ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Горький квест. Том 2
Черный клановец. Поразительная история чернокожего детектива, вступившего в Ку-клукс-клан
Магический пофигизм. Как перестать париться обо всем на свете и стать счастливым прямо сейчас
Ловец
Финансовые сверхвозможности. Как пробить свой финансовый потолок
Поступай как женщина, думай как мужчина. Почему мужчины любят, но не женятся, и другие секреты сильного пола
Пробуждение в Париже. Родиться заново или сойти с ума?
Еще темнее
Фартовый город
A
A

— Прочь оба! — повторил Бык. — Я голоден, и эту добычу беру я, понятно?

Вампиры посмотрели друг на друга, но начали медленно пятиться. Бык вновь взмахнул цепью и с треском ударил по земле, словно это был кнут.

— Ты еще увидишь, мы тебя поймаем! — пообещал с почтительного расстояния чикано. — Мы тебя найдем, когда ты заснешь, и мы с тобой разделаемся…

Бык сделал несколько шагов вперед, размахивая цепью над головой. Вампиры бросились бежать. Томми снял со спины рюкзак, вскочил на ноги и бросился бежать в противоположном направлении. Бык Тэтчер с довольной ухмылкой проследил за тем, как исчезли из виду два вампира-соперника, потом повернулся к своей добыче.

Томми, бежавший вдоль кромки смоляного озерца, услышал злобный рев вампира и внутренне весь содрогнулся. Он расстегнул карман рюкзака и сунул в него руку. Бык Тэтчер преследовал его, мчась, словно ветер. Лицо Томми покрылось холодным потом, он слышал, как нагоняет его монстр, но не осмеливался оглянуться.

Потом он услышал свист цепи справа, пригнул голову, развернулся, чтобы оказаться лицом к лицу с Быком, и поднял массивный нож для разделки мяса, судорожно сжимая рукоятку. Прежде, чем Бык Тэтчер успел остановиться, Томми прыгнул на него, погрузив широкое мощное лезвие в переносицу монстра. Бык, потеряв равновесие, покачнулся и рухнул на спину, прямо в смоляную яму. В тот же момент тело его исчезло в водовороте смоляных пузырей. Он бешено замолотил руками, пытаясь найти опору.

— Нееееет! — заревел он, как раненое животное. — Неет! Я не дам тебе..

Вода и смола хлынули ему в рот и заполнили полость легких. Он начал погружаться, лицо стало полосатым — его разукрасила смола. Он сражался бешено, но смола поймала его, и он понимал, что борьба напрасна. Он закричал, а из некровоточащей раны во лбу торчал нож.

Томми понимал, что крики могут услышать другие вампиры. Он снова бросился бежать, набросив ремни рюкзак на дрожащие плечи. Его тошнило, ему хотелось разрыдаться, но на все эти детские глупости больше не оставалось времени. Когда он обернулся, то увидел, что лицо Быка Тэтчера исчезло и на поверхности ямы остались лишь пузыри.

Он продолжал бежать, воздух больно резал утомленные легкие. Он уже покинул парк и теперь бежал на северо-восток через Третью улицу, сквозь темные, молчащие жилые кварталы, где малейшего намека не какое-то движение было достаточно, чтобы привести в состояние смертельного ужаса. Потом он пересек Беверли-бульвар, продолжая направляться на север. Песок жалил лицо — если бы не очки, он бы уже ослеп. В легких невыносимо жгло, и теперь он понимал, что долго так не выдержит. Самое страшное по-прежнему было впереди — самые жуткие кварталы Голливуда. Он был уверен, что там ждут свои жертвы вампиры. Сколько их? Десятки? Сотни? Тысячи? Он пересек Мелроуз и начал отклоняться к северо-востоку. Он увидел группу движущихся темных предметов и нырнул под прикрытие кустов, пока силуэты-тени не миновали его. Он заставил себя продолжать бег, оставляя позади улицу за улицей, пробираясь по дворам и боковым улицам. Порыв горячего ветра ударил ему в лицо, едва не лишив его способности дышать. С кружащейся головой он зацепился ногами о что-то лежащее на земле, споткнулся и едва не упал. Очевидно, решил он, сделав по инерции еще три шага, это был мертвец.

Потом над головой взревел чей-то голос:

— Вижу тебя, дьявольское дитя! Ты из легиона Люцифера!

Последовал громкий треск почти над самым его правым ухом, а потом словно грузовой поезд ударил Томми, сбив его с ног, и покатился дальше, оставив лежать, раздавленного, в песке.

4

— Ребенок! — воскликнула Джо, вглядываясь в окно расширенными от ужаса глазами. — Этот маньяк застрелил мальчика!

Палатазин пристроился рядом и тоже выглядывал наружу. Он увидел маленькую фигурку, лежавшую лицом вниз, прямо перед крыльцом. Сначала он подумал, что мальчик вампир, но если бы это было так, то единственная пуля его не остановила бы.

Палатазин некоторое время стоял неподвижно, чувствуя лишь, как громко стучит сердце, потом вытащил свой служебный «поинт — 38» из наплечной кобуры. Джо испуганно посмотрела на пистолет.

— Что ты думаешь делать? — спросила на.

— Возможно, мальчик еще жив. Я должен выяснить.

Он обошел Джо и направился к двери. Гейл сказала с дивана:

— Ради Бога, будьте осторожны!

Палатазин кивнул и протиснулся сквозь щелку двери наружу, где тут же покачнулся от горячего разряда ураганного ветра. Песок ужалил в глаза, и ему пришлось подождать несколько секунд, прежде чем он смог что-либо увидеть. Потом он двинулся вниз по ступенькам крыльца, чувствуя, как стала уже влажной ладонь, сжимавшая рукоять «поинт — 38». Он настороженно следил за темными окнами соседнего дома, но пока что нельзя было определить, где именно находится безумный стрелок. Палатазин напрягся, сосредоточился и побежал к распростертому у обочины мальчику. Палатазин увидел кровоточащую рану на затылке — темные волосы слиплись от крови.

Он начал поднимать мальчика.

— Небеса! — раздался истерический вопль. — Боже, благословение на этот мир!

Треснул выстрел, подняв фонтанчик песка в двух футах от Палатазина. Палатазин поднял мальчика и медленно побежал обратно к крыльцу. Почти рядом с его головой, оставляя, как показалось Палатазину, раскаленный след в воздухе, пронеслась еще одна пуля. В следующий миг он был уже на крыльце, и навстречу открывала дверь Джо.

Гейл принесла сверху подушку и простыню, и Палатазин положил мальчика на диван, осторожно опустив голову на подушку.

— Он серьезно ранен? — спросила Гейл.

— Не знаю. Пуля стесала полоску кожи у него на затылке. Наверное, он получил в придачу сильный удар.

Он снял рюкзак и положил его на пол. В рюкзаке что-то звякало, но вес его был довольно тяжелым. Палатазин расстегнул несколько карманов, проверил содержимое.

— Гм, этот парнишка приготовился почти ко всему. Интересно, как далеко собирался он добраться? — сказал Палатазин.

Джо осторожно раздвигала волосы мальчика, чтобы осмотреть рану. В темноте плохо было видно, но пальцы стали уже липкими от теплой крови. Она пощупала пульс на запястье мальчика. Пульс был достаточно сильный, но неровный.

— Ты не мог бы раздобыть мне какие-нибудь полотенца, Энди? — сказала она. — Возможно, нам удалось бы остановить это кровотечение.

Палатазин отправился наверх, в ванную. Мальчик вдруг вздрогнул и застонал. Усталым взрослым голосом он сказал тихо:

— Вы мертвые… не трогайте меня!… Сжег их, сжег их всех!…

Потом он снова замолчал.

— Как вы думаете, он умрет? — спросила Гейл.

— Я не врач, — сказала Джо, — но он еще ребенок. Надеюсь, что он крепче, чем кажется.

Палатазин принес полотенца, одно из которых он намочил в холодной воде. Джо начала смывать сгустки запекшейся крови, потом приложила к ране полотенце.

Гейл несколько секунд наблюдала за ее работой, потом отвернулась. Она вслушивалась в завывания ветра снаружи — они явно стали гораздо более сердитыми за последние полчаса или более того. Она подошла к окну, наблюдая, как миниатюрным смерчем вскручивается посреди улицы песок. Стекло задребезжало.

«Бог ты мой, — подумала она. — Нет, нет..».

— Долго ли еще до рассвета? — спросила она Палатазина.

— Час примерно.

— Боже мой, — прошептала она. — Я… по-моему, ураган снова усиливается. Ветер становится сильнее. — Она потеряла контроль над собой, горячая волна страха затопила ее. — Почему он… не оставит нас в покое и не затихает сам собой? Почему?

Она повернулась лицом к Палатазину.

— Потому что каким-то способом его вызвали ОНИ, — тихо сказал капитан.

Джо, наклонившаяся над мальчиком, подняла голову, глядя на мужа.

Он продолжал:

— Ураган снова станет сильнее днем, пока светло, чтобы удержать людей в изолированных друг от друга ловушках-убежищах. Потом, когда снова наступит ночь, вампиры выйдут на улицы в полном составе.

102
{"b":"18753","o":1}