ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда Саймон и Джейми пробегали мимо него, Син подхватил мальчика на руки и забросил его на плечо, так что он покачивался у него за спиной. Джейми залился смехом, а Син понес его туда, где Калли раскладывала еду.

— Опустите меня! — попросил Джейми прерывающимся от смеха голосом.

— Если хочешь вырасти, тебе нужно поесть. — Перевернув его на плече, Син осторожно усадил мальчика рядом с Калли. Джейми вскочил, но Син подхватил его прежде, чем тому удалось снова убежать. — Мне что, привязать тебя?

Джейми со смехом опустился на землю и, сидя скрестив ноги, ждал, пока к ним присоединится Саймон.

— Мы все время будем останавливаться под открытым небом? — спросила Калли у Сина, протягивая Джейми хлеб и кусок цыпленка.

— По дороге будет много гостиниц, — качнув головой, ответил Син, — а дальше к северу живет брат Саймона. Еще два дня пути, и мы остановимся на его землях. Так что вы будете спать в постели каждую ночь, пока мы не доберемся до Шотландии.

Краски сбежала с ее лица, когда у Калли ярко вспыхнули воспоминания о прошедшей ночи. Она вспомнила, как они с мужем стояли обнаженные, и он держал ее в своих руках. Ей стало досадно, что она не может вспомнить, что именно они делали. За многие годы она не раз подслушивала, как женщины рассказывали о том, чем занимаются по ночам мужчины и женщины. А когда ее подруги стали выходить замуж, она узнала обо всем этом гораздо подробнее. Калли никогда не решалась рассказать кому-нибудь о том, сколько ночей пролежала в кровати без сна, размышляя над тем, доведется ли ей самой когда-либо испытать это, и вот теперь, когда она…

В общем, совершенно несправедливо, что она абсолютно ничего не помнила.

Покусывая губу, Калли подумала о том, заявит ли снова Син свои права на нее сегодня ночью, и, посмотрев на мужа, покраснела и быстро отвела взгляд.

Син заметил румянец на щеках Калли, но не мог понять, чем он вызван. Опустив взгляд к ее ногам, он увидел соблазнительные округлости бедер, по которым размазывал собственную кровь, чтобы скрыть, что он так и не сделал того, что должен был сделать.

Прошедшей ночью дотрагиваться до Калли и не дать облегчения своему телу оказалось для Сина очень трудной задачей. Даже сейчас он не мог забыть ощущения ее нежной кожи под своей ладонью, лавандовый аромат ее волос, сладость ее губ.

Он так хотел ее, так мечтал о ней.

Краем глаза Калли заметила желание во взгляде Сина, и этот взгляд вызвал у нее нервную дрожь.

— Не пойти ли нам с Джейми немного прогуляться? — кашлянув, предложил Саймон.

— Нет. — Син перевел взгляд на еду. — Нам пора снова выбираться на дорогу. Я не хочу, чтобы ночь застала нас в лесу.

— Очень хорошо. Но не забудь, я предложил. Больше никто из них ничего не говорил до самого конца длинного отрезка пути.

Они ехали весь остаток дня и в сумерках остановились у небольшой гостиницы в городе, о котором Калли никогда прежде не слышала. Джейми устал и пожаловался, что не сможет сам дойти до дома, и тогда Син, все время терпеливо относившийся к ребенку, снял его с лошади и держал на руках.

После того как Калли и Саймон спешились и их лошадей забрали слуги гостиницы, Син повел своих спутников в дом, где их встретил толстый мужчина.

— Мне нужны на ночь три комнаты.

— Джейми не может спать один, — Калли удивленно раскрыла глаза, услышав требование Сина. — Он будет бояться.

— Не буду! — Маленькая голова со взъерошенными рыжими волосами оторвалась от плеча Сина. — Думаешь, я такой маленький, что побоюсь…

— Нет, дорогой. — Калли ласково пригладила его непокорные пряди. — Но тебе не следует спать одному в незнакомом месте.

— К сожалению, у меня остались только две свободные комнаты, — кашлянув, сообщил хозяин гостиницы.

— Что ж, хорошо, я их беру. — Перехватив Джейми другой рукой, Син обратился к Калли: — Вы с Джейми будете спать в одной комнате.

— А вы?

— Я посплю в конюшне.

— Я… — шагнул вперед Саймон.

— Нет, Саймон, — оборвал его Син. — Я больше привык к этому, чем ты. — Это было произнесено тоном, не допускающим никаких возражений.

Хозяин гостиницы подал им еду, и они, измученные путешествием, в молчании принялись за ужин, а покончив с ним, сразу же ушли отдыхать.

Калли уложила брата в кровать и, дождавшись, когда он уснет, вышла из комнаты, чтобы найти мужа.

Сина она обнаружила снаружи за своей дверью. Он сидел, прислонившись к стене и положив возле себя меч.

— Син? Что вы делаете?

— Похоже, сижу.

— А почему вы сидите?

— Потому что довольно трудно спать стоя.

— Вы спите у меня под дверью? — запинаясь, спросила Калли, когда до нее дошел смысл его слов. — Почему?

— Потому, что если бы я спал у двери Саймона, хозяину гостиницы это могло бы показаться странным.

Его сарказм начал утомлять Калли, однако в уголках ее губ дрожала улыбка.

— Вы можете войти и спать в комнате.

Калли с распущенными медными волосами, рассыпавшимися по плечам, стояла перед ним, завернувшись в накидку, которая, однако, не скрывала изгибов женского тела благодаря свету, падавшему сзади из комнаты. Син смотрел на девушку, и она напоминала ему чудесного ангела, пришедшего спасти его пропащую душу.

И Син хотел ее, как какой-то изголодавшийся зверь. Ему хотелось сжать ее в объятиях и погасить жгучий огонь в своей крови. Эта потребность была настолько сильной, что Син не мог спать в ее комнате, не мог спать с ней, чувствуя, что совершенно потерял контроль над собой.

— Мне очень хорошо там, где я есть.

— На полу?

— Совершенно верно.

— Благодарю вас, мой доблестный защитник. — К его изумлению, Калли стала на колени возле него и легонько поцеловала в щеку, а его щека загорелась от прикосновения ее мягких губ. — Я буду спать гораздо спокойнее, зная, что вы здесь превратились в камень от холода.

При ее ироническом замечании Син приподнял одну бровь — он превратился в камень, все правильно, но совсем не от холода.

— Между прочим, — Калли, встав, направилась обратно в комнату, — если явится старина Красный Колпак, чтобы навредить нам, пожалуйста, передайте ему мои наилучшие пожелания.

Когда дверь за Калли закрылась, Син усмехнулся. Его жена и не догадывалась, что старина Красный Колпак — это он сам.

Калли делала все, стараясь уснуть, но больше часа не смогла вытерпеть это мучение, ей была невыносима мысль, что Син лежит снаружи на холодном полу.

Встав с кровати, она взяла одеяло и подушку, открыла дверь — и замерла. Син спал спиной к ней, вытянувшись вдоль порога.

Он лежал на холодном твердом полу, его черная кольчуга, несомненно, врезалась ему в тело, и у него не было даже одеяла, чтобы укрыться. У Калли сжалось сердце, когда она подумала, что, лежа так, он совсем не сможет отдохнуть. Желая устроить его хотя бы немного удобнее, Калли сделала шаг вперед. Но она и моргнуть не успела, как Син перекатился, схватил меч и направил его на Калли, так что острие оказалось почти в дюйме от ее горла.

Она от испуга открыла рот, а Син, нахмурившись, опустил меч.

— Простите, миледи. Мне следовало предупредить вас, что я сплю чутко, а проснувшись, готов сражаться.

— Непременно запомню это. — Калли неловко протянула Сину подушку и одеяло. — Я подумала, что вам, быть может, это пригодится.

Син в растерянности смотрел на вещи. Никто никогда не заботился о его удобствах.

Он хорошо запомнил тот случай, когда на местной ярмарке мачеха купила его братьям яблочный напиток. Будучи тогда всего семилетним мальчиком, он с горящим от сухости горлом смотрел, как они жадно пили сидр. «Можно и мне немного? Пожалуйста», — попросил он. Его мачеха, скривив губы, посмотрела на него и нахмурилась, как будто он попросил отдать ему ее руку или ногу. «Найди себе воду, если сумеешь. Она бесплатна и вполне подходит для таких паршивцев, как ты». Это был последний раз, когда Син что-нибудь просил.

— Спасибо, — поблагодарил он Калли, беря у нее из рук подушку и одеяло.

28
{"b":"18711","o":1}