он был охвачен желанием. Мыслями он все время возвращался туда, на крепостную стену, и вспоминал, как держал Эмили в объятиях. Как она возбуждающе стонала от его прикосновений.

Господи, она чуть было не заставила его овладеть ею!

«В мужья». Эти слова до сих пор звучали у Дрейвена в ушах, а губы его горели от невинного поцелуя Эмили.

О чем она только думает?

Ее отца разбил бы паралич, узнай он о планах дочери. Право, даже стоило бы сказать об этом Хью, чтобы убрать его с дороги.

Ну ладно, пусть себе питает глупые надежды. Хотеть еще не значит сделать. И теперь, когда известны планы Эмили, он, Дрейвен, будет вести себя с еще большей осторожностью.

Он больше никогда не прикоснется к ней. Ни к ее руке, ни даже к краю рукава. Да, отныне он будет избегать общения с ней. По мере возможности.

На другое утро, когда Дрейвен спускался по лестнице, Эмили, шедшая за ним следом, споткнулась и упала на него всем телом.

Этого было достаточно, чтобы посрамить его хваленую волю, потому что все воспоминания о вчерашнем вечере разом обрушились на него.

Дрейвен с пугающей четкостью вспомнил, как обнимал Эмили, он даже ощутил словно наяву вкус ее губ, услышал ее шепот.

– С вами все в порядке, милорд? – осведомилась Эмили, щекоча ему шею своим сладким, теплым дыханием. – Я вас не заметила.

В глазах у нее блестели озорные огоньки. Чертовка, все подстроила нарочно, подумал Дрейвен. Она так и не отстранилась от него, и ее губы оставались в опасной близости от его губ.

– Я так рада, что вы здесь, – продолжала лепетать Эмили, – иначе я бы скатилась вниз по ступенькам и сломала бы себе шею.

Дрейвен не мог вымолвить ни слова. Его руки лежали на пышной груди Эмили, ноги переплелись с ее ногами. Он чувствовал, как бьется у него под рукой ее сердце, а когда она отодвинулась, ее бедра скользнули по той части его тела, которая больше всего жаждала ее.

Дрейвен резко дернулся и по лицу Эмили понял, что она почувствовала, как он возбужден. Она вся зарделась.

Румянец очень шел ей.

– Благодарю за вашу галантность, милорд. Отныне я буду называть вас героем моего сердца.

Дрейвен наконец обрел дар речи.

– Вы делаете мне слишком много чести. Я даже не знал, что вы здесь, пока вы не упали на меня.

– Вот как? – удивилась Эмили.

Дрейвен смотрел, как она оправляет на себе юбку, при этом так плотно натягивает ткань на бедрах. Затем она наклонилась, явив взгляду верхнюю часть груди.

Он вспомнил, как сжимал в руках эти волнующие прелести, и ему сделалось совсем дурно.

– Надеюсь, вы простите мою неловкость, – проговорила Эмили и выпрямилась. – Я очень торопилась, чтобы на этот раз не заставлять вас ждать.

– Очень любезно с вашей стороны, – сказал Дрейвен.

Лучше бы она заставила его прождать еще недели две, чем снова разжигать огонь в крови. Дрейвен слегка посторонился.

– Милорд, вы ведете себя так, будто боитесь меня, – с упреком заметила Эмили.

От такого замечания Дрейвен окаменел на месте.

– Я никогда не боялся ни одного мужчины.

– Но я не мужчина.

– Вы думаете, я настолько глуп, что не вижу этого? – Дрейвен сердито посмотрел на Эмили.

Заметив изменения в его голосе, она удивленно подняла четко очерченную бровь.

– Ну, судя по тому, как вы со мной обращаетесь, мне иногда кажется, что это именно так.

Поняв, что проиграл, Дрейвен слегка стушевался.

– Вы меня извините… – пробормотал он.

– Ну вот, – с торжествующим видом произнесла Эмили. – Пожалуйста.

– Что – пожалуйста? – недоуменно спросил Дрейвен.

– Вы обращаетесь со мной, как будто я не женщина.

Дрейвен почувствовал, что у него начинает болеть голова.

– Скажите, пожалуйста, а как я с вами обращаюсь?

На лице Эмили появилось странное выражение.

– Не знаю.

– Не знаете? – переспросил Дрейвен.

– Не знаю, – повторила Эмили невинным голосом.

– Тогда о чем мы спорим?

– А почему бы и нет? – насмешливо заметила Эмили.

Дрейвен подозрительно посмотрел на нее:

– Вы флиртуете со мной, не так ли?

– А если и так?

– Тогда я просил бы прекратить это.

– Почему?

– Потому что это меня раздражает, – резко ответил Дрейвен и стал спускаться по лестнице вниз.

– Уж лучше вызывать у вас раздражение, чем равнодушие, – произнесла ему в спину Эмили и двинулась следом. – Вы ведь все утро только этим и занимались. Тем, что сохраняли ко мне равнодушие?

– А если и так? – спросил Дрейвен не оборачиваясь.

Эмили вздернула подбородок:

– Тогда я просила бы прекратить это.

Дрейвен в отчаянии прижал руку к виску и остановился внизу лестницы.

– Как вы это со мной делаете? – спросил он, обернувшись.

– Что я делаю?

– Описываете круги вокруг меня. Честное слово, у меня уже кружится голова.

– Может быть, голова у вас кружится отчего-то иного? – спросила Эмили волнующим голосом и остановила взгляд на губах Дрейвена.

29
{"b":"18709","o":1}