ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты совсем с катушек съехал? Как я с таким набором помочь смогу?

Затянувшаяся пауза, прерываемая пыхтением, сопением и похрюкиванием… Очнулся:

– А если я тебе твои умения оставлю и силы подкину? Возьмешься?

С паршивого козла хоть что-то…

– А магию дашь?

И че мы так подозрительно скукожились?

– Там магии нет!

Чувствую, врет. Как есть врет и не краснеет.

– Что, абсолютно?

Ага, стыдно стало…

– Есть, но не у всех, исключительно редко встречаются люди, владеющие малой толикой волшебства. И у принцессы магии нет.

Какой-то мне мир неправильный подсовывают. Где чудеса, прекрасные эльфы? Война и разврат – бери, что нам негоже, и не вякай. Не на ту нарвался:

– Так то у принцессы, а я для себя, на крайний, так сказать, случай прошу.

Опять в раздумья ударился, тишина прерывалась лишь скрипом мозгов…

– Ладно, на крайний случай дам. Но только на крайний! Согласна?

Я пожала плечами. Все одно глюки, что ж не согласиться.

– Согласна.

Снова темнота…

Илона и Иалона

Да что ж меня так плющит, второй раз отрубаюсь! Ну, братишка, ну, Тарасик, дай мне только до тебя добраться. Я тебе и расскажу и покажу, какое осьминог несчастное животное. Прочувствуешь в полной мере, что значит иметь ноги от ушей, руки из мягкого места, и это самое место с ушами…

Наконец в глазах прояснилось. Бли-ин! Это где я? Весьма смахивает на церковь, странную, но церковь. Почему странную? Объясняю: иконы вперемешку со статуями, под ними жертвенники стоят, или что-то близкое к ним. Тряпочек разных вышитых везде понавешено и целая куча позолоты. Подводя итог – роскошно, но аляповато и пошло.

Возник вопрос: какого лешего я тут делаю, да еще и на полу пыль собираю? Вдруг в мою прикумаренную голову пришла – нет, не так – просочилась «мысля», от которой я подскочила: «Так это был не глюк? Меня в самом деле куда-то перекинули в качестве моральной поддержки по противостоянию матримониальным планам «негроидного» старикашки. Убиться шваброй!»

В момент «озарения» я увидела свой бюст и окончательно уверилась в происходящем беспределе. У меня просто не могло быть такого «бохатства» размера этак пятого или шестого. Определить на глаз трудновато, поскольку мне с моим нулевым – и четвертый номер уже казался запредельным. Теперь понятно, на что потянуло престарелого сластолюбца.

Ладно, Илона, свое новое пристанище потом рассмотришь, лучше вспомни, о чем тебе этот «божественный краник» пел.

Ага, всего-то-навсего необходимо избежать брака, и тогда я вернусь домой, к нормальной жизни и любимой родне. Придется поднапрячься, ибо выхода другого нет. Что там еще было насчет подселения в другое тело? Хм, это я уже выяснила, «мечта пластического хирурга» явно принадлежит не мне. А где у нас тут сотельница затерялась? Попробовать поискать, что ли?

– Эй, где ты там, несчастная жертва Эроса? Отзовись. Ау-у-у!

Моментально раздался громкий визг:

– А-а-а-а! Кто здесь?

И за какие такие грехи мне это «счастье» подвалило? Я поморщилась.

– Че ты горланишь, припадочная? Оглушила. Помощи просила? Вот она я, твоя «скорая помощь». Ты только не вопи, говори про себя. Тебя как зовут?

В ответ послышались бурные восхваления богу и стишки, напоминающие молитвы. Вероятно, это они и были, но время – деньги, пришлось прервать:

– Слышишь, а давай ты позднее с богом пообщаешься? В настоящий момент хотелось бы план дальнейших действий составить и согласовать. Так как тебя все-таки зовут, средневековая феминистка?

Моя сотельница надолго задумалась над обозначением ее статуса, и я уж было собралась еще раз переспросить, как мне с обидой ответили:

– Я не фен… фум… Я принцесса Иалона, «златокудрая…».

Мне опять-таки потребовалось ее заткнуть. Все, что надо, я уже услышала:

– Помолчи, «златокудрая лахудра», свои титулы и прозвища перечислишь в свободное от замужества время. Мгновенья нужно проводить с пользой. Поведай-ка мне, с какой радости ты в церкви ошиваешься и чего ждешь?

Душераздирающий вздох, предшествующий словам, прямо-таки чуть не выдавил у меня слезу.

– Молилась, прося о помощи. Скоро сюда придет Кондрад за ответом – соглашусь ли я на брак по доброй воле и дам клятву верности и послушания, или он все одно женится, но меня ждет статус рабыни.

Как у них тут все запущено! Средние века, что с них возьмешь. Ну, или почти Средние…

– Я чегой-то недопоняла: а кто тебе мешает поклясться и слинять по-тихому? Извини, сбежать?

Снова вздох, поднявший целое цунами в области бюста:

– После клятвы это невозможно. Клятва дается перед богами, и обойти ее нельзя. После произнесения слов тот, кто клянется, становится навеки верен тому, кому клянется.

Я задумалась и потребовала:

– Проясни: если ты клянешься, то слушаешься Кондрада, а если он тебе?

– Это нереально. Такой, как он, никогда и никому не даст клятву, кроме как богам.

Девиз Джеймса Бонда: «Никогда не говори никогда!»

– А если? – продолжала я настаивать.

– В этом случае он становится подвластным мне.

– Чудесненько, а если оба?

Похоже, девушка сызнова нырнула в астрал. Нет, смотри-ка, уже вернулась:

– Такого еще не было, оттого никто не ведает последствий подобного шага.

Вопросов у меня собралось «вагон и маленькая тележка», но за дверью послышались тяжелые уверенные шаги. Кого сюда нелегкая занесла? Никак женишок за ответом явился. Как не вовремя. Что делать-то? О!

– Иалона, в обморок падать умеешь? Гламурненько! Давай шлепайся без «чуйств», будем выигрывать время, а то сюда твой суженый топает в надежде на счастливую семейную жизнь.

Всхлип, и наше тело в отрубе. В смысле, тело и принцесса в обмороке, я в раздумьях. Плачевно, что ничего не видно, зато слышно хорошо. Шаги направились прямиком к моему лежбищу. Мужчина остановился и потоптался на месте. Раздался глубокий, бархатистый голос:

– Принцесса, очнитесь!

А вот фигу тебе, приказывать он мне, видите ли, вздумал! Буду валяться до упора. Должна заметить, по голосу не таким уж он стариком кажется. Я отвлеклась. Что происходит? Судя по звукам, вокруг меня пару раз обошли, потом присели на корточки, затем легонько по щеке похлопали.

Нет, ну каков мерзавец, на женщину конечность поднимать! Не требуйся мне время на обмозговывание сложившейся ситуации, оторвала бы грабалку и ей же его отшлепала. В праведном негодовании я пропустила момент поднятия моих телес на руки и последующей транспортировки. Ей-богу, уважаю, как спортсменка! Прет ведь такую тяжесть и ничуть не запыхался. Силен мужик. А куда нас перемещают? Мысленно пнула соседку:

– Принцесса, глаза не открывай, просто изреки, куда нас тащат?

– Скорей всего к нашему врачу и алхимику.

– Человек надежный? Верить можно?

Иалона принялась излучать мировую скорбь:

– Не думаю, Кондрада все боятся и не пойдут супротив ни в чем из опасения навлечь гнев. Так что защитников, кроме тебя, у меня нет.

Вот уж свезло так свезло… Тяжела ты, шапка Мономаха… Что ж мне с ним делать? Вопрос на миллион зеленых. Я его интеллектом побежу… нет, победю… короче, забью мозгами! Хотелось бы только разгадать – куда бить.

Меня терзали смутные сомнения на тему «быть или не быть». И каким способом бить. И что я могла противопоставить этому быку, несущему нас на руках уже добрых двадцать минут и ни разу не остановившемуся перевести дух. М-дя, «миссия невыполнима», называется. Так, «разговорчики в строю!» – любимое выражение моего папы. Преждевременно сваливаться в панику, будем действовать по обстоятельствам. В конце концов, даже если вас съели, у вас есть минимум два выхода, а меня еще даже не надкусили. Это что за грохот? А, это мы так в дверь вошли – с пинка. Эй, гамадрил феодальный, не мешок с картошкой тащишь, мог бы и поосторожней сгрузить!

4
{"b":"187389","o":1}