ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как разумные люди создают безумный мир. Негативные эмоции. Поймать и обезвредить
Однажды в Америке
Только не разбивай сердце
Тарен-Странник
Пчелы
В объятиях лунного света
Голодный дом
Тёмные не признаются в любви
Секретная жизнь коров. Истории о животных, которые не так глупы, как нам кажется
A
A

Флин посмотрела на Кирка:

– Надеюсь, вы остались довольны внешним видом команды безопасности, сэр?

– Да, командир Флин, – ответил он с таким каменным выражением лица, что осталось неясным, доволен он на самом деле или…

Флин обратилась к Аль Ауриге:

– Все в сборе, Барри?

– Да, мэм, – как можно мягче ответил он и после короткой паузы добавил:

– Все готовы отбить нападение целого отряда клингонов.

Флин слегка улыбнулась. Макс засмеялся так, словно угрожающе рычал на кого-то. Неон издала жуткий, похожий на дребезжание треснувшего колокола, звук, Барри хихикнул, а Снарл, громко хохоча, переводила взгляд с одного лица на другое, пытаясь понять, над чем все смеются. Помимо нехватки самообладания, ей недоставало и чувства юмора.

– Я считаю, что мы все – великолепная команда, – высказала свое мнение Флин, после чего Снарл приподняла свои уши, пригладила взъерошенные волосы и заняла место у платформы транспортатора.

– Капитан Кирк, – произнес Спок тоном, который Флин охарактеризовала бы как обеспокоенный, если бы ее об этом спросили. – Доктор Мордро – старый академик, и все это «воинство» вряд ли необходимо.

– Мистер Спок, насколько я понимаю, мы хотим показать Брайтвайту, что принимаем его всерьез… не так ли?

Взгляд Спока блуждал от Кирка к Флин и к ее команде безопасности, наконец остановился на потолке.

– Как вам будет угодно, капитан.

Транспортатор дал сигнал готовности и через мгновение главный прокурор Алеф Прайма и заключенный материализовались. Квинтет команды Флин взял фазеры наизготовку.

«Ну и ну, – сокрушенно подумала Мандэла, как только Мордро окончательно „затвердел“, он же находится под действием наркотиков».

Лишенное какого-либо смысла лицо, блуждающий взгляд затуманенных серой пеленой глаз не имели другого объяснения. И ко всему еще заключенный носил на запястье энергоманжет и пару инерционных ограничителей движения на лодыжках, которые позволяли ему ходить и готовые защелкнуться, едва он попытается бежать. И все это было таким же устаревшим, как и железные цепи, и настолько ненужным, насколько и унизительным. Но доктор Мордро был в таком состоянии, что не понимал своего унижения. Тогда Флин взглянула на офицера-ученого, но его лицо не выражало никаких чувств, очевидно, все его чувства ушли на созерцание команды безопасности.

Брайтвайт сошел с платформы, коротким взглядом окинул оцепление и удовлетворительно кивнул Кирку:

– Великолепно! А где камера для него?

– Мистер Брайтвайт, – ответил Кирк. – Я немедленно снимаю «Энтерпрайз» с орбиты Алеф Прайма, и у вас нет ни времени, ни нужды для осмотра корабля.

– Но, капитан, я сопровождаю вас до Рехаба 7.

– Это невозможно.

– Это приказ, капитан, – он протянул Кирку субкосмическую депешу.

Кирк прочитал ее и нахмурился.

– Должен вас предупредить, что назад вам придется добираться самому, а как вы сами знаете, в этом районе не много кораблей, которые смогли бы вас подбросить домой.

– Я знаю, капитан, – произнес Брайтвайт. – Лицо его стало мрачным и задумчивым. – После всего случившегося… после суда и после смерти Ли… мне нужно время, чтобы побыть одному, подумать. Я заказал одноместный корабль и сам вернусь назад.

Он посмотрел в глаза Кирку:

– Вы не заметите меня по пути на Рехаб и вам не придется заботится о моем возвращении.

Высказавшись, он поспешил вслед за командой безопасности, тесным кольцом окружившей его подопечного, который так и не сообразил, где он находится и куда его ведут. А капитан Кирк с некоторым замешательством смотрел ему в спину, не понимая, что он должен думать о человеке, который собирается лететь один через всю звездную систему в тесной, хрупкой, немощной шлюпке. Так ничего и не уяснив, он покачал головой и вышел из транспортного отсека.

Добравшись до своей каюты, Кирк тяжело опустился в кресло и почувствовал себя таким усталым, что не мог даже ворочать языком. Он ни на минуту не сомкнул своих глаз в течение полутора суток и, оставшись один, попытался подытожить, что он приобрел за все время бодрствования.

Прежде всего, он остался без рулевого офицера – лучшего за все годы своей службы. Его офицер по науке, оторванный от исследования аномального образования уже на завершающей стадии, попытался спасти результаты своих наблюдений и, засев за компьютер, составил уравнение, понятное лишь ему одному, – никто другой не, сможет его ни решить, ни даже прочитать. Раздраженный невниманием к его работе, главный инженер Скотт потребовал свою долю компьютерного времени, а корабль в это время летел с черепашьим скрипом отключив нуждающиеся в ремонте ВОРБ-двигатели.

Все это можно было отнести и к личным потерям капитана Кирка, и к потерям «Энтерпрайза». А приобретение было весьма сомнительное: появление на борту корабля то ли скандально известного безумца, то ли оклеветанного гения. Но независимо от того, кем он был на самом деле, доктор Мордро доставлял гораздо меньше хлопот, чем сопровождавший его Брайтвайт.

Молодой, амбициозный, прокурор Брайтвайт не оставлял Кирка в покое – ему все хотелось знать, все видеть и все понимать. И капитан жалел теперь, что не посвятил командира Флин в тонкости затеянной игры.

Но он надеялся на ее проницательность – начатый ею спектакль должен продолжаться. Ведь если Споку удастся доказать невиновность доктора Мордро, можно будет с полдороги повернуть назад и пристать к ремонтной мастерской Алеф Прайма.

Только бы Хантер к тому времени не умчалась к своей эскадрилье! Он не сможет покинуть свой корабль, не сможет, как Брайтвайт, нанять одноместную шлюпку и лететь на ней к дальним границам Федерации. А свидеться с нею ему край как надо – он готов сказать Хантер то, на что намекал Маккой: Хантер и Кирк оба были не правы, но первым сознаться в своей не правоте должен он – Кирк.

Глава 3

Главный инженер Скотт Монтгомери шел по коридору, тяжело ступая и бормоча себе под нос ругательства на непонятном шотландском диалекте. Еще бы – шесть недель работы пропали зря. Шесть недель работы, которую придется делать заново и которая была приостановлена, как самая обычная работенка, за несколько часов до ее окончания и по идиотской причине. И со времени получения той странной команды срочного переброса, со времени прекращения исследования аномального образования Скотт на каждом шагу слышит одно и то же: «Бедный мистер Спок, бедный мистер Спок – вся его работа псу под хвост».

«А как же быть с бедным мистером Скоттом?» – хотелось спросить Скотту о самом себе. Постоянная работа двигателей на орбите аномального образования была не увеселительной прогулкой для главного инженера – он был занят не меньше Спока. Двигатели постоянно находились под ужасающим напряжением, и такого же напряжения требовала забота об их безопасной и безостановочной работе.

Откажи двигатели во время коррекции орбиты, и вся их экспедиция, вместе с «бедным мистером Споком», приказала бы долго жить и в самом прямом, и в самом переносном смысле – в зависимости от того, откуда наблюдать за происходящим. Если отсюда, то «Энтерпрайз» будет падать в глубину хаотической безмерности, становясь все более бледным и туманным, пока совсем не исчезнет. Экипаж корабля при этом падении увидит всего лишь пропавший и вновь появившийся космос – при том предположении, что корабль перенесет подобный транзит чем-то единым целым, а не отдельными мелкими кусочками, – но тот космос будет находится в другом месте, в другом измерении и в другом времени. А что можно будет увидеть оттуда, Скотт и предполагать не хотел…

Состояние двигателей было одной из основных причин отвратительного настроения главного инженера. В то время, как все на корабле, – а если и не все, то подавляющее большинство, – получили целый день отдыха и использовали его на полную катушку, он, вместо того чтобы расслабиться и отдохнуть в этом самом лучшем месте, в этой восьмой части Галактики, – он все свое время потратил на добывание запчастей и на доставку их на корабль. И это было только началом работы: все добытые узлы и отдельные детали предстояло еще вмонтировать в разобранные ВОРБ-двигатели, без которых «Энтерпрайз» превращался в простую улитку, ползущую со скоростью света.

18
{"b":"18725","o":1}