ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Цветок в его руках
Без фильтра. Ни стыда, ни сожалений, только я
Посею нежность – взойдет любовь
Силиконовая надежда
Дневник «Эпик Фейл». Куда это годится?!
Психбольница в руках пациентов. Алан Купер об интерфейсах
Любовница Синей бороды
Венеция не в Италии
Заговор обреченных
Содержание  
A
A

— Да, сэр! — сердечно сказал Вэнс. — Только скажите, что мы должны сделать!

— Во-первых, я хочу, чтобы вы не поощряли любопытных. Конечно, мы создадим на месте собственный периметр безопасности, но я не желаю, чтобы кто бы то ни было приходил туда поглазеть. Во-вторых, я хочу, чтобы вы особо отметили радиационную опасность; не то, чтобы это обязательно соответствовало истине, но слегка пугнуть публику не вредно. Отбивает охоту путаться под ногами, верно?

— Верно, — согласился Вэнс.

— В-третьих, чтобы рядом с этой точкой и духу не было людей из средств массовой информации. — Глаза полковника снова стали холодными. — Мы будем патрулировать на вертолетах, но я хочу, чтобы со звонками с телевидения, радио или из газет вы управились сами. База Уэбб никакую информацию давать не будет. Я хочу, чтобы вы тоже притворились немыми. Как я уже сказал, штатские в этой зоне мне не нужны. Ясно?

— Как стеклышко.

— Хорошо. Тогда, думаю, все. Ганни, у тебя есть вопросы?

— Только один, сэр. — Ганнистон перевернул еще одну страницу в блокноте. — Шериф Вэнс, кому принадлежит небольшой светло-зеленый грузовик-пикап с надписью «Ветеринарная лечебница Инферно»? Регистрационный номер Техас шесть-два…

— Доктору Джесси, — ответил Вэнс. — То есть Джессике Хэммонд. Она ветеринар. — Ганнистон вытащил ручку и записал фамилию. — А что?

— Мы видели, как этот грузовик вытаскивали на буксире из зоны падения метеорита, — сказал полковник Роудс. — Его оттащили на станцию техобслуживания, парой улиц дальше. Вероятно, доктор Хэммонд видела, как пролетал объект, и мы хотим ее расспросить.

— Дамочка взаправду милая. Да и соображает быстро. Слово даю, она не боится делать такое, что мужик-ветеринар не…

— Спасибо. — Ганнистон вернул ручку с блокнотом в карман. — Мы заберем это отсюда.

— Само собой. Ребята, если еще нужна будет помощь, только попросите.

Роудс с Ганнистоном, закончив свое дело, шли к двери.

— Попросим, — сказал Роудс. — Еще раз извините за переполох.

— Пусть это вас не беспокоит. Черт, да вашими молитвами теперь у всех есть, о чем побазарить за обедом!

— Надеюсь, базара будет немного.

— А. Да, верно. Ни о чем не беспокойтесь. На Эда Вэнса можно положиться, да, сэр!

— Я знаю. Спасибо, шериф. — Роудс пожал Вэнсу руку, и на мгновение шерифу показалось, что сейчас костяшки его пальцев лопнут. Потом Роудс отпустил болезненно улыбавшегося Вэнса, и тот остался стоять, а офицеры ВВС вышли из здания и широким шагом направились в раскаленный белый свет.

— Ух ты, — Вэнс растирал ноющие пальцы. — Этот хмырь таким сильным не кажется.

— Погодите, мужики, вот я расскажу Дорис! — Голос мэра дрожал от переполнявших его чувств. — Я встретился с настоящим полковником! Батюшки, да она не поверит ни единому слову!

Дэнни прошел к окну и, выглянув сквозь жалюзи, стал смотреть вслед уходящим в сторону Республиканской дороги летчикам. Он задумчиво нахмурился и ободрал заусеницу. — Объект, — сказал он.

— А? Ты что-то сказал, Дэнни?

— Объект. — Дэнни повернулся к Вэнсу и Бретту. Он уже разобрался, что его тревожит. — Этот полковник сказал, что доктор Хэммонд, вероятно, видела пролетающий «объект». Как вышло, что он не сказал «метеорит»?

Вэнс замолчал. Лицо шерифа ничего не выражало, мыслительные процессы шли у него не слишком быстро.

— А разве это не все равно? — наконец спросил он.

— Да, сэр. Мне просто интересно, почему он так сказал.

— Да ладно, Дэнни, денежки ты получаешь не за то, чтобы удивляться. Мы получили приказ от Военно-воздушных сил Соединенных Штатов и будем делать то, что велит делать полковник Роудс.

Дэнни кивнул и вернулся за свой письменный стол.

— Встретить живого полковника-военлета! — сказал мэр Бретт. — Батюшки! Пойду-ка я лучше к себе в офис — вдруг будут звонить и узнавать, что тут за шумиха. Думаю, мысль неплохая?

Вэнс подтвердил, и Джонни Бретт заспешил к дверям и чуть ли не бегом ринулся к зданию банка, где электрическое табло показывало 87 градусов по Фаренгейту в десять часов девятнадцать минут.

9. КРЕСТИКИ-НОЛИКИ

Когда Ксавье Мендоса загнал техничку на станцию обслуживания и вырубил мотор, Джесси увидела, что в Престон-парке приземляется вертолет. Пока Мендоса и тощий, угрюмый подросток-апач Санни Кроуфилд, который помогал ему днем, трудились, отцепляя пикап и перемещая его в ремонтную зону гаража, Стиви с черной сферой в ладонях отошла на несколько шагов. Ее нисколько не заинтересовал ни вертолет, ни то, что может означать его присутствие.

Съехав с Республиканской дороги, возле гаражей остановился некогда ярко-красный, а теперь выгоревший на солнце до розоватого, «бьюик». «Здорово, док!» — крикнул сидевший за рулем мужчина. Он вылез из машины, и глазам Джесси стало больно: на Хитрюге Криче был зелено-оранжевый клетчатый спортивный пиджак. Хитрюга бодро направился к Джесси. Толстая

круглая физиономия сияла широченной улыбкой, открывавшей ослепительно-белые зубы. Один взгляд на пикап — и Хитрюга прирос к месту.

— Елкин дуб! Это мало сказать — инвалид, это труп!

— Да уж, дело плохо.

Крич заглянул в искромсанный мотор и тихо, переливчато свистнул.

— Упокой, Господи, его душу. Или, я бы сказал, тушу. — И издал сдавленное хихиканье, которое напомнило Джесси кудахтанье цыпленка, с трудом протискивающегося на волю сквозь плотную скорлупу яйца. Увидев, что Джесси не разделяет его веселого настроения, Хитрюга быстро опомнился. — Простите. Я знаю, что этот грузовик набегал для вас уйму миль. Слава Богу, никто не пострадал… э… ведь вы со Стиви в порядке, так?

— Я-то в норме. — Джесси глянула на дочку. Стиви отыскала кусочек тени у дальнего угла здания и, похоже, вовсю изучала черный шар. — А Стиви… пережила потрясение, но все хорошо. В смысле, никаких повреждений.

— Рад слышать, честное слово. — Крич выкопал из нагрудного кармана пиджака лимонно-желтый носовой платок в узорчатую полоску и промокнул вспотевшее лицо. Почти того же оттенка желтого цвета были и облегающие брюки Хитрюги, к которым он надел двухцветные башмаки — желтый верх, белый низ. Он был обладателем целого шкафа костюмов из ослепительно-яркого полиэстера всех цветов радуги и, хотя жадно читал «Эсквайра» и «Джи-Кью», утонченности в его вкусах и чувстве моды было столько же, сколько в субботнем вечернем родео. Жена Крича, Джинджер, поклялась, что разведется с ним, если он еще хоть раз наденет в церковь свой красный костюм с отливом. Хитрюга верил в могущество имиджа, о чем часто говорил и жене, и всякому, кто соглашался слушать. «Если боишься, что люди обратят на тебя внимание, — говаривал Хитрюга, — можешь спокойно сесть на землю, пускай засосет тебя целиком». Крич, крупный мужчина в теле, разменявший пятый десяток, всегда был готов быстро улыбнуться и пожать руку, и почти каждому жителю Инферно продал ту или иную форму страховки. С широкого румяного лица глядели голубые, как пеленка младенца, глаза, а обширную лысину окаймляла рыжая бахрома, да надо лбом красовался крохотный пучок рыжих волос, который Хитрюга аккуратно причесывал.

Он дотронулся до отверстия, зиявшего в моторе пикапа.

— Док, похоже, в вас бабахнули из пушки. Не хотите рассказать, что стряслось?

Джесси взялась рассказывать. Отметив, что Стиви стоит неподалеку, она все свое внимание сосредоточила на изложении событий Хитрюге Кричу.

Стиви, уютно устроившись в прохладной тени, смотрела, как черный шар творит чудеса. На его поверхности снова стали проступать ярко-синие отпечатки ее пальцев, цветом напомнив девочке океан, каким его рисуют, а еще — бассейн в далласском мотеле, где они отдыхали прошлым летом. Нарисовав ногтем кактус, Стиви полюбовалась, как синяя картинка медленно расплылась и исчезла. Она рисовала каракули, спиральки, круги, и все картинки медленно опускались вниз, к темному центру шара. «Даже лучше, чем рисовальное желе! — подумала она. — И убирать ничего не надо, и краску никак не разольешь… правда, цвет только один, но это ничего, он такой красивенький!»

19
{"b":"18745","o":1}