ЛитМир - Электронная Библиотека

Серенити улыбнулась и вновь подошла к кастрюле.

Корт сгреб мусор в совок и стряхнул в очаг.

– А я тоже знаю одну смешную историю, мисс Серенити, – похвастался он.

– Рассказывай, – улыбнулась она.

– Жил на свете один отважный капитан. И вот как-то раз кричит ему впередсмотрящий: «Капитан! На нас собирается напасть пиратский парусник!» Капитан приказал юнге: «Быстро беги ко мне в каюту и принеси мой красный камзол». Юнга побежал в каюту и принес капитану его красный камзол. И капитан в нем отважно бился с пиратами. И его матросы их победили. А потом, уже в другой раз, впередсмотрящий снова крикнул капитану: «Капитан! На нас собираются напасть пять пиратских парусников!» Капитан снова приказал юнге: «Беги в мою каюту и принеси красный камзол». Юнга принес ему красный камзол, и капитан надел его, и снова его команда победила всех пиратов. А после юнга его и спрашивает: «Капитан, а почему вы перед битвой с пиратами велели мне приносить вам красный камзол?» А капитан ему и отвечает: «А это для того, сынок, чтобы, если меня ранят, мои матросы не узнали бы об этом и не дрогнули в бою. Ведь на красном кровь не видна». А когда прошло еще несколько дней, впередсмотрящий крикнул: «Капитан, на нас собираются напасть десять пиратских парусников!» И тогда капитан весь побледнел с лица и говорит юнге: «Быстро беги в мою каюту и принеси мне мои коричневые панталоны!» Вот такая история, – с веселой усмешкой заключил Корт.

Глаза Серенити округлились.

Что же до кока, то он, распалившись гневом, принялся отчитывать сына:

– Разве можно рассказывать этакое приличной леди? Ну есть ли у тебя голова на плечах? Или я тебя не воспитываю день-деньской?

Но Серенити тотчас же вступилась за паренька:

– Ах, оставьте его, мистер Родал. Он ничего плохого не имел в виду. Корт еще слишком юн, чтобы уметь отличить хорошую шутку от дурной.

Корт, потупясь, пробормотал:

– Ну, не злись, па. Я ведь просто хотел развеселить леди.

– Эту историю вполне можно пересказывать другим мальчикам, – с улыбкой сказала Серенити, погладив его по голове. – Но в смешанной компании, там, где есть дамы, она неуместна.

– Прошу прощения, мисс Джеймс.

Серенити нежно потрепала его по кудрявой макушке.

– Все в порядке, милый. Ведь ты просто хотел доставить мне несколько минут веселья. Это похвальное намерение. Верно, мистер Родал?

– Вполне. Такое похвальное, что не худо бы ему задницу надрать.

Морган с волнением наблюдал за этой сценой. Серенити предстала перед ним в новом свете. Подумать только, она сумела найти подход и к мальчишке, и к его ворчливому папаше.

Ему вдруг захотелось заставить ее смеяться, так же, как это сделал кок. Не исподтишка, а открыто любоваться ею, смотреть, как она…

Как она – что?

Утешает его детишек? Говорит им ласковые слова, объясняя, как правильно поступать?

Выходит, именно так все и обстояло. Он давным-давно, еще до того, как совершил глупость, женившись на Терезе, похоронил мечты о доме, о детях в глубинах своей души. И вот теперь они вырвались оттуда и властно заявили о себе. Ему действительно хотелось иметь жену, подругу, которая никогда его не бросит, не предаст. Которая станет любить его ради него самого и на кого можно положиться в любой ситуации.

Но разве годится на эту роль гордячка вроде Серенити с ее вздорными идеями, с ее независимостью? Женщина, которая заперлась от него в его собственной каюте? И готовая оспорить каждое его суждение?

Ему хотелось спрятаться от этих мыслей, уйти далеко-далеко. Его удел – грусть и одиночество. Но так мог поступить только трус. Нет, он не станет прятаться.

– Мисс Джеймс! – Он выступил из тени.

Серенити подняла голову. Краска отхлынула от ее щек.

– Здравствуйте, капитан, – холодно произнесла она.

Кок так смутился, что не знал, куда девать глаза. Корт сориентировался мгновенно – он бросился бежать со всех ног, по пути задев метлу, так что она с грохотом упала на пол. Морган проводил его взглядом и обернулся к Серенити:

– Я хотел бы с вами поговорить, мисс Джеймс.

– Боюсь, это невозможно. – Приподняв крышку кастрюли, она помешала в ней ложкой. – Я помогаю мистеру Родалу готовить и не могу…

– Кок не будет против, если вы покинете камбуз всего на пару минут.

Она с грохотом опустила крышку на кастрюлю.

И тут случилось невероятное: кок пересек пространство камбуза и встал между Морганом и Серенити.

– Похоже, леди не желает оставаться с вами наедине, капитан.

Морган растерянно захлопал глазами. Впервые на его памяти член команды осмелился ему перечить. Набрав полную грудь воздуха, он сурово произнес:

– И что, по-вашему, вы сейчас делаете, а?!

– Защищаю леди, – не моргнув глазом отвечал кок. – Она имеет право решать, говорить ей с вами или нет.

Серенити, мельком взглянув на багровое от гнева лицо Моргана, поспешила на выручку новому другу.

– Не беспокойтесь обо мне, мистер Родал. Я… я готова следовать за капитаном.

Кок, сощурившись, сердито обратился к Моргану:

– Надеюсь, вы не причините вреда мисс Джеймс.

Морган окинул его свирепым взглядом. Ноздри его раздувались, глаза метали молнии.

Но кок, чья судьба была всецело в руках капитана, не спасовал перед ним. Он участливо обратился к Серенити:

– Пусть только посмеет вас обидеть, мисс, и я вместо ужина подам ему поварской вертел!

Серенити признательно улыбнулась ему и перевела взгляд на Моргана. Улыбка тотчас же сбежала с ее лица.

– Идите же, капитан. Я последую за вами.

Морган, чеканя шаг, направился в каюту.

«Будь осторожен, – предостерег его внутренний голос. – Не торопи события. Помни, что она все еще смущена и напугана. Дай ей время к тебе заново привыкнуть».

Но больше всего ему сейчас хотелось задушить ее.

Как ей удалось столь быстро настроить против него мрачного кока? Уж не колдунья ли она? Ведь Родал ни с кем не водил дружбы и мало кто из команды слышал от него что-либо, кроме холодного «Добрый день»…

«Спокойней. Раззадоривая себя такими мыслями, ты ничего не добьешься. Полегче, Морган».

Серенити прошла на середину каюты и повернулась к нему лицом. Он потянулся было к двери, чтобы закрыть ее, но передумал.

– Как давно вы крадучись пробираетесь в камбуз и любезничаете с коком? – спросил он и тотчас же пожалел об этом.

Серенити изумленно вскинула брови:

– Уж не ревность ли говорит вашими устами?

Морган презрительно фыркнул, отметая ее предположение.

– Я ведь предупреждал, что появляться там без провожатых вам не следует.

– Вы также говорили, что я могу довериться вашей чести. Но это оказалось ложью. Так стоит ли верить хоть одному вашему слову? Боюсь, что нет!

Морган недоуменно развел руками:

– Но почему? Разве я злоупотребил вашим доверием?

– Ха! Да вы только и делали, что лгали мне. С самого первого дня! Я приняла вас за настоящего джентльмена, вы же дали волю рукам, как только мы остались одни.

Вот уж чего-чего, а такого натиска он от нее не ожидал, будучи уверен, что она ни в коем случае не затронет эту щекотливую тему. Ай да Серенити! Вместо поникшей от смущения и досады фиалки, с которой он мысленно ее отождествлял и которую собирался возвратить к жизни нежными прикосновениями, перед ним из земли выскочил воинственный чертополох, готовый вонзить в его кожу колючки. Она винит в случившемся только его одного. До чего же это по-женски!

Но ведь виноваты оба. На что, интересно, она рассчитывала, щеголяя перед ним в мужском платье, оставаясь с ним наедине в «вороньем гнезде» и на палубе? Ей не следовало соглашаться на эту ночную прогулку. Разве она не могла догадаться, что приглашение полюбоваться звездным танцем всего лишь предлог?

Ведь ей наверняка еще в далеком детстве вдолбили в голову, что девушке ни в коем случае не следует оставаться наедине с мужчиной.

Все эти мысли вихрем пронеслись у него в голове. Нахмурившись, он подошел к ней почти вплотную и отчеканил:

42
{"b":"18710","o":1}