ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Действительно, надо спешить. — Все еще растирая горло, Мэтью взял Рэйчел за руку и повел к порогу. — У меня там за дверью одежда и обувь для вас.

— Вы-то зачем это делаете? — спросила Рэйчел у миссис Неттльз. — Вы же слуга Бидвелла!

— Не, девонька, — был ответ. — Я работаю у мистера Бидвелла, а слуга я только самой себе. А это я делаю, потому что никогда не считала тебя виновной, что бы ни говорили. И еще… исправляю старую кривду. Ну, брысь отсюда!

Мэтью поднял фонарь.

— Спасибо, миссис Неттльз! — сказал он. — Вы мне жизнь спасли!

— Нет, сэр. — Она продолжала методично раздевать Грина, не глядя на Мэтью. — Я приговорила вас обоих… к тому, что вас там ждет.

На улице Рэйчел пошатнулась и раскинула руки, будто обнимая ночь и звезды. По лицу ее текли слезы. Мэтью снова схватил ее за руку и поспешил туда, где оставил мешок, одежду и обувь.

— Переодеться сможете когда мы выберемся, — сказал он, закидывая лямку на плечо. — Не понесете вот это? — Он протянул ей одежду. — Я подумал, что легкое платье будет хорошо для дороги.

Она тихо вскрикнула, принимая платья, и погладила кремовое так, будто это было возвращенное сокровище. Как и было на самом деле.

— Мэтью… ты принес мое свадебное платье!

Если бы на это было время, он мог бы засмеяться или заплакать, но не знал, что лучше.

— Башмаки, — сказал он, подавая их ей. — Наденьте, нам придется идти по неровной дороге.

Они двинулись в путь. Мэтью вел ее мимо дома Бидвелла и невольничьих хижин. Он подумал было пойти через главные ворота, поскольку дозорного не было, но запорное бревно слишком тяжело для одного человека, тем более такого, которому только что чуть не переломали ребра и чуть не задушили.

Он поднял глаза на фонарь в окне у Айзека, и ему захотелось, чтобы этот человек понял, чем он был для Мэтью. Увы, записка — плохое прощание, но другое было недоступно.

Через невольничий квартал Мэтью и Рэйчел пробирались темными скользящими тенями. Может быть, дверь Джона Гуда приотворилась на несколько дюймов, а может, и нет.

Впереди ждала свобода, но сначала надо было пройти болото.

Глава 15

Эта земля была и Богом, и Дьяволом.

Такая мысль возникла у Мэтью в третий час светлого времени, когда они с Рэйчел остановились у ручейка наполнить бутылку для воды. Рэйчел опустила подол свадебного платья в воду и приложила к лицу влажную ткань — белую в день свадьбы, но потемневшую в сыром воздухе Каролины до теперешнего кремового цвета. Потом зачерпнула пригоршню воды, журчащей на плоских камнях и тихо уходящей в траву и камыши, и убрала мокрой рукой густые эбеновые волосы со лба. Мэтью посмотрел на нее, наполняя бутылку, и вспомнил мерзкую идею Лукреции Воган насчет волос Рэйчел.

Рэйчел сняла башмаки и опустила натруженные ноги в согретую солнцем воду.

— А-ах, — выдохнула она, закрыв глаза. — А-ах, как хорошо!

— Нам нельзя слишком долго здесь мешкать.

Мэтью уже смотрел назад, в лес, откуда они пришли. Лицо его было в красных полосах от неудачного соприкосновения с терновником до восхода солнца, на рубашке темнели мокрые пятна пота. Здесь точно была страна не для конного, а потому Соломон Стайлз и кто еще там может с ним быть тоже пойдут пешком. Дорога трудная, как бы ни был опытен кожаный чулок. И все же не стоило недооценивать следопытское умение Стайлза, если Бидвелл действительно пошлет его в погоню.

— Я устала. — Рэйчел склонила голову. — Страшно устала. Вот так бы свалилась в траву и спала.

— Я бы тоже. Вот почему нам надо продолжать идти.

Она открыла глаза, посмотрела на него, и на лице у нее играли солнечные блики и тени листьев.

— Вы знаете, что вы пожертвовали всем?

Мэтью не ответил. Она уже задавала этот вопрос, на лиловом рассвете, но он не ответил и тогда.

— Вы это сделали, — сказала она. — Зачем? Ради меня?

— Ради правды.

Он вытащил бутылку из ручья и заткнул ее пробкой.

— Она вам так дорога?

— Да. — Он сунул бутылку в заплечный мешок и сел на жесткую траву, потому что — хотя дух требовал — усталые ноги еще не были готовы двигаться. — Я думаю, что знаю, кто убил преподобного Гроува и вашего мужа. Тот же человек ответственен и за убийство крысолова.

— Линча убили?

— Да, но не переживайте из-за него. Он был такой же негодяй, как и его убийца. Почти. Но я думаю, что знаю мотив и знаю, как эти так называемые свидетели были настроены против вас. Они действительно думали, будто видели вас… гм… в нечестивых отношениях, так что они не лгали. — Он зачерпнул воды из ручья и смочил лицо. — Или по крайней мере не осознавали, что лгут.

— Вы знаете, кто убил Дэниела? — В глазах ее мелькнула тень гнева. — Кто это?

— Если я назову имя, вашей реакцией будет неверие. Потом, когда я объясню свои рассуждения, — гнев. Вооруженная новым знанием, вы захотите вернуться в Фаунт-Роял и представить убийцу правосудию… но это, боюсь, невозможно.

— Почему? Если вы в самом деле знаете имя?

— Потому что эта хитрая лиса стерла все следы, — ответил Мэтью. — Убила их, фигурально говоря. Доказательств нет никаких. Так что если я назову вам имя, вы всю жизнь будете страдать, что ничего нельзя сделать — как и я. — Он покачал головой. — Пусть уж только один из нас выпьет эту отравленную чашу.

Она подумала минутку, глядя на текущую воду, и потом сказала:

— Да. Я бы захотела вернуться назад.

— Лучше вам забыть Фаунт-Роял. Тем более что все равно безумие Бидвелла доигрывает последнюю сдачу.

Он собрался и, вспомнив, что собирается до заката оставить за спиной еще не менее десяти миль, заставил себя подняться. Минуту он изучал карту и ориентировался по компасу, а Рэйчел тем временем надевала башмаки. Потом она тоже встала, морщась из-за затекших ног.

Она оглядела море зеленых деревьев, потом лазурное небо. Просидев столько времени под замком, она все еще была оглушена пахнущим сосной воздухом свободы.

— Я ощущаю себя такой… незначительной, — сказала она. — Вряд ли достойной такой жертвы, как жизнь молодого человека.

— Если от молодого человека что-нибудь будет зависеть, — ответил он, — это не будет жертвой. Вы готовы?

— Да.

Они снова тронулись в путь, перейдя ручей и направляясь в чащу леса. Мэтью, пусть и не Кожаный Чулок, но справлялся неплохо. Даже очень хорошо, подумалось ему. Он подвесил замшевые ножны с ножом на пояс в лучших традициях индейцев и скаутов, чтобы рукоять была под рукой.

Индейцев они и следа не видели. Из диких зверей, если не считать чирикающих птиц на деревьях, попадались только белки в изобилии да черная змея, свернувшаяся на нагретом солнцем камне. Пока что самой трудной частью пути оказались две мили по болоту после выхода из Фаунт-Рояла.

Эта земля — и Бог, и Дьявол, продолжал думать Мэтью, потому что она такая красивая и пугающе просторная под солнцем — но ночью, он знал, демоны неведомого приползут на огонь костра, и шорохи ужаса зашелестят за пределами круга света. Он никогда не был в местах, где вообще нет троп, а только огромные дубы, вязы да большие сосны с шишками размером с пушечное ядро, ковер опавших листьев и сосновых иголок кое-где по щиколотку, и ощущение, что уцелеть или погибнуть здесь — чистый каприз Судьбы. Благодарение Богу за карту и компас, иначе бы он уже утратил чувство направления.

Местность стала подниматься — полого, но довольно неровно. В конце подъема, наверху, с выхода красных скал открывался вид на девственную чащу, расстилавшуюся сколько хватал глаз. Бог говорил с Мэтью и рассказывал ему о будущей стране, такой великой, что даже вообразить трудно; в другое ухо говорил Дьявол о том, что эти огромные, страшные пространства будут усеяны костями грядущих поколений.

Они пошли на спуск, Рэйчел в нескольких шагах позади Мэтью, а он прокладывал путь в доходящей до пояса траве. Свадебное платье шуршало, мелкие колючие репьи язвили ей ноги и цеплялись к подолу.

152
{"b":"18739","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Императорский отбор
Время-судья
Метро 2033: Спящий Страж
Идеальная собака не выгуливает хозяина. Как воспитать собаку без вредных привычек
Могила для бандеровца
Я енот
Царский витязь. Том 1
Утраченный символ