ЛитМир - Электронная Библиотека

Неймид потопал по тропинке между сугробами, ведущей к домику О'Нилов, и открыл незапертую дверь. Он рассчитывал справиться в одиночку, но под дверью, скрытой ковром, увидел спящего Диего Метаксоса.

Когда щеки юноши коснулся морозный воздух с улицы, он открыл глаза.

— Доброе утро, — сказал Диего бодрым голосом. Неймид кивнул. Разговаривать ему не хотелось.

— Что-то рано вы встали, — продолжал Диего.

— Мне нужно поговорить с Диной.

— Это вряд ли.

— Почему? С ней что-то случилось? Диего пожал плечами.

— Не знаю. Но если вспомнить, как планета подействовала на моего папу в первый раз, едва ли Дина сможет хоть слово сказать. Они же терпят со вчерашнего вечера.

— Что значит «терпят»? Ей плохо?

— Не хуже, чем тем, кому она вредила всю свою жизнь. Но людям с такими замашками, как у нее, первая встреча с Сурсом обходится недешево. Сами поглядите.

— А как же ты?

— Ну, мне все это нравится. Я вот лежал и придумывал новую песню обо всем, что с нами произошло. Думаю, что мне ничего не будет, если я спущусь вниз, но насчет вас я не уверен.

— Рискну. Но.., не обижайся, я пойду туда один.

— Лучше, если с вами будет кто-нибудь из местных, — рассудительно сказал юноша.

— Но ты не местный, а с тобой было все в порядке.

— Ну, я совсем молодой.

— Если ты не против, я пойду один. Внутренне я не чувствую себя достаточно взрослым. Диего вздохнул.

— Как вам угодно. Но я все равно спущусь через пару минут. Я так давно не разговаривал с Сурсом! Может, я и не местный, но уже здорово соскучился.

Он встал с пола, и Неймид начал спускаться по ступеням, не заметив, как у самых его ног прошмыгнул рыжий кот и заторопился в пещеру.

Банни проснулась и поискала глазами спальный мешок Диего. Мешок оказался пуст. По комнате разносилось тихое сопение членов семьи, приютившей юную пару на ночь.

Неплохо, поскольку сегодня Банни собиралась переговорить с Мармион с глазу на глаз. Диего может и не понять её Она собиралась отговориться тем, что желает помочь Мармион приготовить завтрак Банни быстро оделась и вышла из дома, плотно прикрыв внутреннюю дверь, чтобы утренний мороз не разбудил семью Она оказалась в прихожей, где стояли снегоступы, лыжи, висела запасная собачья упряжь и была сложена другая подобная утварь. Девушка распахнула внешнюю дверь и вышла на улицу.

Постучав в дверь Сегитуков, она услышала немного сонный голос:

— Да?

За прошедшую ночь Мармион стала выглядеть менее собранной и более счастливой. Поверх теплой ночной рубашки она натянула вязаную безрукавку, на ноги — шерстяные носки. Мармион сидела за столом и потягивала из чашки что-то горячее. Она казалась смущенной, если не сказать больше.

— Я думала, что ты не справишься с завтраком. Хотела помочь вскипятить чайник, — сказала Банни.

— Вот еще! Если ты помнишь, я неплохо готовлю, а эта печь мало чем отличается от той, что стоит у моей бабушки на Банф-Два. В детстве я часто проводила там каникулы.

— Наверное, здорово жить так, как тебе нравится, — заметила Банни, стягивая варежки.

— Еще бы. Что случилось, милая Баника? Ты погрустнела, а я не могу смотреть на грустных людей, когда сама чувствую себя превосходно. Возьми чашечку этого чудного фруктового чая и расскажи, что с тобой не так. А там поглядим.

— Спасибо, — улыбнулась девушка. — Чаю налить просто, а вот все остальное…

Она разделась, налила чаю и присела, грея руки о горячие бока чашки и созерцая пар, поднимающийся от напитка. Во время разговора Марми всегда ухитрялась заставить тебя поверить, что ты самый важный для неё человек. Ах, Банни хотелось, чтобы так и было!

— Я хочу, чтобы вы правильно меня поняли, леди. Я люблю Сурс. И я бы ни за что не согласилась жить где-то в другом месте.., постоянно.

Мармион кивнула, подбадривая её, поскольку слова давались Банни с трудом.

— Но я много думала. Дело в том, что я ничего раньше не видела. Разве что космобазу, а это довольно мрачное зрелище, да множество солдат, которые уходили и не возвращались. А если и возвращались, то даже петь об этом не хотели. Мне и во сне не могло привидеться такое место, как Гал-Три или планета, которую Шарми показывала мне на голографиях.

Мармион улыбнулась.

— «Как я могу вернуться в деревню, если я видел Париж?»

— Н-не понимаю.

— Это одна старая песня. Прости, милая, это всего лишь значит, что, когда ты однажды увидишь часть Вселенной, тебе непременно захочется увидеть больше. Именно в этом все и дело?

— Отчасти. Я бы так не беспокоилась, если бы в любой момент могла отправиться куда хочу. Но ведь это не так. Понимаете, там столькому можно научиться! Я видела разные штуки, которые могли бы пригодиться здесь, на Сурсе, если бы мы только умели ими пользоваться. Но здесь я такому не научусь. Я ведь уже немного разбираюсь в технике, и Диего показывал мне разные приборы, которые, например, могли сгодиться при ремонте снегоходов. Не знаю. Наверное, я путано объясняю. Все, чего я хотела бы, — это улететь на некоторое время, иначе я никогда не смогу…

Мармион положила ладонь на руку Банни.

— Мы все стремимся познать свои пределы, дорогая. Хотя ты и начала учиться позже остальных. Почему бы тебе не закончить начальное обучение здесь, а уж потом, когда ты окончательно решишь улететь из дому и удовлетворить любопытство, можешь отправляться. Конечно, после того, как тебе стукнет хотя бы двадцать лет. Тогда ты в любое время сможешь вернуться обратно. Наемники с Сурса так и делают. И лучше, чтобы ты решилась сейчас, а не когда ты досидишься до.., ну, сорока.

Банни усмехнулась. Аргументы Мармион были такими очевидными, но как раз об очевидном Банни и не задумывалась.

— Более того, мне было бы приятно подарить тебе хороший учебный ком и целую кипу дисков — копий всех книг и учебников, какие могут понадобиться. Мое наследство включает в себя несколько приличных библиотек. И когда ты будешь готова к путешествию, ты можешь стать курсантом Внепланетной Гражданской Летной школы Сурса.

— Я и не знаю про такую!

— Ну, я только что придумала её и решила стать спонсором.

Банни перегнулась через стол и чмокнула Мармион в щеку.

— Марми, вы прелесть!

— Я тоже так думаю. Кстати, ты не видела Неймида?

— Нет. Диего тоже куда-то пропал. Но я как только оделась, сразу же прибежала сюда.

— Тогда я тоже оденусь, и мы отправимся их искать, идет?

Если бы Дина О'Нил, и.о. устрашающего капитана Лучарда, знала, что её ждет, она бы отстояла себе путь к свободе. Даже если бы пришлось пустить в ход зубы. Не считая разнообразных воинских искусств, которыми она владела с детства. И ни в коем случае не дала бы запереть себя в пещере. Спускаясь по лестнице, она услышала невнятный скулеж Медженды. Потом увидела непонятное мерцающее свечение, но продолжала храбро спускаться вниз, навстречу теплым потокам воздуха, которые оглаживали её лицо. И подумала, что их тюрьма по крайней мере теплее, чем дом, в котором они до этого сидели.

Вот тут-то она и обнаружила пропажу голопроектора. Нет, она не встревожилась из-за того, что аборигены могут пустить его в ход. Но Неймид поймет, что это такое. Какая промашка! Капитан Лучард, с улыбкой подумала Дина, будет рвать и метать, когда она доложит ему о своей непредусмотрительности.

Втроем с Доттом и Фрамером они подошли к Медженде, который скрючился на полу пещеры, в том самом месте, где она переходила в более обширное помещение — грот со стенами странных нежных тонов, испещренными ямками. Это была дикая, неуловимая красота: выемки на стенах светились, отбрасывая неверные тени на все вокруг. Стены, собственно, стояли прочно, и красочное свечение тоже оставалось недвижимым.

— Что это с ним. Дина? — спросил Дотт, тыкая пальцем в Медженду. Он попытался перевернуть первого помощника на спину, чтобы рассмотреть его лицо. Дотт был простым исполнителем, неприхотливым и выносливым, готовым делать любую работенку, лишь бы только платили. — Ты же сказала, что он просто замерз.

50
{"b":"18768","o":1}