ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Один вопрос, — сказал Мэтью и заметил, как Бидвелл различимо вздрогнул. — Если эта женщина действительно командует такими могучими и нечестивыми силами…

— Командует! — заверил его Бидвелл, а Пейн за его спиной кивнул.

— …тогда почему, — продолжал Мэтью, — она не может поразить простых грызунов одним прикосновением?

— Что?

— Крысы, сэр. Почему она искусана?

— Дельное замечание, — согласился Вудворд. — Почему она позволила искусать себя обыкновенным крысам, если принадлежит к такой демонической лиге?

— Потому что… потому что… — Бидвелл оглянулся на Пейна и Грина, ища помощи. Капитан милиции пришел ему на выручку.

— Потому что, — с нажимом объяснил Пейн, — это хитрость. Не показалось ли бы вам странным, если бы крысы напали на Ноулза, но пощадили ведьму? О нет, джентльмены, она знает что делает! — Он посмотрел на Мэтью в упор. — Она пытается отвести вам глаза, молодой человек. Зло, которое она творит, спланировано тщательно. Если у нее есть на теле крысиные укусы, то это по ее воле и с ее нечестивого благословения.

Вудворд кивнул:

— Да, звучит разумно.

— Сэр, этот вопрос требует тщательного рассмотрения.

— Какого еще рассмотрения? Кто еще мог отравить наш город, если не она? Кто еще убил ее мужа и преподобного? Мальчик, мы имеем дело с фактами!

— Не с фактами, а с утверждениями.

— Мальчик, не доводи меня! Не забудь, вы здесь у меня в гостях!

— И вы отберете у меня одежду и прогоните в лес, если я откажусь считать утверждения фактами?

— Перестаньте, прошу вас! — сказал магистрат. — Так мы ничего не добьемся.

— Вот это я и говорю! — вскипел Бидвелл. — Ваш клерк будто хочет затупить оружие, которым вы прибыли сюда сражаться!

— И что это за оружие, сэр?

Саднящее горло и эта гнилая тюрьма довели его нервы до предела. Он чувствовал, что самообладание вот-вот оставит его. Лицо Бидвелла не отличить было от вареной свеклы.

— Естественно, закон!

— Послушайте меня внимательно. — Голос магистрата звучал спокойно, но напряженно, и заключавшаяся в нем сила схватила Бидвелла, как рука, поймавшая дворнягу за шкирку. — Мы с моим клерком прибыли сюда открыть истину, а не использовать силу закона в качестве тарана. — Бидвелл посмотрел сердито, но ничего не сказал. — Пусть вы — властелин Фаунт-Рояла, но я — властелин более обширного царства. Я буду решать, ведьма мадам Ховарт или нет, и я буду определять ее судьбу. И ни один человек не станет меня торопить или подталкивать к решению. Примите это как факт. Если вас это не устраивает, мы с Мэтью будем рады найти себе другое жилье.

— Тогда позвольте мне внести ясность, — начал Бидвелл. — Кто из вас магистрат и кто клерк?

Вудворд стиснул зубы, сдерживая слова, которые уже готов был произнести.

— Мне нужно подышать воздухом, — обратился он к Мэтью. — Не составишь ли ты мне компанию в прогулке к дому мистера Бидвелла?

— Да, сэр.

— И это все? — спросил Пейн. — Вы не собираетесь далее допрашивать ведьму?

— Не сегодня. — Вудворд кивнул в сторону скорчившейся фигурки на сене. — Не думаю, что сегодня она расположена общаться, и уверен, что я точно не расположен! Мэтью, пойдем!

Он повернулся и направился к выходу.

— Каленое железо нужно, чтобы развязать ей язык, вот что! — крикнул им вслед Бидвелл, когда они шли по коридору мимо камер. Ноулз фыркнул и плюнул им вслед.

Потрясенный знакомством с Рэйчел Ховарт Мэтью понимал, что местный конкурс популярности ему не выиграть, и еще лучше осознавал, что ему надо быть осторожнее в обзаведении новыми врагами в ближайшие смутные дни.

Глава 8

Влажный воздух и пасмурный свет за пределами тюрьмы показались дыханием и сиянием рая. Вудворд пренебрег каретой, где сидел на козлах Гуд, ковыряя ножичком кусочек дерева, и направился в сторону источника. Мэтью шел чуть сзади.

— Наглость этого человека не знает пределов, — пожаловался Вудворд. — Я слуга закона, а не его раб, и ты тоже!

— Нет, сэр. То есть да, сэр, — ответил Мэтью. Он поравнялся с магистратом и пристроился к его темпу. — Но, как ни раздражают его манеры, я понимаю его озабоченность.

— Ну, ты у нас благородная душа!

— Я, быть может, тоже бы так торопил казнь, если бы вложил столько денег в Фаунт-Роял и видел, как мои инвестиции превращаются в ничто.

— К дьяволу его инвестиции!

— Да, сэр, — согласился Мэтью. — Я думаю, именно этого он и боится.

Вудворд замедлил шаг, потом остановился. Рукавом смахнул пот со лба, посмотрел на зловещее небо, потом на своего клерка.

— Вот почему ты так для меня бесценен, — сказал он, чувствуя, как проходит злость. — Ты с одного взгляда видишь картину, раму, гвоздь и стену, на которой она висит.

— Я вижу только то, что можно здесь увидеть.

— Да; и сегодня мы точно слишком много видели. Мадам Ховарт, она оказалась… моложе, чем я думал. И намного красивее. Ее можно было бы назвать прекрасной — в других обстоятельствах. Когда она разделась, я… видишь ли, мне не много приходилось судить обвиняемых женского пола. Никогда я не видел, чтобы женщина по своей воле разделась перед незнакомцами.

— Не по своей воле, — возразил Мэтью. — Она знала, что одежду у нее все равно отберут, и решила отдать ее сама.

— Да. И что это говорит нам об этой женщине?

— То, что она хочет сохранить как можно больше власти над собой. Или, во всяком случае, не дать эту власть Бидвеллу.

— Гм! — Вудворд снова шагал на запад по улице Истины, и Мэтью рядом с ним. Деревня казалась очень тихой, но кое-кто из жителей шел по своим будничным делам. Две женщины переходили впереди дорогу, одна из них несла большую корзину. Прошел мужчина, ведя под уздцы вола, запряженного в телегу, на которой лежали тюки сена и несколько бочек. — Хотел бы я знать, — сказал магистрат, — что у тебя за интриги с миссис Неттльз?

— Простите, сэр?

— Это выражение невинного удивления можешь кому угодно другому показывать. А я тебя слишком хорошо знаю. Сегодня, как и в любой другой день, ты не стал залеживаться в постели. Я даже подозреваю, что ты встал рано от нетерпения. Почему же миссис Неттльз сказала такое Бидвеллу?

— Я… я ей обещал, что не обману ее доверия.

Вудворд резко остановился и на этот раз посмотрел на Мэтью более проницательным взглядом.

— Если это имеет отношение к мадам Ховарт, я должен быть поставлен в известность. Более того, твоя обязанность как моего клерка — меня информировать.

— Да, сэр, я знаю. Но…

— Обещай ей все, что ты хочешь, — договорил Вудворд, — но сообщи мне то, что я должен знать.

— Она просила меня ни слова не говорить мистеру Бидвеллу.

— Хорошо, я тоже не скажу. Говори.

— В сущности, она просила, чтобы мы с вами оба подошли к этому делу непредвзято. Она считает, что мадам Ховарт обвинена ложно.

— И она тебе сказала, почему она так считает?

— Нет, сэр. Она лишь высказала опасение, что наш ум будет отравлен.

Вудворд поднял глаза на луг на той стороне улицы Истины, где паслись несколько коров. В гороховом поле стояла на коленях женщина в соломенной шляпе, а ее муж тем временем прибивал кровельную дранку на крышу дома. Неподалеку, по другую сторону дощатого забора, виднелся фермерский дом, явно оставленный его прежними обитателями, и поле при нем превратилось в болотистую пустошь. Три коровы влезли на крышу брошенного дома и уставились на Вудворда, как троица магистратов в черных мантиях. Наверное, подумалось ему, они ждут, пока и соседи на той стороне ограды покинут местность.

— Ты знаешь, — сказал он спокойно, — что, если Рэйчел Ховарт действительно ведьма, то у нее есть возможности воздействия, далеко выходящие на пределы нашего понимания.

— Миссис Неттльз просила меня не упоминать о нашем разговоре Бидвеллу по той причине, что он сочтет ее подверженной чарам.

— Гм… — задумчиво сказал Вудворд. — Яд могут подать в разных чашах, Мэтью. Я бы осторожнее выбирал, из которой стану пить. Пойдем дальше. — Они двинулись в путь. — А что ты думаешь о рассказе Ноулза?

31
{"b":"18739","o":1}