ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 4

— Простите, — с замиранием сердца повторила Калли, — что вы сказали?

Син не обратил на нее внимания, а взгляд короля стал холодным и скрытным.

— Мы были невнимательны? — спросил Генрих притворно невинным тоном. Он понимал, что девушка не имеет представления, о чем он говорит, и ее сердит, что он играет ею, как игрушкой. — Каледония Макнили, познакомьтесь со своим будущим мужем — Сином.

— Как ее зовут? — спросил Син, и Калли увидела, как в его черных глазах вспыхнула и разгорелась ярость при упоминании ее имени.

— Каледония[2], — повторил Генрих.

Син выругался. Но Калли не могла понять, почему ее имя могло так взбесить его, хотя, честно говоря, ей было все равно. Она не собиралась выходить замуж за англичанина.

— Я не выйду за него замуж.

— Если вы хотите вернуться домой, то выйдете. — Недовольный ее тоном, Генрих нахмурился.

— Мои люди убьют его.

— Они, возможно, попытаются, — засмеялся Генрих, — но мы заверяем вас, что им это не удастся.

— Вы об этом знали? — обратилась она к Сину.

— Я еще должен дать согласие.

— Ты дал слово, — усмехнулся Генрих, — что, если мы найдем священника для церемонии, ты выполнишь условия нашего соглашения.

Скрестив руки на груди, Син внимательно, с подозрением смотрел на Генриха. Если бы ее будущее не зависело от итогов этого противостояния, Калли, возможно, нашла бы их поведение забавным. Женщине нечасто доводится видеть схватку двух таких могучих людей.

— Прежде всего, — медленно произнес Син, — я хочу познакомиться с этим вашим священником и убедиться, что он не какой-то крестьянин, переодевшийся в монашеские одежды.

— По-твоему, мы на такое способны? — Королю удалось выглядеть одновременно оскорбленным и ироничным.

— Нисколько не сомневаюсь.

— Син, мой мальчик, — рассмеялся король, — ты слишком хорошо нас знаешь, но на этот раз здесь нет никакого обмана. Такова воля нашего Спасителя, чтобы мы нашли тебе супругу.

— Такова воля Люцифера, чтобы вы мучили меня до того дня, когда он сможет забрать меня к себе.

— Возможно.

Калли по очереди смотрела на обоих мужчин. Она не представляла себе, каким образом между двумя англичанами могло быть заключено соглашение без ее согласия. Особенно если такое соглашение может нанести существенный вред ее клану.

— Какую бы сделку вы оба ни заключили между собой, меня она не касается. Я не выйду замуж за англичанина.

— Что ж, очень хорошо, — задумчиво протянул Генрих, поглаживая бороду. — Тогда мы введем армию на ваши земли и, чтобы гарантировать мир, уничтожим всех мужчин и детей мужского пола. А начнем завтра же утром с казни вашего юного брата.

Джейми, задохнувшись от страха, попятился и наткнулся на Саймона. Придя в ужас, Саймон подхватил мальчика и, прижав к себе, похлопал Джейми по спине, чтобы успокоить.

— Вы не осмелитесь на такое. — Хладнокровная угроза Генриха вселила в Калли ужас, и у нее чуть не остановилось сердце.

Ее вызывающие слова выходили за границы дозволенного, и все это понимали. Генрих бросил на нее взгляд, от которого Калли содрогнулась, но она все равно не собиралась отступать, особенно в таком серьезном деле, когда угроза касалась Джейми. И если Генрих попытается исполнить свое обещание, она сама лично проследит за тем, чтобы он заплатил своей жизнью за это преступление.

— Мы бы рекомендовали вам следить за своим языком, — произнес Генрих низким злым голосом. — Возможно, по происхождению вы и относитесь к шотландской королевской линии, но более вероятно, что это не так. Итак, вы на самом деле полагаете, что можете помешать нам выполнить то, что мы считаем необходимым для обеспечения процветания Англии?

Встретившись взглядом с Сином, Калли прочла в его глазах предостережение. Да, Генрих мог быть беспощадным, и они оба это понимали.

— Это нелепая идея, — твердо заявила она королю.

— Нелепая или нет, но настанет утро, и вы двое обвенчаетесь, а иначе наша армия вступит в Шотландию. Выбор полностью в ваших руках.

Калли встретила взгляд Генриха как равная. Она не собиралась показывать ему свой страх или свою дрожь. Если бы она была мужчиной, он никогда не посмел бы позволить себе такое, и ее возмущало, что эти англичане такого низкого мнения о своих женщинах. Ей очень хотелось, чтобы все это было блефом, но она понимала, что это правда.

Повстанцы ее клана, руководимые неизвестным человеком, которого все называли Рейдером, были безжалостны к тем англичанам, что осмелились обосноваться в Шотландии. Калли была убеждена, что единственной причиной, почему Генрих так долго воздерживался от нападения на ее клан, было главным образом ее родство с королем Шотландии Малькольмом, и именно это обеспечивало ей безопасность.

Будучи кузиной шотландского короля, Калли большую часть своей юности провела при его дворе и знала королевский образ жизни и королевский образ мыслей, поэтому она понимала, что если посмеет привезти Сина в Шотландию, то те повстанцы, которые нападали на англичан, без сомнения, нападут на него и его людей. И тогда в считанные дни начнется открытая война.

Все признаки катастрофы были налицо.

Внутренним взором Калли ясно видела всю картину: в ее страну входят войска Сина, и его солдаты сводят счеты с людьми ее клана, ненавидящими все английское. Ни одна сторона не отступит и не образумится. Члены ее клана не станут терпеть английскую армию на своих землях.

Что же ей делать?

— Какую армию вы приведете в мою страну? — спросила она Сина, со страхом ожидая ответа.

— Никакой. Я прибуду один.

Генрих громко смеялся, до тех пор пока не понял, что лорд Син не шутит.

— Ты же несерьезно это говоришь.

— Даже прибытие в Шотландию всего десятка английских рыцарей приведет именно к тому конфликту, которого вы стремитесь избежать. Единственная возможность обеспечить мир — это один человек против них, — невозмутимо пожал плечами Син.

Калли поразили глубокое знание ее народа, проявленное Сином, и его бесстрашие. Но отправиться одному на вражескую территорию и ожидать, что противник покорится и поклонится ему, было величайшей глупостью. Никогда не настанет день, чтобы шотландцы пошли на такое.

— Они тебя убьют. — Генрих с помрачневшим лицом окинул Сина сердитым взглядом.

— Вы же сказали, что они этого не сделают, — напомнил ему Син.

От приступа гнева Генрих еще сильнее помрачнел, а придворные зашептались, склонив друг к другу головы, и Калли вспомнила, что все обсуждение происходит под пристальным вниманием свидетелей.

— Это было сказано тогда, когда мы полагали, что с тобой будут наши люди, — покачал головой Генрих. — Нужно быть дураком, чтобы…

— Я поеду с ним.

Калли обернулась к Саймону, который до сих пор держал на руках Джейми. Глаза мальчика были как два блюдца, и он все еще нервно покусывал кулак.

— Саймон, — произнес Генрих, — мы были лучшего мнения о вашем уме и не думали, что вы ввяжетесь в эту историю.

— Нет, ваше величество, — Саймон, очевидно, все обдумал, — в этом смысле я, по-видимому, весьма склонен к самоубийству. А кроме того, мне всегда хотелось побывать в Шотландии.

— Кто сказал, что я это позволю? — усмехнулся Син.

— Позволишь или нет, но я там буду. — У Саймона в уголках рта играла дерзкая, непочтительная улыбка. — Я просто посчитал, что с тобой будет приятнее путешествовать, но я в любом случае отправлюсь в Шотландию. Нужно, чтобы кто-то был у тебя за спиной.

— Уверяю, моя спина прекрасно защищена. — Слова друга, казалось, изрядно позабавили лорда Сина.

Что-то невысказанное промелькнуло между этими мужчинами, что-то, что, очевидно, связывало их как братьев и в то же время было зловещим и холодным, если судить по мучительному выражению глаз обоих.

— Да, я это знаю, — согласился Саймон. — Но даже сильнейшему из нас время от времени может понадобиться помощь друга.

вернуться

2

Поэтическое название Шотландии

10
{"b":"18711","o":1}