ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пожалуйста.

– Павел, ну это же смешно. Успокойся, ты расстроен.

На «Уверенном» Чехова обычно поддразнивали за то, что он начисто забывает об Образце, Идеале, когда сердится или устает. Или – и этого никто из его товарищей не мог знать, – или когда он напуган.

– Слушай, – предложил Террелл. – Давай я войду внутрь, а ты останешься дежурить снаружи.

Чехов знал, что он на это не пойдет. Террелл шагнул внутрь, и Павел неохотно последовал за ним в тамбур. Внутренняя стена раздвинулась, и Чехов на секунду зажмурился. Привыкнув к тусклому свету, он увидел кровати и столы, книгу, пустую кофейную чашку: здесь жили люди. Должно быть те, кто уцелел после катастрофы. Но где все они?

– Мы можем дышать, – Террелл снял гермошлем. Чехов взглянул на трикодер: капитан был прав: соотношение кислорода, нитрогена и двуокиси углерода было нормальным, и присутствие в воздухе химикатов, составляющих атмосферу снаружи, было вовсе незаметно. Но все равно, он лишь наполовину открыл шлем, ожидая в любую минуту горящую едкость кислотных паров.

Но здесь, как и в любой общей спальне, пахло потом и грязными носками.

Снаружи о стены бились волны песка. Террелл углубился в недра этого мирного грузового корабля. Его шаги отдавались гулким эхом. Ни одного живого звука. И все же это место не казалось покинутым. И в нем чудилось что-то зловещее.

– Что за чертовщина? Они потерпели крушение? Тогда где все они?

Террелл остановился у входа в следующее помещение – кухню. Чехов уставился молча на легкое облачко пара над котелком с мясом на плите.

– Капитан… – но Террелл уже ушел вперед. Чехов поспешил догнать его и вошел в лабораторию, где тот рассматривал оборудование. Он остановился напротив огромного стеклянного бака с песком. Чехов подошел к нему, надеясь убедить капитана вернуться на корабль, или, хотя бы, вызвать отлично вооруженную группу безопасности.

– Господи! – Террелл отпрянул от бака. Чехов, выхватив фазер из наружного кармана, пригнулся, готовый ко всему, но стрелять было не в кого.

– Капитан, что там?

– Здесь что-то есть в этом чертовом баке! – Он осторожно приблизился, держа руку на фазере.

Песок бурлил как вода. Нечто вытянутое по форме, пробивалось сквозь песок на поверхность, и Чехов откинулся назад.

– Все нормально, – успокоил Террелл, – это какое-нибудь существо: животное или…

Тихий лепет ребенка, говорящего с самим собой, играющего звуками, оборвал его слова словно крик, визг.

– Я же говорил! – вскричал Чехов, – я говорил, что я видел.

– Ш-ш-ш-ш! – Террелл двинулся на звук, призывая своего товарища последовать за ним; тот повиновался, пытаясь успокоить себя: «Ну и что, что ребенок? Правда, в этом месте он бы ни за что не захотел бы иметь ребенка, но, наверное, по крайней мере двое из тех, кто выжил, так не думают». Чехов испытывал безотчетный страх, сродни трусости. Он прошел по разрушенному коридору и заглянул в следующую комнату. Удар перевернул ее на бок, одна из стен стала полом, а пол и потолок – стенами. Это изменение создало причудливую диспропорцию, которую усиливало то, что пол не был гладким, а стены прямыми. Посреди комнаты, совсем один, сидя на полу-стене, к ним протягивал ручонки ребенок, мурлыча и смеясь от радости.

Террелл спустился с бокового входа и осторожно подошел к ребенку.

– Ну, малыш, неужели твои родители даже не оставили с тобой сиделку?

Чехов оглядел комнату. Стена, ставшая потолком, представляла собой коллекцию острых, блестящих мечей. Чехов узнал только один, с волнистым лезвием. Рядом на полке он обнаружил несколько знакомых названий: «Король Лир»! Какая-то империалистическая пропаганда. Библия! Кажется, мифология XX века, если я не ошибаюсь, – подумал он.

И вдруг он увидел табличку, свисавшую с пола-стены, которая объяснила то чувство ужаса, словно громом поразившая Чехова.

– «Ботани Бэй»! Каторга!

– Боже мой, – прошептал он, – ссылка, каторга, нет, не может быть…

Террелл нежно щекотал ребенка под подбородком.

– Что ты сказал, Павел?

Чехов рванулся вперед, схватил его за плечо и вытолкнул в проход.

– Да постой ты! Что происходит?

– Мы должны убираться отсюда! Немедленно! Капитан, прошу вас, поверьте мне, надо спешить!

Он силой вытолкал Террелла наверх и вылез вслед за ним. Разозленный Террелл, который был крупнее Чехова, попытался повернуть обратно.

– Но ребенок…

– Я не могу сейчас ничего объяснить! Времени нет. Скорее.

Он вытолкал Террелла вниз по коридору, который шел под уклон и был слишком тесен для борьбы.

Чехов надел свой шлем и включил передатчик.

– Внимание! Чехов передает на «Уверенный». SOS. SOS.

В ответ затрещали помехи. К этому времени они уже добрались до лаборатории. Террелл уступил настойчивости Чехова или может просто решил сейчас подчиниться ему, а затем разжаловать в лейтенанты – Чехову это было сейчас не важно.

Спальня была еще пуста, и Чехов начал надеяться, что им вовремя удастся выбраться наружу и связаться с кораблем. Они пробрались в тамбур, продолжая вызывать корабль, надеясь пробиться сквозь помехи, как только они вылезут наружу.

Дверь открылась. Чехов рванулся вперед и замер.

Они были окружены вооруженными фигурами в скафандрах, каждый из которых держал их под прицелом.

– На помощь! – крикнул Чехов в передатчик.

Едва он схватился за фазер, одна из фигур подалась вперед: его разоружили и втолкнули обратно в тамбур.

* * *

Высоко вверху на «Уверенном» Кайл пытался снова вызвать Террелла и Чехова. Сеанс связи окончился совсем недавно, но условия на Альфа Цети VI были так ужасны, что он бы предпочел непрерывную связь.

– Попробуйте еще, – безнадежно произнес Бич.

– Внимание, «Уверенный» передает капитану Терреллу. Вы слышите? Ну же, капитан, ответьте…

Ответа нет.

Бич шумно, раздраженно фыркнул.

– Давай еще чуть подождем.

Кайл, так же хорошо как и Бич, знал, что Кларк Террелл терпеть не мог, когда ему помогают: тем не менее он усомнился в этом, когда неожиданно в наушниках раздался пронзительный крик и эхом отозвался в громкоговорителе.

Он вздрогнул.

– Что это было? Ты слышал? – вскрикнул Бич.

– Я слышал.

Он пропустил звук через компьютер, усилив и очистив его.

– Смотри, я хочу увеличить мощность воспринимающего устройства.

– Ты уже и так превысил дозволенную в экспериментальных случаях норму. Еще чуть-чуть и ты взорвешь всю цепь.

– Боюсь, они в опасности.

На них обрушился усиленный громкоговорителем крик:

– Ааааоооо…

Кайл снова усилил сигнал.

– Наааоооо…

И снова голос.

Это был голос Чехова, пусть искаженный и прерывающийся.

– На помощь…

Кайл взглянул на Бича.

– На помощь…

– Еще мощность. Поймай их волну…

– На помощь…

– На помощь…

Глава 3

Когда капитан Террелл пытался объяснить, что они с Чеховым искали оставшихся в живых, что они, в сущности, группа риска, один из «уцелевших» так отблагодарил его ударом сзади со всего маху рукой в металлизированной перчатке, что он согнулся.

Чехов и не пытался сопротивляться. Он знал, что это бесполезно.

Они с Терреллом еще оставались в скафандрах, хотя у них отобрали шлемы и фазеры. Побег представлялся невероятным. Кроме тех четверых, что их держали, еще двенадцать или пятнадцать человек столпились вокруг них.

Они похоже кого-то ждали.

Чехова больше пугал тот, кого они ждали, чем все остальные вместе взятые. Стараясь не глядеть на фазер, Чехов начал потихоньку подбираться к оружию. Он заставил себя расслабиться, притворяясь смирным. В ответ один из конвоиров слегка ослабил свою железную хватку, и Чехов свободно вздохнул.

Но он действовал недостаточно быстро. Ему закрутили за спину руки и снова сильно сжали. Он вскрикнул. Конвоиры Террелла тоже вытолкнули его вперед, хотя он был совершенно оглушен ударом. У Чехова больше не было возможности сопротивляться. Ему все сильней и сильней сжимали руки. Теряя сознание от боли, он отчаянно пытался вспомнить все, что знал о «Ботани Бей». Так много произошло событий за это короткое время, что, хотя он и помнил само происшествие с ужасающей ясностью, некоторые подробности совсем изгладились из памяти. Это было очень давно, пятнадцать лет назад…

8
{"b":"18722","o":1}