ЛитМир - Электронная Библиотека

Парнишка шмыгнул носом и выразительно мотнул головой:

– Не мне об этом говорить. С вашего позволения, мэм. – И, опасаясь дальнейших расспросов с ее стороны, он резво припустил по коридору к лесенке. Еще одна тайна. Серенити затворила дверь и подошла к окну. Ей так нравилось разгадывать загадки, приподнимать завесу тайн. Но как за это взяться?

Разумеется, Морган в качестве источника информации никуда не годится. Из него слово клещами не вытянешь. Джейк тем более – его она боится пуще смерти. Что же предпринять?

Придется, набравшись терпения, отыскать среди матросов такого, кто не прочь поболтать о том о сем, как и она сама. И разговорить его. Задать ему несколько хорошо продуманных вопросов, чтобы его прорвало, как старые мехи, наполненные молодым вином. Решено. Утром она этим и займется.

Развернув нарядное платье в бело-розовую полоску, только что принесенное Китом, она обнаружила, что в него были тщательно увязаны панталоны и корсет. Серенити покраснела. Ничего удивительного, что парнишка не знал, куда глаза девать от смущения. Она сама едва ли бы решилась произнести вслух названия этих предметов дамского туалета. Бедняга Кит!

Она начала было стаскивать с себя рубаху Моргана, но внезапно решила, что переоденется утром. Ей не хотелось расставаться с этой вещью, которая напоминала о нем. В этой льняной рубахе она чувствовала себя словно в его мужественных объятиях.

Убрав платье и белье в сундук, она улеглась на койку и с наслаждением вытянула усталые ноги. Но тотчас же едва не подпрыгнула при мысли, что это ведь его кровать, он спал здесь много ночей кряду, тело его покоилось на этом тюфяке, он согревался под этим покрывалом…

Засыпая, он наверняка мечтал встретить поутру еще один британский корабль, чтобы атаковать его…

– О нет! – простонала она. Теперь только ей пришло в голову, что Морган вряд ли рад ее вторжению в свою жизнь. Ему ведь пришлось устраиваться на ночлег в какой-то другой каюте, уступить ей комнату с привычными для него вещами, с таким роскошным видом на море.

И где, интересно, он проведет нынешнюю ночь? Какие мысли посетят его перед тем, как он погрузится в сон? Вряд ли он подумает о ней что-либо лестное.

Нет, хотя она и не виновата перед ним, – ведь Джейк притащил ее сюда насильно, – но злоупотреблять гостеприимством Морского Волка она не станет. Да, он джентльмен. Прекрасно. Но ведь и она леди. Утром она поблагодарит его за любезность и попросит для себя другое помещение, поскромнее.

Плотнее закутавшись в покрывало, она снова ощутила аромат моря и ветра. И помимо воли тяжко вздохнула. Уже завтра с этим придется расстаться.

«Освободишь его каюту и уже никогда не ощутишь этой волнующей близости к нему», – сказал ей внутренний голос.

«Но самоуважение ведь тоже дорогого стоит, согласись», – возразила она.

«Самоуважение не издает такого головокружительного аромата, как это покрывало».

Серенити негромко рассмеялась над этим внутренним диалогом и строго сказала себе:

– Ты вздорная, суетная, аморальная девица, Серенити Джеймс! И завтра же уберешься прочь из каюты мистера Дрейка, оставив ему и его покрывало, и постель, и запах.

«Так и быть, – нехотя согласился внутренний голос. – Твоя взяла».

«Но сегодня, – подумала Серенити, – все это еще в моем распоряжении!»

– Заботы снедают нашего доблестного капитана. Выше голову, Дрейк!

Морган потер кончиками пальцев усталые глаза.

– Джейк, ты всегда подкрадываешься к людям бесшумно, как привидение?

– Ну, знаешь! Твоя посудина нынче так скрипит, что мне впору повесить на шею коровий колокольчик, чтобы оповещать тебя о своем приближении!

Морган коротко усмехнулся, глядя, как Джейк усаживается напротив него.

В камбузе было темно. В очаге едва мерцали догоравшие угли. Одинокая свеча тускло тлела в стеклянном фонаре, который Морган ради безопасности поместил на самую середину стола. Задумавшись, он не замечал, как летело время. Сколько он уже пробыл здесь? Ему казалось – вечность.

– Пьешь в самый канун шторма. Совсем на тебя не похоже. – Джейк потянулся к бутылке рома, стоявшей у края стола.

– Кто сказал тебе, что я пью?

Джейк с усмешкой поднес бутылку к фонарю. Она была наполовину пуста.

– Ну, в таком случае она сама себя выпила.

Морган промолчал. Взгляд его был устремлен на темное пятно, видневшееся на стене камбуза чуть выше головы Джейка.

– Слушай, Морган, мне тут вспомнился тот нахальный юнец, который заявил, что беда, поделенная на двоих, уже и не беда вовсе, а так, пустяк.

Дрейк не любил, когда ему напоминали его собственные высказывания. Мало ли что могло прийти ему в голову тогда, в далеком прошлом, когда обстоятельства его жизни были совсем иными? И тем более неуместно звучали они в устах знаменитого пирата Черного Джека.

– А я припоминаю, как один прославленный пират велел мне заниматься своим делом и не лезть в чужие, если мне жизнь дорога.

Джейк расхохотался и плеснул себе в стакан щедрую порцию рома.

– Потише ты, а то как бы Барни нас не услышал. Если меня кто-нибудь узнает, мне не поздоровится. Мягко говоря. В связи с этим хотел тебя спросить: что ты планируешь насчет Хауэрса?

– Да то, что надо было сделать еще давным-давно.

– Прикончить? – невозмутимо спросил Джейк.

Морган помрачнел. У пиратов все решается слишком просто.

– Победить его в честном поединке.

Джейк поморщился, как если бы ему на язык попалось что-то кислое.

– И с каких пор ты стал так миндальничать с врагами?

– Что ты сказал? – сердито переспросил Морган.

Но Джейк в ответ расхохотался с таким добродушием, что это немного утишило гнев Дрейка.

– Ты не можешь не признать, капитан, что это твое английское тонкое воспитание здорово тебе порой мешает. Разговорами такому делу не поможешь. Да и не по-мужски это. Ты ведь сам знаешь: если у тебя появилась проблема, выпусти ей кишки, и головной боли как не бывало.

– Если не ошибаюсь, эта философия однажды уже чуть не привела тебя на виселицу. Прости, если я сочту за благо пренебречь твоим советом.

Джейк презрительно махнул рукой:

– Ты, друг мой, давно уже вырос из детских штанишек и способен сам о себе позаботиться. Поступай как знаешь. И все же, на мой вкус, слишком ты у нас разборчивый, положительный. Это не доведет тебя до добра.

Несколько минут прошло в молчании. Джейк задумчиво прихлебывал ром из стакана, Морган смотрел на догоравшие угли.

– А кстати. – Джейк поставил стакан на стол и отер рот тыльной стороной ладони. – Я и забыл повиниться перед тобой за то, что притащил сюда эту девицу.

Морган сердито засопел.

– И что это на тебя нашло? Как ты осмелился взять ее в заложницы?

Джейк пожал плечами:

– Ну, сделанного не воротишь. Я ведь уже попросил у тебя прощения. И, говоря по правде, ты меня поблагодарить должен, а не отчитывать. Моей первой мыслью, представь себе, было…

– Перерезать ей горло.

– Угадал.

Морган только головой покачал. Терпение никогда не входило в число добродетелей Джейка Дадли. И даже годы, проведенные на суше, мало что изменили в его характере.

– Мне любопытно, как это Лорелея не стала твоей жертвой, прежде чем вы сыграли свадьбу?

Джейк счастливо рассмеялся.

– Она, если хочешь знать, боец что надо. Любого за пояс заткнет. – С этими словами он налил себе еще рому и продолжил: – Мечом владеет, как настоящий воин. С ней мало кто может потягаться.

Морган улыбнулся, вспомнив Лорелею, сражавшуюся бок о бок с жестоким пиратом, ловко взбиравшуюся на абордажный мостик.

Но можно ли было ждать чего-то иного от внучки двух знаменитых морских разбойников, Энн Бонни и Калико Джека?

– И все же, как я погляжу, характер твой с возрастом немного смягчился, – заметил Морган.

Джейк, фыркнув, глотнул рома и возразил:

– Нет, это твое влияние. Годы, что мы провели вместе, не прошли для меня бесследно. – И он весело подмигнул, давая понять, что в словах его больше насмешки, чем правды. – Ну а что ты с ней собираешься делать, а?

17
{"b":"18710","o":1}